Отзывы на книги автора «Иван Бевз»

Новая школа была как все школы, только с уклоном в историю и с портретом Ломоносова в фойе. Ломоносов не смотрел ни на входящих в фойе, ни в бумаги, разложенные перед ним, ни на глобус. Его круглое лицо было повернуто к окну так, будто он внезапно задумался: «А какая сегодня погода? Надевать ли шапку или в парике сойдет?»

Продолжаю рассказывать о номинантах Большой книги 2024, сегодня 31/50 рецензий. История Ивана Бевза блестяще развивает два тренда современной российской литературы: школьных романов и осмысления нулевых глазами тридцатилетних. Мое знакомство с книгой началось задолго до попадания в лонг, о ней хорошо говорила Ника Юрасова в своем телеграме, я сделала себе заметку почитать при случае, случай настал в середине мая, и могу сказать - очарована. Умный без натужного умничанья, душевный без нытья о травмах, с мощным социально-философским звучанием, но без позы борца и ниспровергателя, и в целом замечательно точный слепок времени, с его гламуром, китчем, неформалами, свободой, пофигизмом.

"Чем мы занимались, пока вы учили нас жить" - это история одного года одной московской школы середины нулевых, увиденная с двух, диаметрально противоположных позиций. Если соберетесь познакомиться с романом, а он того очень стоит, и не питаете отвращения к аудиокнигам - берите в аудиоформате, я слушала на Букмейте, читают Полина Айрапетова и автор чудо как хорошо. Ну, так о чем же, все-таки? С началом нового школьного года в школу приходит новая мода - сотки. Это такие фишки, сначала из картона, потом появляются пластиковые, потом в дополнение биты (тоже пластиковые, но более плотные и тяжелые), в эту ерунду начинают играть на переменах все поголовно, по принципу расшибалочки. Так подростки узнают, что такое азарт, и первая история рассказана от лица "Императора", он же Рыжий - старшеклассника, прежде непримечательного, благодаря особому дару к этой игре становящемуся безусловным лидером.

Когда ты можешь делать что-то лучше других, а это что-то, к тому же. успешно конвертируется в жизненные блага, то рейтинги всех видов взлетают до небес мгновенно. Очень скоро герой становится неформальным лидером школы и устремляется к установлению абсолютной власти, пользуясь всем спектром маккиавеллиевских приемов. Противостоит ему Динара, новенькая, перешедшая сюда после неприятной истории в прежней школе и намеренная завоевать свое место под солнцем, сделав выпускной класс в "Ломоносовке" трамплином в лучшее будущее. Вторая часть - те же события, увиденные с ее точки зрения. Симпатичная карьеристка Динара: 1. намерена доказать миру и себе, что она не лузер; 2. убеждена, что возможности даются тому, кто умеет их взять и 3. готова потрудиться на общественное благо, если в результате это обернется благом лично для нее.

А дальше Бевз разворачивает немыслимо крутую историю, в которой находится место и "клубу неудачников" из кингова "Оно" и "Республике ШКИД", и истории отечества, едва ли не со времен Указа о кухаркиных детях, которая иносказательно, но при этом вполне конкретно разворачивается в одной отдельно взятой школе в один учебный год. Военный коммунизм и НЭП, политтехнологии и коррупция, война компроматов и... большая дружба. Которая, вопреки ожиданиям читателя, не становится дружбой на всю жизнь, заканчиваясь аккурат с окончанием школы для одних и приходом моды на новые увлечения - для других. Все как на самом деле. Единственное фантдопущение автора - глобальность соток, но разыграл эту карту он как козырный туз.

Эта история внутри намного больше, чем кажется снаружи, и море читательского удовольствия. Даже если не относитесь к целевой аудитории. Проверено на себе.

Я была и школьницей, и учительницей, видела разное и со всех сторон, и поэтому не стану придираться к правдоподобию некоторых эпизодов. Художественная литература на то и художественная, а не документальная.

Было опасение, что рассказы от лица двух основных персонажей окажутся неотличимы, но все оказалось еще страньше — текст настолько неровный, как будто книгу писали несколько разных человек, и каждый со своим характером. И ни один не редактировал. Очень сбивают эти переходы с подросткового дерганого слога на взрослый штиль в самых неожиданных местах. Может, в этом тоже есть смысл, но что-то я его не уловила.

Потрясающая история двух подростков, каждый из которых идет к власти внутри школы.

Пусть еще после этого говорят, что школа — не институт насилия государства над личностью.

Рыжий, ничем не примечательный десятиклассник, обнаруживает в себе талант играть в “сотки” (те самые круглые фишки, которые появились в 2000-х) и превращает школу в государство с собственной валютой и законами.
Динара — прирожденный организатор, не желая быть забитой серой мышкой, пробивается в лидеры путем реформ и планомерной работы над улучшением школьного быта.
В какой-то момент это два старшеклассника становятся главными оппонентами, которые сражаются за право быть президентом школы. Битва в буквальном смысле эпическая и кровожадная!

Трансформация — враг комфорта, нет разницы между амбициозностью и пораженчеством, между бунтарством и конформизмом. Отвяньте.

Каждый персонаж в отдельности стал настоящим героем в моих глазах.
Рыжий умело монетизирует свои умения, умеет договориться, протолкнуть идею, построит настоящую империю.
Действия Динары четкие, грамотные, выверенные. Она медленно, но верно движется к “трону”.

Можно иметь ровно столько власти, сколько поместится у тебя в двух руках. Всю остальную власть будет держать в своих руках кто-то другой.

— Чем закончится противостояние этих титанов? Кто окажется у власти?
— Что будет после?
— Кем станут главные герои через 10 лет?
— Повлияет ли насыщенная школьная жизнь на судьбы героев?
Узнаете к концу книги.

Я с сожалением вспоминаю свои школьные годы. Тогда мне никто не объяснял, что можно активничать, менять реальность, влиять на коллектив. Тогда мне это было не нужно… Да, в нашей школе тоже играли в “сотки”, да, там тоже было разделение на умных-красивых-богатых-ботанов, только вот лузеров не было. Я училась в таком заведении, где самым главным грехом было курение за углом школы. Не было никаких драк и разборок. Но возможно, я просто не знала об их существовании, занимаясь профессиональным спортом.

На страницах книги я увидела не только свое детство и подростковый период, я увидела те возможности, которыми могла воспользоваться, но не подозревала об их существовании.

Я открыла глаза:
— на внутриклассовые иерархии и возможности стать звездой класса/школы,
— очередной раз увидела, почему так важно обсуждать с детьми, что происходит в классе,
— на то, что не нужно ждать, что станешь кем-то, когда вырастешь, становиться лидером можно в любой момент.

Сколько всего происходило и сколько еще со мной произойдет. Сколько раз я перевернусь, как глупая сотка, упав на стол противоположной стороной.

Отдельное удовольствие — язык книги. Дополнительный бонус — в аудиоформате книгу озвучивает сам автор и делает это превосходно! Иван Бевз пишет так просто, понятно, увлекающе… Советую познакомиться с его творчеством.

Вот уж не думала, что однажды мне доведётся прочитать ретеллинг «Короля крыс», в котором место действия с японского лагеря для военнопленных близ Сингапура поменяется на московскую школу второй половины нулевых… И тут «Самокат» в серии «Недетские книжки» выпускает дебютный роман Ивана Бевза.

Учеба — это то, ради чего строят школы, ради чего загоняют в школы детей, ради чего их удерживают там насильно по десять-одиннадцать лет, а потом выпускают как ни в чем не бывало.

Собственно, оригинальный клавелловский сюжет угадывается сразу: раз бежать бессмысленно (напомню, что узникам концлагеря сделать это мешала не колючая проволока, а окружавшие их дикие джунгли), то нужно как-то приспособиться и попытаться просто переждать это время, иными словами — выжить любой ценой. И здесь намечаются два пути: пытаться играть по собственным правилам, без зазрения совести используя человеческие слабости (несложно догадаться, что бевзовский Рыжий, он же Император, — это клавелловский капрал Кинг, т. е. Король), — или, напротив, пытаться заставить всех следовать установленному порядку, даже если это значит выслуживаться, «прогибаться под систему» и раз за разом идти на сделку с совестью (роль оппозиции, т.е. лейтенанта Грея, исполняет серая мышь «отличница» Динара).

Положительных героев в этом романе нет (чего только стоит продажное «высшее командование», т. е. директор, завуч и учителя), но «отрицательный» далеко не всегда значит «несимпатичный». Как и персонаж Джеймса Клавелла, Император Бевза вышел невероятно харизматичным, и первая, посвящённая ему часть романа (слушала в аудиоформате, в начитке самого автора) вызвала у меня просто дикий восторг, аж щёки заболели от постоянной улыбки — настолько это было остроумно, талантливо, нешаблонно. Самое приятное, что уникальный взгляд персонажа на мир нашёл отражение и в колоритном языке повествования («свитер цвета печали» и т. п.). Именно по этой причине вторая часть — от лица Динары — закономерно понравилась чуть меньше: меня никогда не впечатлял «серый» взгляд на мир человека, не верящего в подлинную индивидуальность, но трясущегося над бессмысленными правилами, стандартами и прочими указивками.

Помните, как в романе Клавелла Кинг теряет всю свою власть и авторитет, стоит только закончится войне и откроются ворота концлагеря? То же и у Бевза: подходит к концу школьное обучение — и герои буквально превращаются в других людей, начинают вести новую жизнь. Напрашивается вывод: дело не столько в самих людях, сколько в установленной системе, поощряющей тёмные проявления человеческой натуры и буквально на корню губящей ростки всего светлого и позитивного.

Как все-таки мы все озлоблены, что ты с нами сделала, школа? Казарма о пяти днях в неделю, общество с тотальным контролем и без единого урока милосердия к ближнему. Будут потом удивляться: откуда, откуда в нас это все? Где корень злодейства — может быть, в детстве каждого из злодеев? В сотках, в азарте? В дефиците контроля? Нет — я отвечу. Взгляните на эти унылые стены, посмотрите под парты, обыщите тщательно гардероб и школьные туалеты. Здесь бродит дух ненависти.

И вот на этом этапе в романе Бевза просматриваются совсееееем другие параллели, а образ горящей школы хочется расширить до масштабов всей необъятной… Причём и сами герои с этой точки зрения видятся в совершенно другом свете (известно, когда роман вышел из печати, но мне любопытно, когда именно он был написан, и написал бы Бевз такое прямо сейчас).

Как бы там ни было, с отсылками или без них, проза Ивана Бевза может приятно удивлять, и хочется продолжить знакомство с творчеством автора. А вот рекомендовать данный роман я, пожалуй, могла бы лишь тем, кто не ищет однозначности, не против читать между строк и не считает, что литература обязана демонстрировать лишь положительные модели поведения.

Таким мы точно не занимались, пока они нас учили. Может быть я начала школу чуть позже, чем действие проходит в книге. Но многие вещи нас уже не застали. От этого то, чем занимаются детки, кажется очень странным. Да и детки какие-то не такие, как сейчас. То очень рассудительные и взрослые, то творящие невероятную дичь. Как это ещё назвать я не знаю.

Книга представляет собой две истории. Первая про мальчика Рыжего и его мафиозной увлечение "стольниками", круглыми фишками. Эти фишки стали разменной валютой по всем делам в школе. А Рыжий вершил судьбы не только школьников, но и пытался влезать в дела руководства школы.

Вторая про девочку Динару. Не такую как все. Национальность, интересы, позиционирование себя выделялись на фоне обычных детей школы Ломоносова. Явный талант к лидерству помог ей организовать людей вокруг себя и попытаться повлиять на дела в школе. Интересно, как одни и те же события были показаны с точки зрения разных героев.

У меня очень теплые отношения к школе, друзья, кружки, беготня по коридорам по важным, важным делам. В этой книге школа какая-то темная. Не очень хочется в это верить.

Сборник рассказов о жизни в нулевых-десятых в котором вчерашние дети, еще не разобравшись, как быть взрослыми, стремительно вырастают, но пытаются удержать ниточку беззаботности и ностальгии. Наполовину реалистические наполовину фантастические, каждая история наполнена своей драмой, местами чрезмерной, раскрывает тему разбитых иллюзий. Напоминает комиксы "да, но..." или игру "обломай другого": девочка, обожавшая супермена, обретает суперспособности, но в реальности не может ими воспользоваться без огромного списка условностей; мальчик, который в детстве хотел быть спайдерменом, но стал полицейским, связанным по рукам и ногам законами и должностными инструкциями; мальчик, обладающий феноменальной памятью, но только на ненужные сведения...
В текстах передано то самое время, однако это ощущается очередным фансервисом для миллениалов. Возникает впечатление, что текст местами эксплуатирует ностальгию сильнее, чем предлагает новые мысли о взрослении, одиночестве или поиске себя в большом и страшном мире.

Абсолютно не скрываю, как сильно влюблена в первую книгу Вани. И сильно ждала следующую. Как будто,  знала наперёд о чём там будет. Потому что это Бевз. Иван Бевз.

"Супергерои для грустных" - это очень точный портрет поколения, выросшего между VHS-кассетами, супергеройскими мультфильмами, первыми блокбастерами Marvel и постсоветской серостью дворов.

На первый взгляд Бевз играет с жанром супергероики: мальчик получает часы для путешествий во времени, девочка мечтает обрести силу Кларка Кента, в городе появляется «дружелюбный сосед», борющийся с несправедливостью. Но очень быстро становится ясно, что супергеройская эстетика здесь — не жанр, а язык памяти. Автор использует комиксовые архетипы как способ говорить о взрослении миллениалов, о разочаровании, о несбывшемся ощущении собственной исключительности.

Главная сила книги — в сочетании фантастического и предельно бытового. Автор не пишет классическую фантастику: чудо у него всегда существует рядом с ипотекой, офисной рутиной, эмоциональным выгоранием и ощущением внутренней усталости. Это проза о людях, которые в детстве верили, что смогут изменить мир, а во взрослом возрасте пытаются хотя бы сохранить себя. В этом смысле название «Супергерои для грустных» оказывается почти идеальной формулой текста: супергерои здесь нужны не для спасения планеты, а для выживания в обычной жизни. Т.е. те, кто смог - сломлены (в большинстве -  так вышло), но продолжают, пусть и "хромая", двигаться дальше.

Особенно удачно, на мой взгляд, Иван работает с атмосферой нулевых и девяностых (не в первый раз, но так по-разному). В книге постоянно всплывают культурные маркеры эпохи — от «Тайн Смолвиля» и «Зачарованных» до  первых супергеройских блокбастеров. Но Бевз не паразитирует на ностальгии. Он показывает, как массовая культура формировала поколение, учила мечтать и одновременно создавала болезненный контраст между фантазией и реальностью. И получается до боли точно.

Язык романа заслуживает отдельного разговора.  Автор умеет писать короткими, почти разговорными фразами, но за этой внешней простотой скрывается точное психологическое наблюдение. Многие сцены построены на узнаваемых деталях — школьные коридоры, тесные квартиры, ощущение провинциальной тоски, бессмысленные подработки, попытки «стать нормальным взрослым». Именно поэтому даже фантастические элементы воспринимаются удивительно правдоподобно.

При этом книга может зайти не каждому. Некоторые рассказы сильнее других: часть текстов производит почти кинематографическое впечатление, а часть ощущается скорее зарисовками или эмоциональными этюдами. Но даже неровность здесь работает на общий эффект — книга похожа на коробку старых кассет и фотографий, где особенно ценна не стройность композиции, а эмоциональная правда.

Но! Важнее всего то, что Бевз избегает цинизма. Несмотря на грусть, усталость и ощущение потерянности, в книге остаётся тихая вера в человека. Автор словно говорит: да, мы не стали супергероями, не спасли мир и не превратились в тех, кем мечтали быть в детстве. Но сама способность помнить, мечтать и чувствовать — уже разновидность внутренней силы.

В общем,  это не просто ностальгическая проза о миллениалах. Это книга о столкновении детской мифологии с взрослой жизнью, о поколении, которое выросло на историях о спасении мира, а потом оказалось один на один с тревогой, кредитами, одиночеством и ощущением исторической неопределённости. И именно поэтому роман производит такое сильное впечатление: в нём слишком легко узнать себя.

P.S. И лично от меня для автора: "Браво, Ваня "!

Кто из нас в детстве не мечтал стать невидимкой? Летать, как Супермен, читать мысли и т.д., и т.п.)

Иван Бевз берёт супергеройскую эстетику и выворачивает её наизнанку: вместо всемогущих спасителей люди, которым едва хватает сил справиться с собственной жизнью.

Яркие, почти комиксные образы соседствуют с очень приземлёнными, иногда даже мелочными бытовыми деталями.

При этом книга не скатывается в полное уныние: в ней есть юмор, местами черный, местами странный, местами забавный и саркастичный. Ностальгические отсылки к 90-00 годам и субкультуре, фанатам того времени.

Из слабого: кое-где сюжет кажется чуть менее проработанным, особенно чем дальше в книгу, тем сложнее было читать. То ли сказывалась перегруженность историями. То ли действительно под конец истории становились все более мрачными и странными.

Последний рассказ я не уверена, что вообще поняла правильно, он и написан в другой манере — как театральный сценарий, камерно, почти без диалогов, просто с описанием сценок.

В большинстве рассказов нет сформированного заключения или вывода — его придется сделать самому. Но если в некоторых рассказах в конце было легкое недоумение (к чему это было? Как с электриком, что превращается в Шакиру), в «Спасателях» я вообще не уловила посыла, идею и мораль.