Перешагнув порог зала, мама протянула руку к Итану. Он с удивлением взглянул на неё.

– Отдавай телефон, – пояснила мама. – Мы же договорились, что на выставке ты не будешь играть.

Делать было нечего: Итан отдал телефон и, шаркая ногами, поплёлся за родителями. Мама периодически останавливалась перед какой-либо картиной и со знанием дела (ещё бы, ведь она была художницей) многозначительно кивала. Наверное, Итан ничего не понимал в искусстве, потому что все эти перекошенные физиономии с зелёными щеками и красными глазами казались ему уродливыми. Восторженные возгласы «Вы только посмотрите, как художник передал характер этого господина!» или «Сколько грусти и печали о будущем в этих глазах!» заставляли Итана зевать ещё чаще и шире. Наконец все картины были осмотрены, и отец, потирая руки, заговорщически произнёс: «Ну что, в кафе?» Но у самого выхода к ним обратилась улыбчивая женщина в сером костюме:

– Добрый день. Меня зовут Мария, я экскурсовод. Не хотели бы вы посетить наш музей? – Она указала рукой в сторону людей, стоявших рядом с ней. – У нас осталось несколько мест в группе.

– Благодарю вас, но нет. Мы как раз направлялись в кафе, – быстро ответил отец и многозначительно взглянул на свою жену.

– А из чего у вас состоит экспозиция? – поинтересовалась она, игнорируя сердитые взгляды сына и мужа.

– Мы показываем нашим гостям комнаты, в которых жила королевская семья. У нас практически завершились реставрационные работы, мы придали интерьеру почти первозданный вид. У вас есть уникальная возможность узнать о жизни членов королевской семьи, и вдобавок мы расскажем о тайнах дворца – то, что нашли при реставрации.

Мама повернулась к мужу и сыну с горящими глазами.

– Ну, что скажете? Может быть, сходим в музей, раз уж мы здесь оказались?

– Но, Клара, – возмутился отец, – мы же договорились, что пойдём только на выставку. Мы проторчим ещё полдня в музее и даже не успеем погулять!

В спор вмешалась экскурсовод:

– Но это не займёт много времени: экскурсия длится всего двадцать минут. К тому же она совершенно бесплатная!

Понимая, что отпираться бесполезно, отец и сын вслед за матерью присоединились к группе и направились в музей. Экскурсовод провела их по длинному коридору обратно в холл. Поднимаясь по исшарканной мраморной лестнице, Итан всерьёз стал волноваться, что они не успеют освободиться до закрытия кафе, так как по мере их приближения к дверям музея количество людей в группе всё прибавлялось. Потом и вовсе выяснилось, что перед ними в очереди есть ещё одна группа и они должны подождать какое-то время, чтобы пропустить её подальше и не наступать посетителям на пятки.

Когда подошла очередь группы Итана, экскурсовод властно махнула рукой, призывая всех следовать за ней. Они вошли в распахнутые высокие двери и тут же оказались в небольшой комнате, стены которой были обиты истрепавшейся красной материей, странным образом выцветшей пятнами, похожими на квадраты и прямоугольники. Возможно, когда-то здесь висело множество картин или больших фотографий. Комната была пуста, если не считать массивного письменного стола и внушительных напольных часов, задвинутых в самый угол.

– Итак, – бодро объявила экскурсовод, – раньше весь дворец принадлежал королевской чете и, соответственно, большинство помещений были жилыми. Однако в 1934 году король передал дворец народу, и его превратили в в выставочный комплекс. Все комнаты и залы были полностью переделаны. Все, кроме этих. Поначалу здесь обосновалась городская библиотека. После её закрытия комнаты были выкуплены под офисы, которые затем превратили в склады. В итоге помещения забросили, и они пустовали почти двадцать лет. – Слово «двадцать» она произнесла особенно громко, заставив Итана вздрогнуть. – И сейчас, когда реставрация частично завершена, мы можем приподнять завесу тайны и представить, как жили короли в этом дворце.

«Интересно, какие булочки продают в местном кафе? С шоколадом или с корицей?» – внезапно подумал мальчик.

Экскурсовод тем временем продолжила:

– Это гостиная для приёмов. Её предположительное название «Бордовый кабинет», так как стены обиты тёмно-красным шёлком с изящным рисунком; ткань произведена в Англии. Согласно историческим фотографиям, – она ловко продемонстрировала публике сильно увеличенное зернистое фото, – цвет обоев удачно гармонировал с тканью, которой был обтянут мебельный гарнитур. В данный момент мебель находится на реставрации.

Итан закатил глаза: какая тягомотина! Экскурсовод повела группу дальше. Они побывали ещё в нескольких комнатах, предназначение которых он даже не понял. Единственное, что ему понравилось, – картины, написанные прямо на потолке, которые экскурсовод почему-то называла «медальонами». «Надо так же сделать в моей комнате, – подумал Итан. – Когда приедем домой, попрошу маму нарисовать какую-нибудь рок-группу на потолке. Вот будет красота!»

– А этот гарнитур рабочие нашли на чердаке, – увлечённо рассказывала экскурсовод, указывая на резные стулья. – Все предметы выполнены из грушевого дерева и обтянуты бархатом с редким рисунком.

Итан взглянул на стулья и пожал плечами: у бабушки дома были такие же. К слову, пожилые дамы в их группе очень даже заинтересовались этой мебелью, и повсюду слышалось: «Ах, какое всё красивенькое, какие милые ножки у стульев!»

Оказалось, что во время реставрации в этих стульях, в набивке, обнаружили столовое серебро. Очевидно, кое-кто из прислуги намеревался поправить свои дела, вынеся из дворца пару-тройку таких стульев.

Одним из последних пунктов экскурсии оказались королевские залы библиотеки, которые, собственно, и стали «родоначальниками» городской библиотеки. На удивление, это тёмное, даже несколько мрачноватое помещение понравилось не только маме и пожилым дамам из группы, но и Итану. Бесконечные деревянные полки, заполненные книгами, поднимались к самому потолку. Чтобы достать книги с самого верха, нужно было забраться на резной балкончик, к которому вела кованая винтовая лестница. Внизу стояли рассохшиеся деревянные фигуры стариков (экскурсовод уточнила, что это атланты), которые несли на своих почерневших плечах всю тяжесть балкончика. Итану внезапно захотелось подняться по этой лестнице и посмотреть, что же там, наверху.

Монотонно повествуя об истории библиотеки, экскурсовод неожиданно добавила:

– Кстати, не так давно нам стали доступны ранние чертежи этих помещений, и оказалось, что в библиотеке были две скрытые комнаты. Одну из них не составило труда найти, – она показала рукой в сторону деревянных панелей на стене, где виднелись очертания замаскированного дверного проёма. – Однако вторую комнату нам до сих пор не удалось обнаружить. В месте, где она указана на чертежах, а именно за книжными стеллажами, ничего нет. Вполне возможно, что её либо давно замуровали, либо чертежи неверно указывают местоположение.

Итан насторожился. Он много раз видел в фильмах библиотеки, где за стеллажами скрывались потайные комнаты. Стоило только достать определённую книгу – и перед тобой открывалась спрятанная дверь. Интересно, сотрудники музея догадались проверить все книги? Итан так увлечённо представлял таинственные скрытые механизмы в полках, что не заметил, как группа прошла дальше, оставив его в комнате совершенно одного.

Вот он, шанс обследовать всё самостоятельно! Нельзя было терять ни минуты. Озираясь по сторонам, Итан отодвинул ограждение и подбежал к винтовой лестнице. Спустя пару секунд он уже стоял на маленьком балконе и смотрел вниз. Балкончик располагался довольно высоко, примерно в двух метрах от пола. Приятное чувство страха, смешанного с любопытством, заставляло сердце Итана биться быстрее. Затаив дыхание, мальчик коснулся рукой книг. Все они были совершенно разные: красные, синие, жёлтые; совсем старые и поновее; толстые и тонкие; на некоторых были названия на неведомых языках. От такого многообразия разбегались глаза. За какой же из них спрятан поворотный механизм?

Внезапно внимание Итана привлёк цветной корешок одной книги. Он тут же вытащил её, желая поскорее узнать, что же спрятано за ней. К его разочарованию, в пустом пространстве между корешками виднелась лишь серая унылая стена. Тогда Итан вернул неинтересную книгу на место и подскочил к соседней полке, пристально вглядываясь в корешки. «Нет, не должно быть так просто, – пронеслось у него в голове. – Если бы я хотел замаскировать дверь, то поворотный механизм спрятал бы за самой скучной книгой». Корешки пестрели на стеллажах, призывая достать именно их. Любопытный взгляд Итана бегал по полкам, пока не зацепился за чёрный маленький корешок, на котором были изображены золотые львы с разинутыми пастями и поднятыми передними лапами. Если бы не слабое мерцание зверей на тёмной коже, мальчик никогда бы не заметил этой книги. То что надо: маленькая и непримечательная! Она находилась достаточно высоко, так что Итану пришлось едва ли не залезть на стеллаж, чтобы её достать.

На мгновение мальчику почудилось, что за полкой что-то скрипнуло. Неужели потайная дверь? Итан подождал несколько секунд, но ничего не происходило. Разочарованный, он взглянул на книгу, но на чёрной обложке ничего не было. Тогда он открыл её, пролистал и с тоской вздохнул: картинок нет. Хотя… На одной из страниц что-то мелькнуло. Он перевернул несколько листов обратно и обнаружил нечто странное: все поля были исписаны какими-то символами. Итан пролистал ещё. Через пару страниц всё повторилось – мелкие значки окружали текст со всех сторон. Чем дальше он листал книгу, тем больше зловещих записей появлялось на страницах. Подобные книги иногда можно было встретить в компьютерных играх про учёных-злодеев и таинственные лаборатории. Но как в скучной библиотеке могла очутиться такая книга?

Из соседних комнат послышался стук женских каблучков, быстро направляющихся в сторону библиотеки. Итан вздрогнул и кинулся вниз по лестнице. Он едва успел поставить ограждение обратно, как на пороге появилась мама.

– Итан! Что ты тут делаешь?! Мы с папой тебя потеряли!

– Я… – начал мальчик, но с ужасом понял, что книга со львами находится у него в руке: впопыхах он забыл поставить её на место. Тут же спрятав её за спину, он продолжил: – Я задумался, прости, мам.

Казалось, мама ничего не заметила, потому что продолжила отчитывать Итана за рассеянность, проводив его к основной группе. Было очевидно, что возможности вернуться в библиотеку пока не представится, так как родители теперь не спускали глаз с сына, поэтому ему пришлось незаметно сунуть книгу в свой рюкзак, притворившись, будто ему необходимо что-то в нём найти. Он решил, что положит её на какой-нибудь стол, когда взрослые перестанут сверлить его взглядом.

Группа прошла ещё через несколько скучных комнат, и наконец экскурсия закончилась. Отец с Итаном тут же повели маму в кафе. После двух кусков бисквитного шоколадного торта мальчик был вполне доволен жизнью, а когда, вернувшись в машину, мама отдала ему мобильный телефон, счастью его не было предела, и ни о какой книге он больше не вспоминал.

Отец раскритиковал выставку в пух и прах, утверждая, что таких художников надо посылать работать на заводы, чтобы они приносили хоть какую-то пользу обществу, на что мама категорично отвечала: «Если всех художников отправлять на заводы, то мы без искусства превратимся в дикарей». Честно говоря, Итан был согласен с отцом насчёт выставки. Но всё же ему не хотелось, чтобы все художники шли на завод, так как закрылись бы музеи и, самое страшное, прекратили бы своё существование музейные кафе.

Спустя час Итан оказался дома. Он жутко устал, ноги ныли от непривычно долгого хождения сначала по выставке, а затем по музею, но он всё же нашёл в себе силы, чтобы ещё поиграть на телефоне. Мама гремела грязной посудой на кухне, отец нервно работал за компьютером в кабинете и, когда у него что-то не сходилось в расчётах, начинал громко возмущаться. Доставалось даже компьютеру. Итан знал, что в эти моменты к отцу лучше не приближаться, иначе непременно рискуешь оказаться виноватым в том, что расчёты неверны.

За окном зажёгся уличный фонарь, мама закончила с уборкой, и настало время ужина. Итан нехотя жевал ненавистную брокколи и при любом удобном случае засовывал еду под салфетку. Он не так давно изобрёл эту схему: подвигаешь тарелку вплотную к салфетке, когда никто не смотрит, тихонько кладёшь небольшими кусочками противную еду прямо в салфетку и прикрываешь рукой. Когда поешь – сворачиваешь салфетку и незаметно выбрасываешь в корзину для мусора.

– Итан, что это у тебя там? – произнесла мама, пристально посмотрев на подозрительно толстую салфетку. – Ну-ка, покажи, что ты прячешь!

– Ничего, мам…

– Раз ничего, значит, тебе нечего скрывать. Покажи!

– Да ладно тебе, Клара, что ты к ребёнку привязалась? – внезапно вступился отец, который и сам, по всей видимости, не был в восторге от брокколи.

– Что значит – привязалась? – взбунтовалась мама. – Я просто попросила, чтобы он показал. Разве я делаю что-то не так?!

– Ты постоянно его в чём-то подозреваешь, – ответил отец, потянувшись за кувшином с морсом. – Он и шагу не может ступить без твоего вечного контроля.

– Контроля?! Вечного?!

– Спасибо, было очень вкусно, – тихо сказал Итан и, быстро скомкав злополучную салфетку, вышел из кухни.

Пока родители продолжали выяснять, кто прав, а кто виноват, Итан безжалостно выкинул брокколи в корзину. Вот же не повезло! Теперь придётся выдумывать новую схему по избавлению от невкусных овощей.

Вернувшись в свою комнату, он переоделся в синюю пижаму и залез в кровать. Но не успела его голова коснуться подушки, как в комнату заглянула мама:

– Ты почистил зубы?

– Нет, – грустно ответил Итан.