Цитаты из книг автора «Кай-фу Ли»

Но важнее всего то, что я перестал рассматривать свою жизнь как алгоритм, который можно оптимизировать для достижения цели. Вместо этого я стараюсь тратить свою энергию на то, что, как я понял теперь, по-настоящему придает жизни смысл: на то, чтобы делиться любовью с окружающими.

По сути, загипнотизированный своим стремлением создавать машины, которые думали бы как люди, я превратился в человека, который думал как машина.

Как и многие люди, вынужденные взглянуть в лицо смерти, я боялся будущего и с глубоким, мучительным сожалением вспоминал о том, как я жил до этого. Год за годом я игнорировал возможность проводить время с самыми близкими мне людьми и дарить им свою любовь.

Эта утрата смысла и цели имеет реальные и серьезные последствия. Потеря работы в три раза повышает вероятность депрессии (за полгода) и в два раза — вероятность суицида . Злоупотребление алкоголем и опиоидными средствами растет вместе с уровнем безработицы, причем некоторые ученые объясняют рост смертности среди необразованных белых американцев снижением экономических показателей. Это явление называют «смертью от отчаяния»

Разрыв этих связей и принуждение людей к карьерным падениям нанесут ущерб не только нашему финансовому благополучию. Они могут разрушительно повлиять на наше отношение к себе и лишить нас цели. В интервью газете New York Times в 2014 году уволенный электрик по имени Фрэнк Уолш описал психологические последствия безработицы: «Я потерял чувство собственного достоинства, понимаешь, о чем я? — сказал он. — Кто-то спрашивает тебя: “Чем ты занимаешься?” И я мог бы ответить: “Я электрик”. Но сейчас я ничего не говорю. Я больше не электрик»80.

Работа заполняет наше время и упорядочивает нашу жизнь, а также связывает нас с другими людьми. Регулярная зарплата воспринимается не только как вознаграждение за полезный труд, но и как символ признания, того, что мы — важная часть общества. Разрыв этих связей и принуждение людей к карьерным падениям нанесут ущерб не только нашему финансовому благополучию. Они могут разрушительно повлиять на наше отношение к себе и лишить нас цели.

Беспорядки будут возникать не только по политическим, экономическим и социальным причинам, но и по глубоко личным. За столетия, прошедшие после промышленной революции, мы стали воспринимать свою работу не только как источник средств к существованию, но и как повод для гордости, часть нашей личности и даже смысл жизни.

нам никуда не деться от риска, что в XXI веке возникнет новая кастовая система: общество разделится на элиту, процветающую благодаря ИИ, и ту часть, которую историк Юваль Ной Харари прямолинейно называет «бесполезным классом» , — людей, которые никогда не смогут генерировать достаточную экономическую ценность, чтобы поддерживать свое существование.

Жестокая борьба людей за рабочие места, притом что богатые будут продолжать богатеть благодаря ИИ, не просто приведет к колоссальному неравенству. Боюсь, что такое общество окажется крайне неустойчивым.

Американские антимонополистические законы в этой ситуации часто неприменимы, поскольку, в соответствии с законодательством США, истцам необходимо доказать, что монополия действительно вредит потребителям. Но монополисты ИИ, скорее всего, будут предоставлять все лучшие и лучшие услуги, постоянно снижая цены для потребителей, благодаря невероятной производительности и эффективности технологии.