Раздался резкий свист,
Надо быстро закругляться,
Обобран наголо турист,
Не стал сопротивляться.
Забрали сумку, шмотки –
Чего не сделаешь по пьянке,
Иностранцы тихи, кротки,
Трусливы большие янки.
Воспитывали с детства
Вражду к капиталистам,
Досталась по наследству
Неприязнь к туристам.
Менты хихикают в кулак,
Хвалят гостеприимство –
Это форменный бардак,
Не допустим больше свинства.
Предлагают бутерброд,
Возвышая хлебосольство,
Иностранцу смотрят в рот –
Доставим до посольства.
Остался голоштанным
Незадачливый янки,
Без боя сдался россиянам,
Не дотянул до планки.
Надзорный прибыл чин, –
Выше нету птицы,
Ограблен Штатов господин
На улице столицы.
Собраны нехитрые пожитки,
Вода для умывания святая,
Сигареты, шоколада плитки, –
Работа скрытая, простая.
Под рубахой кобура.
Командировка, бурное течение,
На позицию с раннего утра
Лежит в кармане назначение.
Нажать курок в подвале
В круглый шар затылка,
Остался порох на металле,
Разбита красного бутылка.
Лучше стул и шприц,
Смертельный газовый паек,
Не обольются кровью ниц,
Не спустят в голову паек.
Не знают дети и жена,
Где служит любящий отец,
Служба тайная вредна,
Срикошетит в будущем свинец.
Без работы исполнитель,
Закрыт охотничий сезон,
На гвоздь повешен китель,
Теперь пожизненный резон.
Офицер исполнил долг,
Не им придумана работа,
Он санитарный волк, –
Подчищать обязан кто-то.
Изменится обмен веществ,
Неустойчив будет исполнитель,
Не убивать живых существ,
Не трогать их обитель.
После приговора – осужденка.
Прощай, Мундирная ботва!
Прощай, родная шконка!
До встречи, честная братва.
Все желания под откос,
Вьется дым от папирос,
Под ритмичный стук колес
Решаем лагерный вопрос.
Тихий вербный полустанок,
Цветет кругом акация,
Выводят в поле спозаранок,
Значит – рядом резервация.
Проходим первый класс,
В шеренги строят нас,
Устный слышится приказ,
Колонны двинулся каркас.
Влево двинулся – побег,
Смотрит дуло автомата,
Вправо двинулся – побег,
Неминуема расплата.
Прыжок на месте – провокация,
Грядет тупая эксплуатация,
Цветет кругом акация,
Ждет колонну изоляция.
Щелкает браслетами дубак,
Вертухай детально не простой,
В глазок подглядывать мастак,
Взгляд скользкий и пустой.
В глаза не смотрят дубаки,
Подстраховка от гипноза,
На скулах ходят желваки,
Если выжидательная поза.
На службе мало обязательств,
Свободным будь художником
При стечении обстоятельств
Можешь стать заложником.
Стучат частенько в тормоза,
Собирай бумажки, дворник,
Курьером станет за глаза,
Сунут в руки стольник.
В прошлом – надзиратель,
Сейчас – мутный контролер,
С дубинкою каратель
И купленный суфлер.
Дубак ведет по коридору,
Куда – не скажет никогда,
Давать медали впору
Отличнику тюремного труда.
Давит кнопки у дверей,
Открывают двери автоматы,
Запах гор, степей, морей
Несут неволи ароматы.
Непередаваем запах, дух, –
Здесь надо просто очутиться,
Привел на пастбище пастух,
Сейчас он отлучится.
Придется встать в стакан,
Снял дубак браслеты.
Какой готовит кум капкан?..
Ищу в карманах сигареты.
Вид усталый у полковника,
На лице крупинки пота,
Рушить кодекс уголовника –
Бесполезная работа.
Стоит российский триколор,
Доклад остался без ответа,
Неприятный будет разговор,
Хмур хозяин кабинета.
Вытирает пот платком,
Отодвигает кружку с чаем,
Полковник не был подлецом,
Про его открытость знаем.
«Говори подробно все, Петров,
Шлет сигналы нам Петровка –
Где роза правильных ветров,
Зачем нужна вам голодовка».
Сексоты, видно, цинканули
Или шустрые кумовки.
«Начальник, гайки затянули,
Устали от бешеной голтовки.
Бытует форменный садизм,
Промах мелочный – расплата,
Вот и взялись за марксизм,
Голодовка – оружие пролетариата».
Ведут войну с народом,
Не отменяют наступления,
Мы из социализма родом,
Там и корни преступления.
Полковник – плоть системы,
У подчиненных в уважении.
«Начальник, коснемся темы?
Спокойно будет в учреждении».
«Хорошо, коснемся темы!
Пришлите мне листовку –
Какие мучают проблемы.
И отмените голодовку».
Тихий хриплый голос,
Незаметная фигура,
Среди зэков – колосс,
Бельмо в глазу для МУРа.
Старый тертый вор,
Ни семьи, ни хаты,
Шагами мерил коридор,
Смотрел в окно пансионата.
Себе не делал скидку,
Не уходил от приговора,
Шел с братвой в отсидку,
В кармане – пачка «Беломора».
Не ругал открыто власть,
Не трогал всуе Бога.
Легла такая масть –
По зонам пыльная дорога.
Не знал своих родителей,
На зону сунули мальчишку.
Попал в число вредителей,
Читал про яды книжку.
Помнил войны сучьи,
Целование ножей,
В кострах трещали сучья,
В побегах жарили ежей.
Держали честь и марку,
Питались всем с земли,
Шли в полярную Игарку,
Спасением были корабли.
Кому фартило и везло,
Уходили в трюмах кораблей.
Спасибо! – вольной весло,
Прощай, свободный Енисей.
Раскидал по жизни север,
Вернули многих в зону.
За окном краснеет клевер,
В небе птичьи звоны.
Стоя у отрытого окна,
Шел по Беломорскому каналу,
Плескалася балтийская волна,
Память прибивалася к причалу.
Не писался на мокруху,
Жил в согласии с собою
Бродяга, вор по духу.
Доволен был судьбою.
О проекте
О подписке
Другие проекты