Глава 6
Очень странные дела

Обсуждение криминальных новостей за столом Вельский-старший явно не одобрил бы, так что мы чинно досидели до конца, отвечая на вопросы отца об успехах в учёбе. Можно подумать, он о них и без того не знал. Он, пожалуй, лучше меня помнит расписание занятий, и уж сообщения типа «Не забудь, через два дня семинар по семейному праву» прилетают от него регулярно.

Сергей тоже не оставлял нас без внимания, хорошо хоть ничего не спрашивал, зато напомнил, что в Мариинском – премьера и вроде как мы хотели её посетить. Чтобы отвязаться, мы согласились на поход в театр.

Наконец, настала пора второго блюда. Домработница Ольга Константиновна вошла, но почему-то не с подносом, а с трубкой телефона.

Она быстро подошла и наклонилась к уху отца. По её губам я прочла: «Очень срочно».

Когда он вышел, мы с Ташей переглянулись. Уваров тоже заёрзал. Видимо, что-то серьёзное произошло, и ему об этом известно или он догадывается. Так не у нас одних, выходит, неприятности. Или?..

Мы с подругой переглянулись и, вероятно, подумали об одном и том же: бар-клуб! Мы были там вчера, там произошёл конфликт, и парня, с которым мы поспорили, убили. Скорее всего, убили. Мы ж недаром учились на юридическом, кое-какие представления, как работает машина правосудия, имели. Это тот самый случай, когда лёгким движением руки свидетели превращаются… в подозреваемых.

Отец вернулся, и мы впились в его лицо глазами. Бесполезно. Отец – профи. Фиг ты чего поймёшь по нему.

– Так, почему не едим?

Мы опомнились, когда увидели, что перед нами уже стоят тарелки с отбивной и гарниром из спаржи. Терпеть её не могу, поэтому всегда отдаю Таше. Она же скинула мне свой кусок мяса. Ага, Таша ещё и вегетарианка до кучи. Правда, она никогда это не афиширует. Что положили, то и ест, вернее, делает вид. Как она ещё и спортивный режим поддерживает, не понимаю. Я пыталась с ней бегать по утрам, но быстро сдулась. Максимум, на что способна, – это на походы в тренажёрку. Вот там подруга на мне отрывается. Зато я теперь не болтаюсь макарониной на турнике на физре.

Наконец, обед кончился. Чуть позже ещё чаепитие, но что-то мне подсказывало, что про этот ритуал отец не вспомнит, так поспешно они с Сергеем ушли в кабинет. Мы же помчались ко мне в комнату. Включили ноутбук и начали искать. Короче, да. Фила, который оказался молодым перспективным спортсменом-регбистом, убили нынче ночью.

– Так, – постучала Таша себе по коленке, – мы видели, как кто-то толкнул Фила, но не видели, чтобы он скопытился. Да и что такому здоровяку какой-то толчок? То есть тут мы ни при чём.

– Ага. Ты это будешь полиции доказывать. Там же камеры. Наверняка уже есть запись, как мы там стоим, а потом он падает.

– Чёрт! Надо решить, как это дяде Марку подать. Вот же он разозлится!

Таша плохо знает моего отца – он никогда не злится. Даже когда злится. Просто делает больно, не физически, конечно.

Телефон на столе передо мной задрожал. Незнакомый номер…

– Алло?

– Это Кир. Таша с тобой рядом? Надо увидеться. Срочно.

– И тебе здравствуй, Кирилл, – ответила я. – Мы уже в курсе. Но мы же ни при чём. Что за срочность?

– Извини, – буркнул он. – Переволновался. Всё равно давайте встретимся.

– Мы за городом…

– Знаю. Я рядом с вашим домом. Тут у вас кафе есть – «Бриз». Жду там.

Таша, которая прильнула ухом к трубке с другой стороны и всё слышала, сделала круглые глаза.

– Идём? – спросила я, когда Кир отключился.

– Так да. Надо ж узнать, что за срочность.

Мы быстро переоделись и вышли в холл. Отец провожал Уварова.

– Куда? – резко спросил он нас.

– Прогуляться. Погода хорошая.

– Нет. Останьтесь дома.

Я так удивилась, что даже глупо хихикнула:

– Пап, ты чего? Что-то случилось?

Он посмотрел на меня, на Уварова, потом на Ташу и не ответил, зато подруга улыбнулась, как она это умела: абсолютно бесхитростно.

– Да мы быстро пройдёмся, и всё. После обеда полезно, дядя Марк. Да что с нами будет?

Отец глянул на часы и нехотя кивнул:

– Полчаса – и домой.

– Ну… мы в сосновой роще хотели пройтись. Лёгкие почистить. Мы ж для этого и приехали.

– Я думал, что для того чтобы провести выходной в кругу семьи, – сухо заметил отец.

– И для этого тоже! – Таша с полным энтузиазмом в голосе подхватила меня под руку и потащила на выход.

Уваров что-то сказал нам вслед, но я уже не услышала.

Мы вышли за ворота, степенно прошли вдоль забора и помчались со всех ног, как только миновали зону видимости камер.

* * *

Кир уже сидел в кафе за столиком на четверых. Перед ним стояла полупустая чашка кофе.

Он встал при нашем появлении.

– Что стряслось? – спросила я, усаживаясь.

– Парня того убили.

– Знаем. Мы при чём? Парень не был паинькой. Нарывался и нарвался.

Кир молчал. Таша хотела что-то сказать, но я слегка наступила ей на ногу под столом.

– Значит, ты точно не в курсе… – пробормотал он и посмотрел мне прямо в глаза, потом перевёл взгляд на подругу. – Ну, а ты что молчишь?

Таша пожала плечами:

– Нечего сказать, вот и молчу.

– Интересно, как долго вы будете держать её в неведении?

Опять пожимание плечами.

– Не от меня зависит, сам знаешь…

Как я поняла, эти двое говорили обо мне в моём присутствии, да ещё и несли какую-то пургу.

– Эй-эй-эй! Вы о чём? Вы что, давно знакомы?

Они переглянулись и дружно покачали головами.

– Нет. Увиделись впервые в тот день, когда я пришёл в универ.

– Тогда о чём вы?

В это время от входа раздался шум, в кафе ввалилась компания парней. Все они были неуловимо похожи. Словно родственники. Невысокие, но жилистые, с быстрыми дёргаными движениями. Они сели за два стола, сдвинув их вместе. На возглас бармена за стойкой один поднял руку и крикнул:

– Всё в ажуре, братан.

Бармен скривился, но промолчал.

Ну, обычная компашка, приехала на выходные на залив потусить. Ещё тепло, некоторые даже купаются до сих пор. Так я себя мысленно успокаивала, а один из парней встал и пошёл вроде к бару, но свернул к нашему столику. Уселся на свободное место. Рыжие волосы на его голове пытались изображать панковский ирокез, но сейчас падали набок, придавая ему придурковатый вид.

– Привет, – сказал он Киру.

Тот молча кивнул.

– А чего неразговорчивый? – хихикнул парень. Смех у него был короткий, лающий.

– Чего надо, Рамси?

– Сам знаешь. Убили одного из наших.

– Не из ваших… – резко ответил Кир.

– Какая разница? – пожал рыжий плечами. – Все мы тут в одной лодке.

– Не все.

– Не заводись. Мы реально хотим понять, что произошло.

– Полиция разберётся.

Рамси зашёлся смехом. У меня от него аж зубы свело. Я уж было хотела открыть рот, но тут Таша положила мне под столом руку на бедро и стиснула. Лицо у подруги было напряжённое и какое-то нечеловеческое. Пожалуй, я за всё время нашей дружбы у неё такого не видела никогда. Да что происходит-то?!

– Поедем с нами. – Рамси повернулся ко мне и подмигнул.

Меня окатило внезапным страхом.

– Никуда она с вами не поедет, – сказала Таша, прежде чем Кир успел открыть рот.

– Это ещё почему?

– Она под моей защитой. – Кир положил руку на стол и открыл ладонь.

Я вздрогнула: на ней лежал точно такой же медальон, какой висел у меня на груди. Моя рука невольно тронула его под одеждой.

– С-с-с-с… – сквозь зубы просипел Рамси. – Вы же типа нейтральные? Вы же типа наблюдатели? Какого фига ты влез? С-с-с…

– Уходим. – Кир поднялся. – И только попробуйте встать у меня на пути…

– Не думай, что стая впишется… – бросил ему в спину Рамси, когда мы спешно покидали кафе.

На улице Таша кивнула на мотоцикл Кира:

– Увези её, я сама доберусь.

– К Хранителю нельзя. Он сейчас будет уязвим.

– Тогда к себе.

Она хлопнула меня по спине.

– Да что вы несёте?! Психи!

Я попыталась вырваться, но Таша, даже не знаю как, уже взгромоздила меня на сиденье мотоцикла. Кир нажал кнопку «старт», мотор взревел, я лишь успела обхватить его талию руками, чтобы не свалиться.