Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Жизнь Арсеньева. Юность

Жизнь Арсеньева. Юность
Бесплатно
Добавить в мои книги
541 уже добавили
Оценка читателей
4.0

«Летний вечер, ямщицкая тройка, бесконечный пустынный большак…». Бунинскую музыку прозаического письма не спутаешь ни с какой другой, в ней живут краски, звуки, запахи… Бунин не писал романов. Но чисто русский и получивший всемирное признание жанр рассказа или небольшой повести он довел до совершенства. В эту книгу вошли автобиографическая поветь «Жизнь Арсеньева», рассказы разных лет; пронизанные горечью и болью за судьбу России «Окаянные дни» и «Воспоминания» – о Репине, Рахманинове, Шаляпине, Толстом…

Лучшие рецензии
ALYOSHA3000
ALYOSHA3000
Оценка:
144

"Жизнь Арсеньева" - одно из самых недооцененных произведений отечественной литературы. К сожалению, имя Бунина в нашем сознании связано преимущественно с "Темными аллеями", "Антоновскими яблоками" и "Господином из Сан-Франциско" (причем в школах "ТА", как правило, не проходят - видимо, из-за обилия в них любовных сцен, которые, упаси боже, могут развратить детей).

Существует множество автобиографий известных писателей да поэтов - благо стремление к созданию подобных вещей в их кругу редкостью отнюдь не является. Некоторые из них занимают вполне себе достойное место в русской классике (трилогии Толстого и Горького), другие же, в силу многих факторов, справедливо остаются в стороне ("Охранная грамота" Пастернака). Есть и те, которые не дотягивают до уровня гигантов этого жанра, но и не представляют собой ворох разрозненных воспоминаний: вот к ним как раз и относится "Жизнь Арсеньева".

Единственный минус романа - это его объем. Переложить события аж двадцати лет в пяти книгах, каждая из которых составляет около пятидесяти страниц, практически невозможно без значительных упущений. На мой сугубо личный взгляд, этим в большей степени страдают третья и четвертая книги (в связи с повышенной активностью героя в данный период). Если представить жизнь Алеши Арсеньева фотографией, которую следует вставить в приглянувшуюся автору рамку, несколько меньшую по размеру, чем того требует формат снимка, то можно с уверенностью сказать: Бунину это удалось. Жаль, что в некоторых местах фото все же помялось.

Это произведение не есть автобиография в полном смысле слова (Ходасевич метко назвал "Жизнь Арсеньева" "автобиографией вымышленного лица"); но параллели между первыми двумя десятками лет Алексея Арсеньева и Ивана Бунина проводятся нами практически интуитивно. Гораздо важнее следующее: автор с бескомпромиссной искренностью и поразительнейшими подробностями раскрывает читателям структуру своего внутреннего мира, рисуя его схему с чистого листа; и черта с два я поверю в то, что душевную организацию Алеши Бунин списал не с собственных мыслей и чувств.

Изумителен детский анализ всего окружающего. Мне довелось прочитать статью одного замечательного знакомого профессора, где он выдвигает тезис о наличии неких тайных смыслов, якобы уже доступных герою в его ранние годы. И действительно, круг тем, владеющих сознанием Алеши на начальном этапе его жизни, не только значительно отличается от спектра вопросов, которыми обычно задаются дети, но и удивляет своей широтой. Герой много говорит о жизни и смерти, рассуждает о родине и даже уделяет внимание творчеству Пушкина, Лермонтова и Гоголя - да с какой глубиной в суждениях!

Когда и как приобрел я веру в бога, понятие о нем, ощущение его? Думаю, что вместе с понятием о смерти. <…> Бог - в небе, в непостижимой высоте и силе, в том непонятном синем, что вверху, над нами, безгранично далеко от земли: это вошло в меня с самых первых дней моих, равно как и то, что, невзирая на смерть, у каждого из нас есть где-то в груди душа и что душа эта бессмертна.

Кропотливее всего, по достоверным сведениям, Бунин работал над пятой книгой "Жизни Арсеньева" – отнюдь не зря: получилась достойная самоценная история любви. Единственная общая черта "Лики" и любого из рассказов "Темных аллей" - это трагизм, без которого, как считал автор, никогда амурные дела не обходятся.

Раздувать эту рецензию можно до бесконечности: каждая деталь "Жизни Арсеньева" интересна, многое заслуживает пристального внимания (как, например, геортонимы в романе - страшно занимательная вещь, на тему которой, к слову, даже выступал на конференции). Произведение в обязательном порядке читать и перечитывать всем и вся.

Читать полностью
Shishkodryomov
Shishkodryomov
Оценка:
29

Литературное совершенство сделало из Бунина писателя для избранных. Впрочем, это касается практически всех настоящих нобелевских лауреатов. И, если даже уметь отыскивать те самые золотые крупинки в довольно объемных и красивых залежах чего там, мерцающего кварца (совсем не жухлого песка, нет), ибо они скрыты за 38 печатями, то все равно останутся некая блеклость и пресность. Они совсем не в Бунине, они в его стиле, в особой лиричности, в неспешной созерцательности. С излишне хорошо воспитанными очень приятно в жизни, но крайне неинтересно в литературе. Человек - это прежде всего его недостатки, ибо выдающиеся достоинства ощутимы на общем фоне лишь у гениев. Излишне хорошо воспитанный недостатки свои скрывает и это делает его скучным.

Одного разумения идеальности мало, поэтому приходится подстегивать свои представления о Бунине элементами его биографии. Впервые читаю автора подобным образом. Автобиографический Арсеньев разбавляется биографическим трудом Бабореко "Бунин. Жизнеописание.", собственноручными бунинскими "Автобиографическими записками" и "Гросским дневником" некоей Кузнецовой. Последняя выступает исключительно в развлекательном жанре. У меня у самого на фоне слишком правильного бунинского мышления (или вялого?) появилось желание разбавить его какой-нибудь чертовщиной. Муки мои были вознаграждены и часть 5 произведения внесла необходимое оживление и интерес. Вот он настоящий Бунин - оригинальный, ироничный, в меру искренний, с хорошим чувством юмора. Причиной тому тот факт, что последняя часть была написана значительно позже. Даешь Бунина позднего.

Читать полностью
sher2408
sher2408
Оценка:
27

Поистине, дар слова Бунина поражает своей мощью и изумительной поэтичностью. О чем бы он ни писал – о первых впечатлениях жизни, красоте природы, о смерти ребенка, путешествиях или жизненных перипетиях, - строки из-под его пера выходили невыносимо волнующие и образные.

В этом чувственном автобиографичном романе сюжет не столь важен - автор раскрывает внутренний мир героя, заставляя читателя переживать вместе с ним каждый миг жизни, все неудачи, тревоги и счастливые мгновения, любовь к «старой России» и боль ностальгии по утраченному родному краю, по детству и юности, блаженству прошлого, которое невозможно вернуть. Произведение грустно и меланхолично как сама жизнь, печалящаяся о потерянном рае.

Роман изысканно сочетает в себе яркие эмоции и попытку познания мира, сплетает в себе чувства, чаяния, душевность, человеческие ценности, простоту сущего и некую революционность, предчувствие социальных потрясений. Истинная жемчужина русской классики.

P.S. В качестве приложения в данном томе использованы фрагменты из книги «Жизнь Бунина» - воспоминаний вдовы и музы Ивана Алексеевича, Веры Николаевны Муромцевой-Буниной, позволяющие сопоставить образ Арсеньева и Бунина, провести параллели их становления и очертить вехи жизненного пути.

Читать полностью
Лучшая цитата
Так навсегда и осталась в моем воображении картина, представившаяся мне тогда: большой старый сад, весь уже по-осеннему проредевший, живописно обезображенный осенними дождями, бурями и первыми заморозками, засыпанный гниющей листвой, чернеющий стволами и сучьями и пестреющий остатками желтого и красного убора, свежее и яркое утро, ослепительный солнечный свет, блещущий на полянах и теплыми, золотистыми столпами падающий среди стволов вдали в сырой холодок и тень низов, в тонкий, сияющий голубым эфиром дым еще не совсем испарившегося утреннего тумана, перекресток двух аллей и на нем – великолепный столетний клен, который раскинулся и сквозит на ярком и влажном утреннем небе своей огромной раскрытой вершиной, черным узором сучьев с кое-где повисшими на них большими зубчатыми лимонными листьями и в могучий, закаменевший от времени ствол которого, с удовольствием акая, все глубже врубаются блестящими топорами мужики в одних рубахах и в шапках на затылок, меж тем как приказчик, засунув руки в карманы, глядит вверх на вздрагивающую в небе макушку дерева.
В мои цитаты Удалить из цитат