Интерлюдия. Софи и Лидия

Такое бывало нечасто, у них всегда находились причины для мелких разногласий, но сейчас и Софи, и Лидия были единодушны. Марк проявил жесткость и несговорчивость, и женщины за это были на него не просто обижены, они были очень злы. Раньше, когда им нужно было что-то от Марка, они договаривались между собой, и обычно им удавалось добиться своего: иногда – лаской, иногда – хитростью. Но в этот раз все их уловки не принесли желаемого результата. Отправляться в степь без мужа, где не было совершенно ничего, им совсем не хотелось. «Ладно, не хочешь брать нас с собой по крепостям, где сидят оголодавшие по женщинам мужики, – ну и не надо, не очень-то и хотелось. Подождём тебя в столице…» – думали они. Но Марк был неумолим: он требовал, чтобы они отправились во владение и присмотрели за ним. Это был первый раз, когда их муж был настолько непреклонен.

Перелет был долгим, и подробный план страшной мести этому тирану и диктатору был проработан до мельчайших деталей. Они обсудили всё: как говорить с мужем, а точнее, молчать, как демонстрировать своё недовольство и обиду, как долго не допускать его до себя и даже что подавать к завтраку, обеду и ужину. Чтобы он наконец-то понял, что с жёнами нужно жить мирно и как сильно они его, неблагодарного, любят. Осталось только дождаться удобного момента и воплотить план мести в жизнь.

Когда до будущего Саврополя оставалось совсем немного, Софи заметила что-то странное.

– Что-то я не пойму, больно много народу у стройки, – озадаченно сказала она, вглядываясь вперед.

– Мне из-за тебя не видно, – недовольно пробормотала Лидия, вытягивая шею.

– Надо сделать кружок, прежде чем приземляться.

Танагра плавно снизилась и заложила вираж, позволяя своим всадницам как следует рассмотреть происходящее.

То, что они увидели, заставило мгновенно забыть о планах мести.

На холме, где строилась усадьба, и вокруг неё собралось гораздо больше людей, чем можно было предположить. На месте стройки беспорядочно возвышались шатры, которых раньше не было, а в отдалении рассыпались группы всадников, патрулирующих периметр.

– Это что вообще такое? – нахмурилась Софи.

Прежде чем Лидия успела ответить, в воздухе свистнули стрелы.

Одна сильно ударила в шею Танагры, оставив неглубокий порез. Фамильяр взревела, её тело напряглось, крылья заработали с бешеной скоростью.

– Нападение! – воскликнула Лидия, выхватывая жезл.

Но первой среагировала Софи. Она уже создавала защитный контур, а затем, не теряя ни секунды, метнула в обидчиков сразу несколько огненных шаров.

Танагра взревела от ярости и сделала резкий манёвр на снижение, выдыхая в нападавших мощный поток пламени. Те, кто не успел укрыться, превратились в горящие факелы, истошно завывающие от боли.

В этот момент Лидия присоединилась к атаке, бросая боевые заклинания в разбегающихся степняков.

Танагра рванулась вперёд, приближаясь к хаотично мечущимся внизу всадникам. Те, кто ещё секунду назад целились в неё из луков, теперь в панике пытались укрыться.

На холме тем временем тоже началось движение. Дружинники, засевшие в укреплениях, ринулись в контратаку.

– Осторожно, Софи, в наших не попади! – закричала Лидия, заметив, что от холма отделилась плотная группа всадников, устремившихся в сторону отступающих степняков.

Кто-то из степняков ещё пытался сопротивляться, но большинство предпочло обратиться в бегство, понимая, что бой проигран.

Когда всё утихло, а немногие выжившие скрылись в бескрайних просторах, Танагра осторожно приземлилась на вершине холма. Не успели Софи и Лидия спрыгнуть с её спины, как к ним быстрым шагом подошёл Дмитрий. Его лицо было покрыто пылью и капельками пота. На виске виднелся свежий порез. Одежда местами порвалась и вся была покрыта пылью. Но в его глазах читалось облегчение.

– Лида! Софи! – он порывисто и коротко обнял обоих. – Как же вовремя вы прибыли! Вы не представляете, как мы рады вас видеть! Если бы не вы, не знаю, сколько бы мы ещё продержались. Осада истощила нас, люди вымотаны, раненых полно, а строители вообще чуть не падают в голодный обморок.

Виконтессы были несколько смущены таким эмоциональным поведением воеводы, но Дмитрий был в первую очередь другом Марка, а уже только после этого его подчинённым, так что обе сочли, что объятия были проявлением дружеской приязни.

Лидия мягко улыбнулась и спросила:

– Дима, покажи, где раненые, я помогу.

– Здесь рядом.

Дмитрий повернулся, указывая дорогу, но тут же остановился.

– Но где Марк? Почему его с вами нет?

Софи скрестила руки на груди и вздохнула.

– Зарабатывает деньги. Тур по крепостям, так он это назвал.

Выражение лица Дмитрия изменилось. Улыбка исчезла, а лоб нахмурился.

– Вот оно что… – он задумчиво потер подбородок. – Ну да, он говорил, что казна пустеет.

– В чем дело? – прищурилась Софи.

Дмитрий печально усмехнулся.

– Виконт наш, конечно, неугомонный человек. Работать любит и умеет, но вот мне кажется, что сейчас он был бы нужнее здесь.

– Что ты имеешь в виду? – ещё больше насторожилась Софи.

Воевода вздохнул и жестом предложил пройти с ним к костру, где уже сидели вымотанные бойцы.

– Софи, ты сама разберёшься с этим? – спросила Лидия.

– Ну да.

– Тогда прошу меня простить, я пойду к раненым.

И, не дожидаясь ответа, Лидия поспешила к навесам, у которых было много людей.

– Минотавры, Софи, демоновы минотавры, – начал он. – Они напали на Славное, убили пятерых, Тоф дала им отпор, одного серьезно ранила, и монстры ушли в горы. Мы погнались за ними, но догнать не успели – они сбежали через портал. Вернулись в свой мир.

– Проклятье… – тихо сказала Софи, зажмурив глаза. – Они-то откуда взялись?

– Как я и предполагал, в наших горах есть нестабильные зоны, где возможны разрывы реальности. Скорее всего, они ещё к нам вернутся, и будет их не пять, а гораздо больше. Когда конкретно их ждать, не угадать.

– Этого нам ещё не хватало… А откуда взялись степняки?

– Пока я с частью дружины преследовал минотавров, налетели степняки. Они до этого аккуратно разведывали наши земли, а мы их гоняли. Видимо, они поняли, что у нас очень мало сил, и решились напасть. Я прикинул, около нашего лагеря было сотни две кочевников, если бы не маги, мы бы не удержались…

Софи посмотрела на земляные укрепления, на усталые лица бойцов, на то, как строители несмело спускаются с холма, осматривая трупы нападавших.

– И что теперь? – спросила она.

– Теперь нам нужно срочно проверить Вольное. Если степняки добрались сюда, они могли атаковать и там.

В этот момент к костру вместе с Лидией подошла Киоши и несколько мужчин.

– Госпожи Лидия, Софи, – произнесла Киоши, совершая легкий поклон, как того требовал этикет. Ее голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась напряжение. – Я хочу напомнить, что контракт, заключенный вами со мной, не предполагал участия в боевых действиях. Я – строитель, а не боевой маг. Однако война, разразившаяся в ваших землях, вынудила меня участвовать в ней. В результате я понесла серьезный ущерб, и это меня категорически не устраивает.

За ее спиной, словно тени, стояли строители, молчаливо кивая в такт ее словам. На их лицах читалась усталость, горечь и недовольство.

Лидия уважительно склонив голову, ответила Киоши в почтительным тоне:

– Мастер Киоши, от всего сердца благодарим вас за ваше мужество и участие в спасении людей. Уверяю вас, все ваши убытки будут компенсированы, а старания достойно вознаграждены, как только вернется наш муж. Мы глубоко ценим ваш профессионализм и надеемся на продолжение нашего сотрудничества.

Киоши, не сводя с Лидии взгляда, медленно кивнула. Ее лицо, хоть и утратило все следы косметики, оставалось непроницаемым.

– Надеюсь, ваша милость, что всё будет именно так, как вы говорите. И ещё я надеюсь, что вы больше не допустите новых нападений. В противном случае я разорву наш контракт и буду требовать неустойку.

С этими словами Киоши еще раз поклонилась и, развернувшись, удалилась. Она двигалась так, будто и не было долгих дней осады.

Едва она скрылась из виду, как среди строителей поднялся гул. Мужчины заговорили все сразу, их голоса смешались в неразборчивый гвалт. Софи, стоявшая рядом с Лидией, слегка нахмурилась. Она аккуратно отодвинула Лидию в сторону и, подняв руку, зажгла над ладонью небольшой огненный шарик. Пламя играло в ее пальцах, перекатываясь с одной руки на другую, словно живое.

– Уважаемые, – произнесла она, и ее негромкий голос, мгновенно заставил всех замолчать. – Что вы говорите? Я не понимаю, когда все галдят разом.

Из притихшей группы вышел пожилой мужчина. Его лицо было изрезано морщинами, а узкая седая борода придавала ему вид умудренного годами мужа. Он провел рукой по бороде, словно настраиваясь на нужный лад, и заговорил, слегка запинаясь:

– Милостивые сударыни… ваши милости, значит, я – бригадир Михай Цуркан. От лица, стало быть, всего обчества говорить буду. Так вот, и мы, стало быть, не воины, но за топоры держаться умеем. По сему мы от ворогов оберегли… Вот, оберегали… А мы не воины, и посекло нас знатно, калеченых много. Чудища с гор троих наших зарубили. Стало быть, как вы там меж сказали… компенсировать надоть.

Хоть речь его была косноязычной, взгляд Михая был твердым и прямым.

Софи, не опуская руки, позволила огненному шарику скатиться с ладони. Он упал на землю и, прокатившись вниз по уклону десяток шагов, исчез, оставив за собой выжженный след.

– Мастер Михай и вы, уважаемые, – начала она, ее голос звучал спокойно, но Лидия уловила в нем оттенки раздражения. – Все раны, полученные во время осады, будут вылечены. Семьи убитых получат компенсации, а все строители получат плату за каждый день в осаде как за полноценный рабочий.

Она замолчала, продолжая смотреть в упрямые глаза старика. Затем, выдержав паузу, добавила:

– В двойном размере.

Строители, удовлетворенные ее словами, начали кланяться и расходиться. Их лица смягчились, а в голосах зазвучала радость. Вскоре у костра остались лишь трое: Софи, Лидия и Дмитрий.

Софи протяжно вздохнула, опустившись на деревянную скамью.

– Ох-хо-хо, как же я не люблю финансовые дела.

Лидия, улыбнувшись, села рядом.

– А где архитектор? – поинтересовалась она. – Я думала, он первый прибежит за компенсацией. Неужто погиб?

Дмитрий, стоявший чуть поодаль, усмехнулся. – Нет, живой он, просто раненым в другой части лагеря лежит. А так бы да, прибежал бы. Так что вы готовьтесь, скоро он встанет на ноги.

Софи закатила глаза.

– Ну что ж, придется снова считать золотые монеты.

Все немного помолчали.

– А что, дела с ранеными настолько плохи? – поинтересовалась Софи у Лидии.

– Работы, конечно, ещё много, но ничего критичного. Адриан вон Руден постарался. В основном нужны корректирующие заклинания и реабилитация. Так что мы можем отправляться в Вольное.

– Пока нельзя, – покачала головой Софи, указывая на Танагру, которая шла по полю, таща в зубах труп лошади.

Дмитрий досадливо поморщился.

– Очень плохо. А когда она сможет вылететь?

Софи ненадолго прикрыла глаза, общаясь с фамильяром.

– Танагре нужно ещё полчаса. Я думаю, что за это время ничего кардинально не поменяется. Сбежавшие отсюда просто не успеют доскакать до села.

– Тревожно мне очень, – нахмурился Дмитрий. – Там ведь, кроме Тоф, никто не может дать отпор.

– Не нужно недооценивать вольчан, они же как-то жили до нашего прихода, – усмехнулась Лидия. – Тем более Акка столько раз повторила, что они умеют противостоять степнякам. Да и Тоф кое-что умеет, я думаю, что с этой девочкой лучше не шутить.

– Девочка, – негромко хмыкнула Софи так, чтобы слышала только Лидия, – да она твоя ровесница.

– Да, но одна она долго не протянет, если на неё двинется вся толпа, – одновременно с Софи произнес Дмитрий.

Лидия одарила Софи выразительным взглядом, повернула голову к воеводе и, стараясь отвлечь его от тревожных мыслей, спросила:

– Лучше скажи, Дим, как проявили себя молодые, ну те, которые выпускники училища?

Дмитрий на мгновение задумался, а затем кивнул.

– Очень хорошо, даже не знаю, что бы без них делал. Про Адриана и так понятно – он лечил раненых без остановки. Если бы не он, то погибших у нас было бы гораздо больше. Джаред вообще молодец, организовал строителей для дежурства на баррикадах, составил график сменности постов, следил за порядком. Ни у меня, ни у Пьера так хорошо бы это не вышло. А Эрик подсказывал Киоши, как улучшить баррикаду, и показал, как правильно сделать укрепления, чтобы нас не посекло стрелами. Это очень сильно помогло, кочевники, обладая численным преимуществом, так и не смогли взять нас штурмом.

– Вот… – протянула Софи, задумчиво глядя на горизонт. – И тут Марк оказался прав…

Лидия бросила на неё хитрый взгляд и ухмыльнулась.

– Не очень-то тебе хочется это признавать, да?

Софи вздохнула и скрестила руки на груди.

– Знаешь, Лид, есть особый вид раздражения – когда твой муж настолько прав, что хочется его придушить.

Дмитрий громко рассмеялся, а Лидия кивнула.

– О да, это мне знакомо.

Из-за земляных укреплений донёсся шум голосов – люди наконец-то начали понемногу приходить в себя после боя.

– Ладно, полчаса так полчаса, – вздохнул Дмитрий, проводя рукой по лицу. – Пока Танагра ужинает, я хоть переведу дух.

Софи хмыкнула:

– Это ты сейчас так говоришь. А через пять минут уже будешь бегать по укреплениям и пытаться заставить дружинников что-то делать.

– Ну а чем мне еще заниматься? – невинно пожал плечами Дмитрий. – Смотреть, как твой дракон наслаждается стейком из конины?

– Лучше просто посиди, Лидия сейчас тебя в порядок приведет, – усмехнулась Софи. – Не вздумай убегать.

– Я не…

– Сиди, Дмитрий, – с командирской интонацией добавила Лидия, уже воплощая бодрящие и восстанавливающие плетения.

Воевода расслабился, с наслаждением ощущая, как по коже пробегают приятные прохладные волны заклинаний.

– Ох, хорошо-то как, – пробормотал он, закрывая глаза.

– Наслаждайся, пока есть такая возможность, – сказала Софи. – О, кажется, Танагра доела, можно отправляться на следующую битву.

***

Они подлетали к селу уже в сумерках. Небо на западе пылало багровыми и золотыми оттенками, а на востоке начали робко появляться первые звезды. С высоты было видно, что Вольное окружено всадниками. Поля, насколько хватало глаз, были вытоптаны лошадьми, а за пределами частокола горели костры, от которых поднимались тонкие струйки дыма, растворяясь в вечернем воздухе. В осаде Вольного участвовало гораздо меньше воинов, и сотни, наверное, не наберётся, но и этого достаточно, чтобы полностью уничтожить единственное селение в этой местности.

– Вот же твари! – выдохнула Лидия, её пальцы сжались на посохе.

– Никаких переговоров, сразу в бой, – отрезала Софи.

Танагра, почувствовав настрой своего партнёра, издала устрашающий рык и рванулась вниз.

Степняки не ожидали атаки с воздуха. Первая волна пламени, вырвавшаяся из пасти Танагры, пронеслась вдоль линии всадников, сжигая десятки врагов. Крики ужаса смешались с воплями боли. Воздух наполнился запахом палёной плоти. Урон степнякам первой атакой был нанесён колоссальный.

Те, кто не оказался сразу в огненной ловушке, пришпорили лошадей, пытаясь сбежать.

Но было поздно.

Танагра металась между рядами врагов, разя их когтями и хвостом, Лидия, стоя в седле, швыряла во всадников одно лезвие света за другим. Софи, не отставая, обрушила на оставшихся огненный дождь. Осаждающие просто не успели понять, что происходит – ужас, хаос и огонь смешались в одну смертоносную бурю.

Менее чем за полчаса всё было кончено. Поле боя устилали тела, на горизонте мчались в панике те немногие, кому удалось избежать ярости двух волшебниц на драконе. Лишь каждый четвёртый из нападавших унёс ноги.

Когда битва завершилась, Танагра приземлилась за частоколом. Встречали их настороженные, измученные селяне. На небольшой площади, где теперь стояли хозяйки виконтства, повисла напряжённая тишина. И было непонятно, что напугало селян больше: кочевники или молоденькие и хрупкие виконтессы, разогнавшие толпу вооружённых мужиков за пару десятков минут.