Цитаты из книг автора «Карина Демина»

за черту фабричных стен. Впрочем, от них остались лишь осколки. Раскрошился кирпич, и врытые в землю столбы сгнили, расслоились. То тут, то там из-под снега проглядывали рыжие кольца колючей проволоки, не то змеи, не то побеги диковинного кустарника. – Думаете, если вы попросите денег на конкретную тему, Король вам откажет? Нет

Ригер из рода Темной Ртути был мертв уже несколько часов. Он полулежал в кресле, притворяясь спящим, но клетчатый плед, которым укутали мертвеца, пропитался кровью. Склоненная на грудь голова, перекрещенные руки. Поза театральная, и тот, кто вошел в этот дом с черного хода, постарался, усаживая

снежинку и растер в пальцах. – Война закончена, опять же… а значит, финансирование сократят. Или уже сократили? В мирное время не нужны боевые драконы. Нет, вам не укажут на дверь, вы слишком ценны для короны… – И снова пауза, выразительно приподнятая бровь, словно Инголфа удивляет сам этот факт. – Но вот что касается остальных… на полигоне

прежде не бывала в шоколадной лавке… ее, должно быть, совсем строго воспитывали, хотя их матушка утверждает, что дело отнюдь не в воспитании, а в происхождении… Грай зашипела и, кажется, пнула кузину.И Сиг замолчала, а Сигни вдруг покраснела и опустила взгляд. – Не слушай их, они сами не знают, что говорят, – доверительно произнесла Грай и покосилась на тетушку.

Дитар повернулась к окну. Какой бы была ее жизнь, выбери Дитар иную дорогу? Лучше? Хуже? Другой, несомненно, в ней не было бы ни предательства, ни отчаяния, когда хотелось наложить на себя руки, ни клиентов… ни ее дорогой Лили, ни Брокка, ни этой гостиной с зелеными

Сумеет. И даже нарисует. Леди Евгения говорила, что у Таннис талант к рисованию… – Не заберешь?Ведь она знает ответ. И Кейрен подтверждает догадку: – Когда мы его поймаем, заберу непременно.

Тормир из рода Зеленой Сурьмы, прозванный Большим Молотом, занимал пост главы полицейского управления последние двадцать лет. Поговаривали, что должность эта была создана специально для него и что серый особняк был выстроен с учетом пожеланий Молота, оттого и так замечательно они друг к другу подходят. Тормир носил сизые сюртуки, скроенные

Минута к минуте. Шелест воды, где-то далеко, но сам этот звук вызывает жажду. И Кейрен часто сглатывает. Нет, фляга на треть полна, но… надо беречь. Время.Тянется. Холод пробирается под кожу. Порой Кейрену начинает казаться, что

появляется. Заводов нет. Баржа проплывает в половине шестого… и мамаша встает. Отцу ничего, он храпит, а я слышу, как она встает и ходит, ворчит. У нее спина болит. А мазь воняет зверски… потом она посудой звенит, завтрак готовит… а в шесть уже Большая Бетти с углем ползет. У нее голос громкий. И за стеной тоже начинают копошиться. Стены в доме тонкие. Слышно все

женщину, от которой пахло подземельем. Камнем. Сыростью. Затхлой сладостью подземного гриба, отчего-то вызывавшей ассоциации со смрадом гниющего мяса. И сквозь этот кокон чужих ароматов все же пробирался собственный запах Таннис. Сталь. Дым. Город