Цитаты из книг автора «Карина Бартш»

С кем ты в баре? – С Ником, – повторила я, закатив глаза. – Ты его знаешь, это друг Элиаса, с которым мы познакомились в клубе. – Я знаю, кто такой Ник, и мне интересно, за каким чертом ты с ним встречаешься? – Мы случайно встретились в городе… – пробормотала я, выставив себя перед Ником полной дурой. – И где вы? – Бар называется «Сумерки», все нормально. – Подожди, я сейчас спрошу. – Что значит ты сейчас спросишь? Кого и о чем? Алекс?

Когда мы в последний раз оказались в такой ситуации, я не выдержала. Мы были в большом торговом центре, я подошла к стойке информации и попросила объявить по громкой связи следующее: «Мама просит малышку Алекс Шварц подойти к выходу, иначе она уедет домой без нее». Пять минут спустя она прибежала ко мне, красная как рак, и, в отличие от меня, ей эта шутка смешной не показалась. Но позор Алекс точно того стоил.

Твое пожелание сбылось, я хорошо провела вечер. Хотя слово «хорошо» не отражает реальность, я бы сказала, что вечер был незабываемым. Мне выпала возможность исполнить мечту всей моей жизни. Мне самой не верится, но я водила «Мустанг Шелби Джи Ти» 1967 года выпуска! Может, у тебя по странному стечению обстоятельств тоже такая машина? Ладно, не будем перегибать палку. У нас с тобой и так уже достаточно общего. Мне все равно, какую машину ты водишь, пусть даже БМВ или какую-нибудь другую развалюху. (О боже, только не говори, что ты действительно водишь БМВ!)

Это, наверное, покажется странным, но я все время думал о тебе, пока читал. Мне интересно, что ты за человек, если ты любишь такие чудесные, но при этом мрачные истории. Думаю, ты еще более загадочна, чем мне казалось.

– Нет. – Хотя бы в щечку? – Нет. – А если я тебя поцелую в щечку? – Нет. – Ну, хотя бы дай мне почувствовать, как толкается маленький Элиас, – вздохнул он. Я расхохоталась. – Придурок, – сказала я, – конечно нет. – С вашей стороны это очень жестоко, мадам, – заявил он. – Я абсолютно уверена, что ты уже нашел мне подходящую замену. В клубе не было недостатка в красотках. – Нет, – сказал он, – у меня не было желания начинать все сначала.

Несколько минут мы молча стояли друг напротив друга. – Должен признать, – усмехнулся он, – для женщины ты неплохо водишь. Хоть я и не ожидала от него большего комплимента по поводу вождения, но все равно не могла не отбить эту подачу. – А ты был тих и жалок, – сказала я, подняв брови, – для мужчины. Элиас улыбнулся и пожал плечами.

– Знаешь, что бы сейчас сделал хороший победитель? – ухмыльнулся он. – Позволь догадаться, – вздохнула я, – подарил тебе поцелуй? В ответ он широко улыбнулся. Он совершенно точно вернулся в исходное состояние. – Тебе не повезло, – сказала я. – Я не хороший, а плохой победитель. Кроме того, я опасаюсь, что ты был так обеспокоен, что поцелуй можешь не пережить. – С каких это пор ты беспокоишься о том, жив я или нет? – Потому я не хочу беспокоиться о том, куда спрятать труп, так что считай это исключительным случаем. Элиас закатил глаза. – В воздухе прямо запахло любовью. В ответ я заулыбалась.

Еще большую радость мне приносило то, что у Элиаса совершенно точно сердце уходило в пятки каждый раз, когда я заставляла шины визжать на крутом повороте. И хотя я ни за что бы в этом не призналась, но Элиас во время этой поездки стал мне почти симпатичен. Он мало говорил и выглядел напуганным и неуверенным.

Это было не просто средство передвижения, как остальные машины, это был настоящий секс на колесах.

– Включить первую передачу, отпустить сцепление, нажать педаль газа, тронуться. – Да, но ты не знаешь, как отреагирует эта машина! У «Мустанга» под капотом три сотни лошадиных сил, а это на двести девяносто девять больше, чем у той ржавой развалюхи, на которой ты привыкла ездить! В его голосе звучал испуг, который почему-то заставил меня улыбнуться. Никогда раньше я не видела его таким нервным, и это было упущением с моей стороны. – Успокойся, Элиас, я буду осторожна. Он ничего не ответил, а я нажала на педаль сцепления и включила первую передачу. Элиас тут же закрыл лицо руками. – Господи, сделай так, чтобы она умела водить лучше, чем ходить, – сказал он, и я заулыбалась еще шире.