– Я запомню ваши наставления, пути Архонта Урласа. Я прослежу, чтобы моя связь с Чародейными Источниками Нижних Миров оставалась крепкой и могучей.

– Не забывайте то, с чем вы уже играли, – сказал Мастер Оаур.

– Это не путь Архонта.

– И всё же, смешивая то, чем мы являемся, беря лучшее из каждой части нас самих, мы обретаем истинную силу. Я приготовил чай, чтобы поговорить об этом, но меня охватило дурное предчувствие. Я вышел в сад проветрить мысли – и вы пришли. Вы идёте в тёмное место, дитя моё.

– В Ледяные моря?

– Я не о том. Не о пути телесном, а о духовном. Вы не будете прежней, когда— если вернётесь. Пожалуй, это тревожит меня больше всего.

– Я должна поддержать братьев, нам надлежит идти по намеченной дороге.

Её Мастер кивнул, – Да, но и это – не всё, что я вижу. Я вижу ваш путь, ваше странствие. Пожалуйста, храните веру в богиню Эту и не позволяйте себе потеряться.

Алри улыбнулась, – Буду, Мастер. Я чту ваши наставления.

– Тогда, быть может, вы останетесь. Я не хочу, чтобы увиденное мною сбылось.

– Я не останусь. Я ухожу.

Мастер Оаур вздохнул. – Если таково ваше желание.

– Так, Мастер, – она поклонилась, – я скоро вернусь к вам, мы закончим обучение. Я стану истинным Архонтом Урласа.

Её мастер не ответил поклоном.

– Надеюсь.

Алри стало дурно, неприятная горечь подкатила к желудку, и ей было трудно отвернуться от Мастера. Ей никогда не хотелось его разочаровывать. Но зов был сильнее – в другом месте.

* * *

– Я не хочу подвергать их опасности, – сказал Таслун. – Хотел бы я, чтобы ты поддержал моё желание не брать их с нами.

– Мы семья, даже если постоянно препираемся, а я и так хожу с двумя клинками, вопреки всем эльфийским порядкам. Ослышаться брата мне не впервой. Тем более когда на его решения влияет утреннее вино.

Братья обменялись улыбками.

– Я с тобой, брат, как и они. Нам понадобятся все наши силы, – сказал Кеалин.

Они перешли через арену и направились к дальнему краю. Неподалёку от каменной хижины в небо тянулся ровный столб дыма. Мастер Рукес, в плотном переднике, переносил из внешнего хранилища камни в горн. В эльфийском царстве не жгли дрова – здесь горели и раскалялись камни гор.

Мастер Рукес не стал разглядывать их – вернулся в хижину и вышел снова с чёрным камнем в красных крапинках. Это была руда рушира. Металлическим инструментом он сунул сырой кусок рушира глубоко в раскалённые добела угли.

– Мастер Рукес, уделите минуту? – спросил Таслун.

– Более чем минуту. – Он пошевелил угли и вынул металл. Ритмичными ударами принялся выклёпывать то, что со временем станет клинком эльфийского меча. Впрочем, до готовности предстояло много недель. Рушир добывали из недр этих земель. Он не походил ни на один метал в остальных краях. Работа с ним требовала кузнеца особой пробы, а Рукес был не только кузнецом, но и чародеем, творцом волшебных предметов.

– Чем помочь вам двум? Кеалин должен был встретиться со мной сегодня для продолжения тренировок.

– Не придёт, – сказал Таслун.

Мастер Рукес поднял взгляд от своей работы и уставился на них.

– Впервые слышу это именно от вас: что ваш брат пропустит тренировку; ведь вы же больше всех настаивали, чтобы он не пропускал ни дня.

– Мы с братом и сестрой уходим. Мы нужны в Ледяных морях.

Кеалин наполовину ожидал, что учитель станет возражать, убеждать их или напомнит, что уходить нельзя. Ответ оказался куда проще.

– Что вам нужно?

– Ничего, кроме достойной брони. Мы лишь хотели, чтобы вы знали: мы не станем сидеть сложа руки, пока наши родители ведут войну, защищая нас.

– Ваши родители отправились предотвратить бедствие. Они ушли вместе с Клинками и архонтами по всем землям не просто воевать, а чтобы встретиться с единственным врагом – в надежде остановить дальнейшую войну.

Таслун прошёл в заднюю комнату хижины и вернулся с первоклассной кожаной бронёй.

– Полагаю, ваша сестра тоже идёт. Её Мастеру это вряд ли понравится, – сказал Мастер Рукес.

Таслун посмотрел на Кеалина. Оба молча облачились в броню.

Рукес усмехнулся и улыбнулся. – С вашей семьёй я привык ждать странных поступков и внезапного неповиновения. Ничего никогда не идёт по плану. Таслун, ты станешь Клинком Урласа раньше, чем пройдёт ещё один год, а твой брат, хоть и сражается не как мы, вполне умеет постоять за себя. Прими это.

Таслун посмотрел на Кеалина, затем снова на Мастера Рукеса.

– Я считаю, он должен делать то же, к чему тренируемся мы с братом. Мы делаем это ради защиты народа; он обязан чтить их и принять путь Клинка Урласа. Но раз уж он желает ещё по одному клинку в каждом столкновении—

– Я подумаю над тем, чего хочет брат, со временем, – перебил Кеалин. – Но я также помню: по ту сторону клинка не всегда стоит благородный человек. И всё же, возможно, по возвращении я выберу должный путь, чтобы стать Клинком.

Их учитель оглядел каждого и снова ушёл в комнату. Вернулся с ещё одним комплектом кожаной брони.

– Восхищаюсь вашей внезапной решимостью, Кеалин. Но знаю: как бы вы ни уверяли, это не совсем так. И хотя он менее опытен, не забывайте: ваш брат Калак пока не на вашем уровне. Он берёт с вас пример. Пусть это склонит вас меньше спорить и больше работать вместе.

Таслун кивнул и поклонился. Кеалин сделал то же. Их учитель ответил поклоном.

– Если вы держите путь к Ледяным морям, знайте: ни один эльфийский корабль вас туда не довезёт. Те, на которых ушли ваши родители, не вернутся ещё долго.

– Мы направимся к дварфским островам, – сказал Таслун. – Там мы достанем корабль.

– Тогда будьте осторожны. Город Корсон благоволил к нам, но, продвигаясь на северные рубежи, помните: в это время года там скрыто солнце. И берегите друг друга, особенно среди тех дварфов; мир с ними хрупок, и вы окажетесь вне благословений эльфийских земель. Вчера ночью я говорил вашему отцу о вас обоих только хорошее. Хотя вы и идёте против его воли, я понимаю такие поступки, когда мир в смуте. Знайте: у вас всегда есть дом в Урласе. Жду вас обоих назад, чтобы завершить обучение, когда всё это закончится.

– Благодарим, Мастер, – они оба поклонились.

Мастер Рукес ответил поклоном.

С этими словами, они покинули арену и вернулись домой. Кеалин собрал немногое, что хотел взять с собой – по сути, лишь тёплую куртку да дорожное мясо. Проходя мимо уголка сестры, он заметил, что её посоха нет. Он быстро вышел к дверному проёму их дома и стал ждать Таслуна. Брат отправился искать карту Ледяных морей. Эти моря лежали на самом краю мира и, по преданию, едва поддавались плаванию. Рассказы о водоворотах, морских чудищах и леденящих водах были лишь частью бед, что проклинали те места.

– Клянусь, у нас была карта, – наконец сказал Таслун, не найдя ни клочка пергамента. – Корсон недалеко. Доберёмся и без карты. К тому же я много слышал о Ледяных морях от нашего отца: лёд и туман делают их почти ненавигабельными, да и карту толком не нарисуешь.

– Тогда надеюсь, мы найдём кого‑то, кто их знает, – сказал Кеалин.

Они встретились с братом и сестрой у кромки бухты. Судёнышко, что должно было перевезти их через воды к дварфским островам, было не больше рыбачьей лодки, годной лишь для мелей у берегов.

Алри стояла на берегу, пока Калак собирал верёвки.

Таслун передал ему его клинок. – Мастер шлёт нам удачу.

– Что ж, рада, что Мастер Клинков одобряет, – сказала Алри. – Архонт Оаур – нет.

И тут позади других появился эльф, о котором говорила Алри. Кеалин всякий раз поражался облику этого архонта. Хоть все они и были чопорны, Оаур был высок – выше прочих эльфов. Плащ его был соткан из леса: листья, прутики и прочие дары природы – на него смотрели по множеству причин. В руке он держал большой кус корявого дерева, служивший посохом, хотя Кеалин видел у него и несколько иных посохов – каждый со своим диковинным видом.

– Значит, правда то, что говорит ваша сестра. Вы уходите.

– Нам нужно. Шаман говорит о тьме, надвигающейся на бога Севера. Мы должны идти.

– Уж наверняка найдутся и другие эльфы, способные сделать то, что вам нужно? Вы четверо молоды, наивны в мирских делах, и я пока не согласен, чтобы Алри свободно пользовалась своей магией.

– Архонт Оаур, я должна идти с ними. Мы говорили об этом.

– И я уже говорил вам: я не желаю вашего ухода. Здесь, со мной, вы в безопасности.

Кеалин встал между архонтом и Алри. – Она уходит с нами.

– Полуэльф Кеалин, благодарю вас за ваше присутствие на окраине урласских лесов. Хорошо ли вам от мысли, что из‑за вас ваш достойный отец не живёт глубже в пределах царства? Печальная доля – обитать на самом краю, у моря. По крайней мере, ваша мать стала для нас, урласцев, хорошим магом.

– Мне нравится море, – ответил Кеалин. – А вот когда пуританин навязывает волю моей сестре и поносит мою семью – не нравится.

– Мы все полуэльфы, – сказал Таслун.

Архонт кивнул. – Конечно, просто одни лучше других. Что ж, Кеалин, вижу в тебе упрямство и язык твоей матери. Присматривайте за вашей дорогой сестрой. Я не желаю ей зла. Вы не знаете меня, юные, – сказал он, обращаясь к трём братьям, – но я не раз стоял рядом с вашим отцом. Тяжело мне видеть, как вы покидаете эти земли без его благословения. Но я укрепляюсь надеждой в том, чего не понимаю.

– С ней всё будет в порядке, – сказал Калак. – Лучшие мечники царства охраняют её.

Кеалин так и не отступил, пока архонт не развернулся и не оставил их у воды. Уходя, он тихо усмехнулся.

– Это что сейчас было, братишка? Решил оскорбить мастера‑мага?

Калак рассмеялся. – Ему всё равно, кого он заденет. В этом‑то он и сильнее многих.

Таслун передал Калаку его броню и меч.

– Архонт Оаур до сих пор порой напоминает, что мы полуэльфы, – сказала Алри. – Потому‑то наша семья и живёт на окраине – это мы все знаем. Но он просто заботится обо мне. Он любит нашу семью.

– Не важно, – сказал Кеалин. – Живи мы среди тех, кто обитает в глубине царства, нам пришлось бы иметь с ними дело. Я больше не обижаюсь на это. Хотя хотелось бы снова взглянуть на озеро с высоких скал в чаще.

– Тогда давайте защитим эти леса. Со временем урласцы будут терпимее к нашему положению, и то, что они считают слабостью, исчезнет из их мыслей. Не будем мешкать. В лодку.

Братья и сестра по очереди перебрались в маленькое судно, выдолбленное из ствола исполинского дерева. Эльфы Урласа с великим достоинством были так просты, как только могли. В отличие от южан с их грандиозными городами, урласцы были ближе к природе во всём – от лодок и одежды до самих жилищ. Лишь в глубине лесов у самой столицы можно было найти высокие башни и древние здания времён основания Урласа. Но даже они меркли перед величием белых сосен, что росли в сердце чащоб. Всем им будет не хватать Урласа.

Они легко оттолкнулись от берега и принялись грести, четверо работали слаженно. Кеалин глядел поверх воды, держа в руке вёсла; он вонзал лопасть в глубину и тянул к себе. Воздух был свеж, но на языке уже ощущалась соль моря. У воды он всегда чувствовал покой. Эта протока уведёт их на восток, прямо из Урласа в Ледяные моря.

– Ты знаешь путь из Урласа? – спросила Алри у Таслуна.

– Знаю, но туда, куда мы держим путь, нет дорог – лишь тропы льда и ледников. Не беспокойся. Дорогу до Корсона я знаю. Я бывал там однажды.

4