Да. Он пережил клиническую смерть продолжительностью в шесть минут. Его сердце перестало биться – ну и все прочие симптомы. Он почти совсем ушел – но, к счастью, они успели найти там какого-то врача, у которого были относительно современные аппараты. Ему дали электрошок – или что там они делают, – и он ожил. Только пока его не было, он пережил все вот это, что переживают при смерти. Большой свет, туннель, ощущение покоя и необъятной любви. Короче, он испытал это чертово просветление. И вернулся из Конго совсем другим, таким глубоким. Стал смотреть на жизнь иначе.
– И тогда он решил уйти с рынка переживаний?
– Нет, почему же? Он начал продавать свое переживание клинической смерти. Путешествий на рынке – как грязи, а клиническая смерть? Умереть и ожить? Такого не было ни у кого. Он просто открыл собственное дело. Хотел, понимаешь, «распространять свет». И совершенно случайно этот свет принес ему уйму денег.
– Понимаю, – сказала мадам Вентор.
– Да нет, не понимаешь, – ответил Леон. – Речь о миллионах. Люди жаждут того, что даст им ощущение смысла жизни, но никто не готов для этого умирать на самом деле. Даже тяжело работать ради этого люди не готовы. А уж умереть? В общем, он начал торговать здесь, в Израиле, потом перебрался в Европу, а оттуда в США. Чувак торговал собственной смертью, как булочками. Все хотели узреть свет и ощутить покой. И он был единственным поставщиком