Сначала я прифигела от обложки. Почему канадская казарка? это же дикий гусь(утка). Аньес же - рассказчица истории вроде бы имеет в виду степенную домашнюю гусыню. Оставив это на совести, как мне думалось, "нерадивых" оформителей, я продолжила читать книгу.
Может быть кому-то книга и напоминает "Мою гениальную подругу" Ферранте, а слово "апельсин" из цитаты наводит на мысль о "Пяти четвертинках апельсина", но ей-богу, про пару зловредных циничных подруг можно написать массу непохожих друг на друга книг. И это одна из них.
Две девочки лет тринадцати жили в деревеньке Сен-Реми. Аньес ходила в школу, у Фабьенн не было на это возможности, но была она злонравна, изобретательна, а потому — необычна, она могла нагло высказываться и поступать так как хотела - а хотела она манипулировать чувствами людей, хлеща их "правдивыми" словами. Аньес же не могла самостоятельно себе этого позволить (но видимо очень хотела), и потому всем сердцем прикипела к Фабьенн и переживала этот опыт как бы с ней заодно. Лично мне в реальности Фабьенн не показалась бы интересной - я бы презрела её сомнительные афоризмы и предпочла общество книги, что я и делала, когда вокруг меня оказывалось нежелательное сборище личностей. Были среди них и подобные Фабьенн.
Девочки взрослели, игры Фабьенн становились сложнее, изощрённее, более долговременными и многоходовыми. Одной из таких игр стало написание книги рассказов сплошь про мёртвых или обречённых детей, которую Фабьенн диктовала, а Аньес записывала своим старательным почерком. В эту историю был также вовлечён в качестве редактора ничего не подозревающий только что овдовевший почтмейстер. Бедняга.
Хорошо сложенные дети — редкое явление. Война гарантирует нескладность, но в мирное время наперекосяк идет другое. Я не встречала ни одного ребенка, который не
был бы так или иначе искорежен. А когда дети вырастают, они становятся искореженными взрослыми.
Кто-то жалуется на скучность "Книги гусыни" . Не заметила я в ней этого качества. Иногда в отзывах Фабьенн называют психопаткой - тоже вряд ли. Мне это показалось просто подростковой буйностью действительно умного подростка с неопределившейся сексуальностью, сознающего ограниченность своих возможностей из-за неблагополучной семьи, бедности, строптивого нрава и некрасивой внешности. У других есть эти возможности и Фабьен мстит им за это. Это моя попытка понять её, но отнюдь не оправдать. Мне не симпатичен её выбор. Возможно она искала взрослого умного человека, который сказал бы важные слова, и Фабьенн бы после них поняла, как можно построить свою жизнь, если существующие альтернативы неинтересны, а другие неизвестны. Но взрослые были глупы и тогда Фабьенн превращала их в свои игрушки, не щадя ни их самолюбия ни доброго имени в глазах людей. Аньес же просто выполняла инструкции чтобы "чиста позырить" чем всё кончится.
По ощущениям это книга на 8-9/10 но вселенная её такая порушенная и потрескавшаяся, зыбкая, нездоровая, с постоянно витающей "мертвечинкой", что я не хочу сама больше соваться сюда и советовать тоже не хочу. Своих близких я знакомлю с таким прочитанным в форме обзоров - подробных пересказов и цитат. Этого бывает достаточно.
Что же касается канадских казарок на обложке, то оформителям браво! Вот что я вычитала в статье про них: "Где бы канадский гусь не обитал, его отличает ничем не замутненная ненависть к роду людскому. Если вы просто оказались рядом — он нападёт, потому что может. Ему не нужны аргументы, он просто будет бить вас крыльями и щипать, ведь это его пруд, его район, его правила!
Так в США парочка канадских гусей, устроивших гнездо на территории университетского кампуса, гоняла студентов и преподавателей на протяжение нескольких недель!".
Теперь всё понятно - гусыня тянущаяся вверх это явно Фабьенн, а подобострастно взирающая на неё снизу, конечно же верная Аньес.
Книга злобной трусливой гусыни о гусыне такой же злобной, но смелой