Глава 14

Бенджамину пришлось улететь уже на следующий день. У Кеплера была неделя отпуска, и он остался в Кении со своими людьми.

Однако в пятницу он вернулся обратно, чтобы за выходные снова привыкнуть к ритму жизни будущего агента. Волшебство той отрешённой жизни у подножия Батиана сопровождало его весь полёт. Ему повезло пережить это чувство, и после посадки он всё ещё ощущал его как тихое эхо.

*****

Однако воспоминание исчезло, когда он заметил двух мужчин, стоявших у выхода из аэропорта. Взгляд одного из них вскользь прошёлся по Кеплеру, затем мужчина будто бы стал высматривать кого-то в толпе, но его губы едва заметно шевельнулись. Кеплер расстегнул пуговицы пиджака и потянулся за спину к кобуре с Глоком. Когда он вышел из здания, прямо перед ним остановился чёрный лимузин, и из него вышел ещё один мужчина. Он был ровесником Кеплера, такого же телосложения, немного похож на него лицом и смотрел взглядом охотника. С рассеянным видом он будто бы рассматривал внутреннее пространство аэропорта, но одновременно незаметно показал удостоверение с такой же кокардой, какая была у Кеплера. Тот даже успел прочитать имя. Тем временем Дэниель Брок повернул голову, сделал вид, будто только что заметил Кеплера, и широко, радостно улыбнулся, словно был приятно удивлён.

— Джо, — произнёс он не громко, но и не тихо, — рад тебя видеть.

Кеплер отпустил Глок.

— Я тоже, Дэниель, — ответил он и пожал ему руку.

— Я приехал встретить жену, но она прилетит следующим рейсом, — продолжал сиять Дэниель. — Может, выпьем пока кофе?

— С удовольствием.

Дэниель отвёл Кеплера в кафе и заказал два эспрессо.

— Директор сейчас в бюджетном комитете, — сказал он после того, как официант ушёл. — Наверняка опять мучается.

Кеплер лишь кивнул. Грэди как-то упоминал, что переговоры по бюджету причиняют ему боль сильнее зубной.

— А Кира?

— В пути, — ответил Дэниель после почти незаметной паузы. Он дождался, пока официант подаст кофе. — Помнишь ДВД? — затем тихо спросил он.

— Да.

— Это настоящая бомба, — совершенно серьёзно заявил Дэниель. — Грэди хочет, чтобы я немедленно её обезвредил. Погоди. — Он торопливо отпил кофе, затем собрался с мыслями. — Итак, несколько лет назад одна известная фармацевтическая компания начала разработку препарата для терапии ВИЧ. Само по себе это было бы хорошо — если бы проект не застопорился. — Дэниель сделал паузу. — Поэтому они привлекли некоего Мартина Фергюсона. Похоже, сейчас это лучший молекулярный биолог в мире. Но как учёный он ещё хуже тех, кто создавал атомную бомбу — те хотя бы считали, что делают это ради благой цели. Как бы то ни было, он модифицировал препарат и провёл в Танзании серию испытаний на военнослужащих Сил обороны народа Танзании. В результате все солдаты в кратчайшие сроки умерли мучительной смертью от тяжёлых поражений печени. У Фергюсона есть собственная компания, которая несколько лет назад выпустила на рынок препарат против сибирской язвы. Ходят слухи, что ключевые результаты исследований он просто украл. До суда дело так и не дошло, но Фергюсон платил сторонним исследователям. На мировом рынке он заработал на этом препарате во много раз больше. А вместе с деньгами, разумеется, получил и влияние. — Дэниель ненадолго замолчал. — Это он организовал взрыв больницы и тем самым уничтожил всех свидетелей и доказательства. Он вывез из Танзании копию результатов исследований, чтобы использовать их в собственных целях. Для этого он привлёк Прайса, а тот теперь тоже мёртв. — Дэниель сделал паузу. — А теперь самое интересное. Он считает, что достаточно немного изменить препарат, чтобы тот перестал вызывать поражение печени. Но по мнению экспертов, которых опросили мы, он глубоко заблуждается. Тем не менее разрешение на применение он получит, потому что подкупил руководителя соответствующего ведомства. И даже если модифицированный препарат больше не будет вызывать печёночную недостаточность, долгосрочных исследований нет, а эксперты считают, что в лучшем случае это средство окажется бесполезным, но гораздо вероятнее, что оно будет повреждать другие органы. Однако президент при вступлении в должность пообещал создать такое лекарство, и разрешение будет выдано уже на следующей неделе. Политика. — Дэниель горько шмыгнул носом. — Ну и что ты об этом думаешь?

Ежедневно в ЮАР от СПИДа умирали девятьсот человек, однако министр здравоохранения утверждала, что болезнь возникает лишь из-за бедности и отсутствия гигиены, и что бороться с ней следует витаминами. И очень многие верили этой чепухе. Кроме того, врачи нередко диагностировали ВИЧ у людей, больных туберкулёзом, и наоборот. Светлые головы в правительстве пытались сдержать распространение вируса иммунодефицита человека бесплатной раздачей презервативов. Но в прошлом году промышленность выпустила двадцать миллионов бракованных презервативов. При такой предыстории ничего разумного получиться не могло. Тем более что исследователи по всему миру уже десятилетиями пытались создать лекарство против вируса иммунодефицита человека — такое просто не мог сделать один человек за считаные дни. Однако Фергюсон сумел продать президенту свою чудо-таблетку. И когда препарат неизбежно провалится — или случится нечто ещё хуже, как утверждал Дэниель — отвечать придётся президенту.

— Это плохо, — ответил Кеплер.

— И я должен остановить этот безумный танец, — перешёл Дэниель к сути. — Но Фергюсон словно сквозь землю провалился. Однако вчера я выяснил, что у него есть секретная лаборатория недалеко от Кейптауна. Местность там открыта от горизонта до горизонта. Только в одном месте есть несколько холмов, но они находятся в двух с половиной километрах. Лично я отправил бы туда истребитель-бомбардировщик и приказал бы сравнять всё с землёй, но это было бы политически некорректно, тогда президент сам оказался бы под ударом. В общем, всё паршиво. — Дэниель посмотрел Кеплеру в глаза. — Убей этого типа для меня, Джо, — попросил он. — Я не вижу другого выхода, а время уходит.

— Грэди послал тебя ко мне с этим?

— Не совсем, — немного неловко уклонился Дэниель. — Он сказал — сделай это. Но не сказал — как. Но если ты не хочешь, то не надо.

— И если Фергюсон исчезнет, препарат не получит разрешения?

— Нет, это лишь задержит выдачу разрешения. Он ведь работает не один, такое вообще невозможно, за ним стоит слишком большой капитал, Джо, — с сожалением ответил Дэниель, потому что Кеплер не понимал столь простых вещей. — Но в этом году препарат точно уже не допустят к применению. У меня будет больше времени, чтобы найти способ добраться до его сообщников и окончательно прикрыть их лавочку. — Он умоляюще посмотрел на Кеплера. — Я не хочу, чтобы умирали невинные, — отчётливо выделил он это слово. — Джо, у меня заканчивается время. Давай сделаем так. Я отвезу тебя в гостиницу. По дороге ты всё обдумаешь. Если захочешь помочь — сразу начнём. Если нет, мне придётся попытаться закончить это самому.

— Хорошо.

*****

Поездка от аэропорта имени О. Р. Тамбо до Претории на автомобиле занимала от двадцати до сорока минут в зависимости от дорожной обстановки — времени было более чем достаточно.

Однако Кеплер уже знал, что собирается делать. Оставалась лишь крошечная тень сомнения. Но в машине Дэниель протянул ему толстую папку. Из-за обилия медицинских терминов текст на листах был для Кеплера почти непонятен. Однако там были диаграммы, и он понял, что это результаты исследований, посвящённых соотношению уровня заражения и смертности во времени. И насколько он мог судить, это соотношение выглядело пугающим. На самом дне папки лежал конверт с фотографиями. Теперь гневное возмущение Дэниеля стало окончательно понятным. На снимках были истощённые чернокожие пациенты на убогих больничных койках, подключённые к капельницам и обречённые на смерть. Последняя фотография изображала белого врача в белом халате — бодрого, здорового и широко улыбающегося.

— Это Фергюсон, — сказал Дэниель.

Кеплер внимательно посмотрел на фотографию. У мужчины было слегка затравленное выражение лица, но волевой взгляд, и в целом он производил впечатление человека хитрого и изворотливого.

— Ему на всё наплевать. У тебя есть земля с могилы бабушки, а он позволил своим родителям мучительно умереть от рака, хотя сам богат. — Дэниель едва не поперхнулся. — Позвони Грэди и получи его добро. Потом мы уберём этого типа и, возможно, спасём несколько жизней.

Кеплер достал HTC, но соединения не было. Он удивлённо посмотрел на смартфон. Дэниель взял телефон из центральной консоли, набрал номер и протянул трубку Кеплеру.

— Моя машина экранирована, — объяснил он.

Кеплер кивнул и поднёс трубку к уху.

— Центральный аппарат Министерства общественной безопасности, — раздался женский голос.

На этот раз это была не жизнерадостная Кати.

— Люгер, 34-66-63, — представился Кеплер. — Соедините меня с директором, пожалуйста.

— Он на заседании бюджетного комитета.

— Знаю, — сказал Кеплер. — С ним можно как-нибудь связаться?

— Не думаю, — ответила женщина. — Но попробую. — Кеплер услышал, как она нажимает кнопки, затем наступила тишина. — Нет, извините, — с сожалением сказала женщина.

— Ничего страшного, — ответил Кеплер.

Дэниель смотрел на него растерянно и подавленно.

— И что теперь?

— Что именно сказал тебе Грэди — остановить это? — спросил в ответ Кеплер и ещё раз посмотрел на фотографии в папке. — Тогда поехали. Какой план?

По лицу Дэниеля прокатилась волна облегчения.

— Летим в Кейптаун, — начал он почти весело. — Я позвоню в наше управление там, тебе подготовят внедорожный мотоцикл, на котором ты сможешь подобраться к лаборатории. Ты уберёшь Фергюсона — и дело сделано. Может, развернёмся? У меня есть винтовка, совсем новая, под патрон .50 BMG. Выстрел-то дальний.

— Я её не знаю, сначала пришлось бы пристреливаться. Возьмём мою, — ответил Кеплер. — Поэтому отправь одного из своих людей к оптику. Пусть купит салфетку для полировки, не меньше шестидесяти граммов опалина и литр ионизированной воды. И привезёт всё это к самолёту.

*****

В гостинице Кеплер сменил костюм и кожаные туфли на полевые брюки, свой разгрузочный жилет и армейские ботинки, после чего достал из шкафа чехол для винтовки.

Кеплер заказал его по индивидуальным меркам. Чехол был водонепроницаемым и выглядел как туристический рюкзак. Снаружи имелись карманы для воды, провизии и аптечки. Внутри хватало места для десяти магазинов, коробки с двумястами патронами, глушителя, бинокля, инструментов и прибора ночного видения ПВС-22, который можно было устанавливать перед оптическим прицелом. Кроме того, там помещался гилли- сьют. Этот маскировочный костюм Кеплер, как и любой снайпер, изготовил самостоятельно. Он представлял собой сетчатую накидку, к которой были прикреплены коричнево-зелёные полосы джута длиной около полуметра. Надетый гилли не давал глазу чётких контуров, а его расцветка позволяла сливаться с окружающей местностью. Чтобы вплетать дополнительные ветки и пучки травы, подгоняя маскировку под конкретную местность, а также маскировать АВСМ, Кеплер держал в чехле джутовые полосы разных цветов. Там же лежало маскировочное покрывало. Оно было тонким, площадью пять квадратных метров, и с одной стороны имело камуфляжный рисунок Мультикам. Его расцветка и структура плохо подходили для зелёных лесов, зато отлично работали в степях, пустынях и каменистой местности независимо от времени года и освещения. Кроме того, этот рисунок защищал даже от обнаружения в инфракрасном диапазоне. Другая сторона покрывала была окрашена для применения в лесу.

Чехол получился довольно большим, но Кеплер распорядился установить на него такую же систему лямок, как на его армейском рюкзаке Бундесвера. Поэтому он мог целыми днями носить этот чехол на спине.