Отзывы на книги автора «Ислам Ханипаев»

Впервые дебаты я увидела в фильме об американских подростках "Без понятия" (1995) с Алисией Сильверстоун и подумала, как же здорово, и как жаль, что у меня в школе не было такого предмета. Научиться говорить аргументированно, отстаивать точку зрения в споре - половина жизненного успеха. Да, тогда еще тема "жизненного успеха" разгонялась как в путь.

Поэтому идея книги Ислама Ханипаева "Среди людей" мне показалась очень интересной. Если бы роман был бы только о том, как бороться не кулаками, а словом - он бы уже мне понравился. Но автор пошел гораздо дальше, и дебаты - лишь надводная часть айсберга.

Шестнадцатилетний Данила Савин вместе с матерью, больной раком, переезжают в городок, где живет отец, чтобы после смерти матери подросток не остался в полном одиночестве. Отец - преподаватель колледжа, где предстоит учиться Даниле, и руководитель кружка по дебатам. И если в кружке дебаты проводятся по правилам - без мата, рукоприкладства, перехода на личности, то на "темной стороне" - дебаты без правил.

Данила тяжело сходится с людьми, но в новом городе ему помогают освоиться новые друзья - Джамал, Карина, и, конечно, отец. Казалось бы, это типичный "янг эдалт", но нет, маркировка 18+ зря не ставится.

Сюжет романа развивается сначала спокойно, потом начинает обрастать нервными событиями, а к концу все настолько накаляется, что у читателя могут сдать нервы. И да, он (сюжет) непредсказуемый, как и победитель дебатов. Очень советую дочитать до конца. Как обычно, спойлерить не буду.

Повествование ведется от лица Данилы, и весь роман пропитан этой подростковой резкостью, эмоциональностью, непримиримостью, которыми поневоле заражается и читатель. Сначала непонятно, почему же Данила так полон ненависти, но к финалу становится ясно, что дело вовсе не в его неумении прощать.

Роман можно назвать интеллектуальным: дебаты - не для средних умов, это высшая нервная деятельность. А еще это острое оружие, ведь слово ранит сильнее кулака. Разобраться бы еще, кого и зачем ранить, и кто главная темная сила, кто тот самый дракон.

Финал был для меня неожиданным. Хотя по тексту можно было догадаться. Если мужчина, совершивший неблаговидный поступок, говорит, что изменился и сейчас он другой человек - он врет. Люди не меняются.

Мне очень понравился роман, он послужил для меня хорошей эмоциональной встряской, захватил и не отпускал до финала. В нем есть все, что я люблю - он умный, сложный, со стилем и языком все в порядке, он цепляет за сердце, в нем поднимаются проблемы, волнующие меня, в нем есть личность автора, а значит - он живой. Один из лучших в длинном списке художественной прозы "Ясной поляны".

Рассказанные события произошли «зимой, в самые последние дни года», поэтому смело можно сказать, что это история с новогодним деревом в фокусе. Новогоднее-то оно только по моему определению, на самом деле это старый огромный бук, самый крупный в Европе.
Никто не знает его возраста, да и название — «Большая Суета», появилось сравнительно недавно, в начале двухтысячных годов, а до этого, — кто ж его помнит.
В центре истории новый мэр Махачкалы Иса Исаевич — мужчина сорока двух лет, самый молодой из всех предшественников, и ни у одного из них не получилось приличного финиша.
Отлично понимаю и согласна, «что быть мэром какогo-нибудь города – нелегкое дело, а быть мэром города в России – и вовсе не самое приятное и благодарное», — каждый день приходится проживать балансируя по краю.

Так вот, Иса Исаевич, как мы узнаём из текста, — шестой, с начала семидесятых годов, мэр столицы Дагестана. Занятный факт, а для меня особенно, т.к. история сменяемости мэров мне знакома по жизни нашего города, причём скорость сменяемости наших стремительнее. У нас тоже недавно шестого градоначальника за последние десять лет назначили, с той лишь разницей, что ни одного из предшественников не убили бандиты и не расстреляли стражи закона (сейчас такого нет), только один ушёл с этого поста добровольно после полугодичной деятельности, быстро распознав присущие должности «ароматы» — ответственность и её привилегии. ...что-то я отвлеклась.

Так вот, корпорация "Голден Сити" решила строить бизнес-центр на территории с местной достопримечательностью, и древнее дерево оказалось яблоком раздора, его надлежит удалить. Всего шесть человек оказались защитниками дерева, и противостоять могущественной корпорации у них нет ни сил, ни возможностей. Дальше начинается настоящий фарс, сидят те на дереве, а против них развёрнута масштабная война в СМИ, интернете и реальности. С усилением внешнего противостояния внутри коалиции защитников растут противоречия и разброд, и как следствие, выставление дополнительных требований и ультиматумы.

Записала суть истории сухим абзацем, и так мне стало скучно. Мне и при чтении было не очень, всё казалось, что слишком много политики и пародии на сегодняшний день, да и стиль изложения казался упрощённым, блогерским. Все же надо отдать должное произведению Ислама Ханипаева, последние две главы блестяще оживляют сюжет, закольцовывают и расставляют всё и всех по местам. Вопреки алогичному повествованию всё завершилось благополучно и разумно. Мэр Иса Исаевич оказался приличным человеком, а его заключительная вдохновляющая речь порадовала и вселила надежду на всеобщую победу добра над злом.

И вдруг порождающий новые вопросы диалог:
«... мэр продолжал улыбаться.
– Знаешь, кто сейчас звонил? – спросил он.
– Мне плевать, хоть сам президент! Мы построим на этом месте бизнес-центр!
Мэр улыбнулся шире.
– Сам президент? – удивился Касим.
– Да, он.
– И что говорил?
– Похвалил, пожелал удачи и передавал привет главе республики. Кстати, оставил контакты помощников, чтобы я звонил «если что-то потребуется». У вас отношения с главой, так сказать, ближе, чем у меня, так что можешь передать привет сам. А я подожду своего извещения об увольнении»
Жаль только, что все вопросы решаются как надо после вмешательства президента. Прямого или придуманного не важно, но, как отметил Иса Исаевич: «...я понял, пока работал с высшими должностными лицами. И нашего, и федерального уровня. Чем выше твой статус, тем более ты труслив. Не думаю, что кто-либо из них будет уточнять у первого лица страны, звонил ли он мне»

В новом романе Ислама Большая суета - это название старейшего в Европе бука, произрастающего на главной площади Махачкалы. Волей компании-застройщика, которой принадлежит эта часть территории, дерево надлежит удалению аккурат первого января, дабы на его месте построить крутейший бизнес-центр.

Само собой, данный факт не мог не всколыхнуть внимание общественности - и вот уже мы следим за историей шести добровольцев, друг с другом незнакомых, которые буквально грудью встали на защиту Большой суеты. Компания подобралась разношёрстная: инста-блогерша, актёр-выпивоха, дедуля с деменцией, тренер по борьбе, правозащитница женщин и несостоявшийся террорист.

Со временем нам становится понятно, что каждый из "бандитов" залез на дерево не только от большой любви к местной флоре, но и чтобы доказать что-то себе или другим. Получилась своего рода социальная драма, но, благодаря юмору автора, не безнадёжная.

Отличная ирония на родной край и его коррупцию. Много (включая сквозных) колоритных персонажей. Трогательная, немного грустная, но тёплая новогодняя история - мне понравилась! И не потому что мне угрожали

Буду ждать новых книг от Ислама, а то все вышедшие я уже всё.

Не зря я с опаской смотрела на книги Ханипаева. Этой книгой я знакомство с автором начала, ею же и закончу.
Не понравилось все, начиная с бесконечных жаргонизмов. У восьмилетнего мальчишки нет родителей, живет в приемной семье и у него есть воображаемый друг. И, естественно, а как иначе, Дагестан же, друг этот - Крутой Али, борцуха, коих в Дагестане каждый первый. Тема выбрана автором удачная, она не может не затронуть, но вот подача оставляет желать лучшего. Возможно, мое неприятие в первую очередь от того, что я родом из Дагестана, прожила там большую часть своей жизни. Возможно сейчас там именно так, как описывает автор (в подростковой среде), но я помню совсем другой Дагестан (да, переехала оттуда 20 лет назад). И в том, моем Дагестане, не было в школе буллинга, мы мирно росли и взрослели, даже порой не зная кто какой национальности в классе, нам было это не нужно, не важно.
Это уже не первая книга о малой родине, но опять от нее идет негатив, опять показывается Дагестан совсем не в той красе, почему автор портянками в нос тычет, когда есть папаха? Какой вывод может сделать человек, не бывавший никогда в моей стране гор? Что там живут вечно матерящиеся, увлеченные лишь драками и разборками, танцующие лезгинку где хотят и как хотят, стреляющие на свадьбах... Да, не без этого, но не повсеместно!
Правила, внушаемые ребенку через воображаемого друга - вообще редкостный бред. Особенно со всеми этими бесконечными "типа". История Артура потерялась для меня на фоне вот этого всего...
Ну и как человека, прожившего студенческую жизнь в Махачкале, дернуло от того, что мальчонка из своего дома на улице Нурадилова видел в окно море. Улица находится прилично так от берега, кварталов 7-9 точно. Из окна 4 или 5 этажа с Нурадилова моря точно не увидеть:)
Для себя определилась - больше не читаю современных авторов о Дагестане.

Долго мучилась с оценкой книги, и был соблазн её слегка завысить, потому что первая книга автора, которую я читала - Ислам Ханипаев - Типа я , произвела впечатление. Но тут - явная осечка. Для начала - книгу подвела аннотация, от которой не получилось увернуться, столько раз её везде процитировали. Согласно ей, мы должны ожидать, что будет "остросюжетный психологический детектив", а в реале получаем действительно сильно психологический, но вообще не детектив.

Зверское убийство бывшего сотрудника прокуратуры и трёх его дочек в высокогорном дагестанском селе - случайное задание, выпавшее молодому журналисту, который даже пока не является настоящим сотрудником издания, а всего лишь оказался недалеко от места события, становится его идеей фикс, случаем, застрявшим в памяти и совести. Он воочию видит, как ведётся расследование, и очень скоро его первоначальный настрой просто выветривается. А ведь как интересно казалось:

Это стало бы началом прекрасной (даже кинематографичной) истории о зверском убийстве и новичке-журналисте, который в конце, рискуя собой, поймает дворецкого. Ну или какого-нибудь чабана, если рассуждать в кавказском контексте.

Встреча с полицейским Зауром, который в книге как раз олицетворяет правосудие - не всегда щепетильно соблюдающее закон, но страдающее всей душой от несправедливости мира, становится для Арсена знаковой. Он чувствует себя букашкой перед опытным, знающим ходы и выходы и действительно болеющим за своё дело следователем. Но и некоторая доля юношеского задора и азарта - а ну как я лучше его соображаю - тоже присутствует в их отношениях. И длится это очень долго, как минимум 8 лет, пока пойманный их общими усилиями преступник не кончает самоубийством в тюрьме...

Возможно, это и есть главная проблема книги: её просто нечем держать внимание на протяжении такого времени и, соответственно, такого количества страниц. Попутно поднятые темы взаимоотношений отцов и детей, мусульманского развода, влияния религии на жизнь сегодня, социальных проблем всё же не могут заменить обещанного детектива, или уж не стоило причислять роман к этому жанру.

При этом написано живо, если не считать чересчур большого количества мата. Согласна, в жизни масса ситуаций, когда человек, особенно брутальный мужик, не будет охать и вздыхать, а сыпанёт словечками покрепче, но в литературном произведении всё-таки должен быть некоторый баланс: это же не диктофонная запись... Особенно этим грешит в книге Заур.

Заур напомнил мне почтальона Печкина. «Это раньше почему я матерился на тебя и хотел застрелить? Потому что у меня преступника не было».

С другой стороны: много я знаю, как разговаривают полицейские, особенно в Дагестане? Может, автор и так вполовину уменьшил количество матюков...

Реальный мир, реальная жизнь и Дагестан.

Я на минутку. Поймал себя вот на интересной (в меру) мысли, что за последнее время прочитал много отечественных, "новых" авторов. Прямо подряд, друг за другом. Буквально минуту назад виртуально закрыл последнюю страницу романа «Холодные глаза» Ислама Ханипаева. Такой, знаете, атмосферный, колоритный детектив, написанный в то же время простым и живым слогом (очень много мата, правда, но автор говорит так надо). Жанрово, как говорят порочные англосаксы – эдакий психологический слоубернер. Но мы к нему вернемся, обождите. Для начала *делаю звуковой эффект как будто пленку назад отматывают* нам нужен контекст.

Давеча я ездил в Калининград. И помимо марципанов, янтаря и литовского борща, я брал туда несколько книг. В мягкой обложке, ну как будто путешествую, поняли? Сначала я прочитал молодого йошкаролинца Илью Мамаев-Найлза, роман «Год порно». Такой живой, эмпатичный, очень обаятельный. Похож на раннего Джо Троппера с национальной поправкой, если еще помните такого. Ну или на позднего Джо Сафрана Фоера, если еще помните такого. Но! Прочитал – и все, дальше ничего. Книга хорошая, но кончается как фильм – ничего после титров не происходит. А мы все знаем, что должно быть после хороших книг: еще очень долгое послевкусие, все эти литературные танины, которые катаешь на языке еще очень долго. А тут – не в обиду Илье, ничего нет. Кончился и кончился. Ну, допустим.

Потом был Константин Куприянов, «Музей «Калифорния». Ничего об этом авторе никогда не слышал, но тут, признаюсь, роль сыграли два фактора. Во-первых, это был приятный и удобный покетбук, который я рассчитывал медленно и степенно читать на берегу Балтийского моря, а, во-вторых, издательство отрекомендовало произведение Константина как, цитирую, «если бы Линч и Пинчон вместе задумали написать роман, то получился бы «Музей „Калифорния“». Забегу немного вперед. Спустя 50 страниц эта, кхе-кхе, помесь Линча и Пинчона (может издатель имел в виду других мужчин, не писателя и режиссера?) осталась лежать на прикроватной тумбочке в одной из гостиниц Калининграда. Полагаю, это некий эквивалент того, как раньше преступников бросали в пустыне без воды и без надежды. Удивительно плохая книга. Ее даже в контекст то вводить не стоило. Давайте вот так *опять делаю звуковой эффект как будто пленку назад отматывают*.

Потом был Алексей Иванов, «Бронепароходы». Тут сразу два коротких пункта: 1) это блестящий, феноменальный, большой (во всех смыслах) роман-пеплум, где переплелась как наша история, так и великолепное жизнеописание простых человеческих судеб и 2) если все остальные книги из этой рецензии, включая Ханипаева, Мамаева-Найлза и иже с ними соберутся аки в японском аниме в литературного Вольтрона, то Иванов их все равно разрубит на куски большим литературным мечом. Просто разный уровень, просто разные галактики. Читали Лю Цысиня, помните у него была «капля», которая прилетела из космоса и делала *делаю звуковой эффект взрывов и космического насилия*? Это Иванов. Хорошо, что он есть.

Еще давайте включим в уравнение Даниэля Бергера и его «О нечисти и не только». Идентичный кейс, сейчас, подождите, я скопирую из абзаца повыше. Такой живой, эмпатичный, очень обаятельный. Похож на раннего Нила Геймана с национальной поправкой, если еще помните такого (Нил, вернись). Ну или на позднего Николая Васильевича Гоголя, если еще помните такого (нет, серьезно, тут есть диканьковский вайб). Но! Прочитал – и все, дальше ничего. Книга хорошая, но кончается как фильм – ничего после титров. Признаюсь, правда, что Бергер меня удивил, я думал будет гораздо хуже, а получилось местами как будто неопытный и менее одаренный брат Нила Геймана пробует писать (это комплимент, если что). И опять - ну не должно такого быть; как будто еда из школьной столовой - без вкуса, радости и желания ее пробовать вновь.

И вот последняя часть нашего уравнения. Вы уже поняли, да, тенденцию? Все абсолютно то же самое. И тоже колорит (забыл сказать, извините, Бергер – из Кыргызстана, там есть тоже свой), в этот раз дагестанский. И опять вроде бы хорошо все читается, интрига есть (для детектива, правда, крайне слабая), психологизм есть (тут получше), триллер есть (опять плохо). Но что происходит в конце? Ты просто дочитываешь и все. Никакого катарсиса, никакой экзальтации. Как будто все это (эта книга и предыдущие кроме Иванова) – некий литературный альманах, написанный разными авторами со всех сторон нашей большой страны. У всех свои особенности, своя тональность, но это как будто бы это все средний сериал, который ты смотришь, параллельно занимаясь своими делами. Никто, конечно, и не просит от каждой книги молодого и малоизвестного автора какого-то откровения. Но хоть чуть-чуть, а? Иванов, к слову, столько жанров перепробовал – везде оставляет после себя радость и долгое послевкусие. А тут парни вроде и делают все правильно, но так и хочется процитировать философа конца прошлого века – у тебя нет моджо, пупсик.

И какой же дискриминант можно из всего этого извлечь? В целом, наверное, плохо делать такие выводы, что, мол, де, мельчает отечественный литератор. Что нет новых имен, что как-то медленно загораются новые звезды на этом небосводе. Сходу за последний миллиард лет вспоминаю только Сальникова. И все. А все остальные - горят как будто уже целую вечность, включая того же Иванова. А почему? Куда делось моджо? Что происходит то? На этой ноте драматично закончу. Как и Ханипаев со своим романом, который он забыл нормально дописать.

Читайте хорошие книги. Их, к счастью, просто полно.

*делаю звуковой эффект как будто захлопнул крышку ноутбука*

Ваш Coffeet

Он умеет удивить и не разочаровывает. Всегда про разное: "детская" книга "Типа я", детективный триллер "Холодные глаза"; космо-дистопия "Луна-84"; новогодняя история "Большая суета" - и всегда об одном. О неукорененности, об ощущении сиротской бесприютности, даже когда семья и дом есть; о людях встающих против силы, тех кто делает назначенное, попутно меняя себя; о Дагестане и дагестанцах, даже когда место действия маленький сибирский город, как в этой книге. Ислам Ханипаев цепляет за живое так, что после саднит и не отпускает, не выводя при том из пространства "сделай мне интересно".

Приспособленность Данилы Савина к жизни "Среди людей" стремится к нулю, а в анамнезе у него неприятное происшествие, по результатам которого должен посещать психолога. Новичок в этом колледже, где уже успел заслужить погонялово "Зависавин", и в этом городе, где у них с мамой ничего своего, кроме общажной малосемейки да машины, которая вот-вот развалится. Как жизнь самого Данилы, в эту тьмутаракань они приехали, чтобы после смерти мамы, у которой третья стадия рака, о шестнадцатилетнем парне было кому позаботиться. Здесь живет с новой семьей отец, который бросил их девять лет назад, а теперь преподает в колледже, где Даниле так тяжело дается социализация.

Не просто преподает, но пользуется уважением и любовью как создатель дискуссионного клуба. В этом месте, лишенном зачаточного понятия о культурном досуге, дебаты стали всеобщим увлечением - все благодаря его харизме. Вернее не так: официальные школярские состязания мало кому интересны, но есть еще "Темная сторона", где вечерами всякий желающий может испытать себя на поле риторики, заставляя собравшихся поверить, что черное - это белое. Тематических ограничений куда меньше, нецензурная лексика допустима, хотя за нее начисляются штрафные баллы, прямые оскорбления и переход на личности влекут дисквалификацию. Зато остроумные или рифмованные выступления поощряются бонусными - вариант рэп-баттла, альтернатива театру с цирком. Испытать себя и послушать собирается самый разный народ, и всем этим, возведя дебаты в высокое искусство, рулит Учитель, которого парень даже про себя не называет папой.

Поначалу невозможно представить, что бубнящий что-то себе под нос и заикающийся мальчишка рискнет попробовать себя в дебатах, но в клубе лучшая девушка на свете Карина и Джамал, внезапный друг, дагестанец из Махачкалы (куда же у Ханипаева без нее), которому поднаторевший в профанном психоанализе Данила ставит диагноз СДВГ - уж очень подвижен парнишка, фонтанирует идеями, болтает без умолку. Появляется и враг-соперник Валера-Вальтер, необходимость победить которого заставляет героя предельно собраться и вытащить из себя ресурс, о существовании которого прежде не догадывался.

Мешанина из любви, дружбы, вражды, ненависти к отцу с отчаянной ревностью к новой семье и ученикам, желания доказать ему свою значимость, с постоянным фоном страха за маму и ужаса перед собственным будущим - во всем этом проходит становление Победителя драконов (такой псевдоним взял себе Данила, и отец знает, почему). Наученный им в детстве стишку: "Я иду на битву с драконом,/ Я обязан его победить, / Мне не нужно его престола, / лишь бы голову с плеч срубить", герой не желает принимать знания, что убивший дракона становится драконом сам, что ломать - не строить, что разрушить создававшееся годами можно в одночасье, а что потом?

Ханипаев умеет делать стакан наполовину полным и дарить надежду в безнадежной, казалось бы, ситуации. "Среди людей" оставляет сладкое чувство победы, лишь с привкусом горького чувства вины. Порог вхождения в книгу не самый комфортный, но перешагнув, поймете, что это того стоило.

Сборник рассказов написанных современными российскими писателями в соавторстве с нейросетью Яндекса, закономерно открывает Ксения Буржская, главная в нашей литературе наставница Алисы. Её "Никто не пришёл" скорее диалог профессора и студентки, ироничный, саркастичный, но одновременно полный скрытой нежности."30-70" Яны Вагнер роман-катастрофа в миниатюре, события показаны через смоделированную ситуацию общности двух людей на фоне природного каталкизма. Диалог разведенных, но общающихся супругов, он в Питере, она в Мельбурне, у него, - 30 у неё +30, каждый день температура в северном полушарии опускается на градус, в южном на столько же поднимается.

"Упорова слобода" Шамиля Идиатуллина стилизованная под ретро конца 19 века вампирская история с ван Хельсингом и артритными пожилыми слобожанками. "Ясное лето" Хелены Побяржиной трогательное о первой любви, в которой парень советуется с Алисой, параллельно узнавая некоторые семейные секреты. "Проходные дворы" Татьяны Толстой забавная миниатюра с участием именитой писательницы и нейросети, которую та пытается поставить на службу своему Перу, всякий раз получая на выходе сладенькую муть.

"Красный царь" Ислама Ханипаева история реванша монархизма средствами искусственного интеллекта и биотехнологий. Переживание травмы в "Как тысячу раз до меня" Даши Благовой. Жуткая и печальная "Ведьмина свадьба" Евгении Некрасовой, по-некрасовски своеьбычная и особым образом организованная вещь, одна из жемчужина сборника.

"Это огонь" Дмитрия Захарова наглядно иллюстрирует поговорку про положение хуже губернаторского, с непременным участием медведя, без которого у Димы не обходится. "Последнее слово" Марго Грин об обесценивании мира, их которого выхолащивается смысл красивыми описаниями. "Психииатр" Рагима Джафарова, несмотря на краткость, поднимает сразу две темы: деменции и моральной допустимости экспериментов над слабыми ради процветания сильных.

"Ранка на нижней губе" Александры Шалашовой продолжает тему бедных людей, которую в нашей литературе разрабатывает молодая писательница, плач тех, кому не быть счастливыми по причине отсутствия денег и органической неприспособленности к их зарабатывать. "Обезьяний рот" Юлии Яковлевой, напротив., об умеющих зарабатывать так хорошо, что даже на пластическую хирурги хватает, хотя перспектива двухмесячного восстановления после операции не то, чтобы греет душу, вот если бы умные технологии делали то же, но с перламутровыми пуговицами, то есть, с одного укола...

"А ведь что-то хотел" - хоррор-история от Алексея Сальникова про дом с призраком, где страшное оборачивается странным, а нормальный человек и тому не удивляется. "Последний" Анны Матвеевой, не в пример большинству рассказов, не имеющих к искусственному интеллекту примерно никакого отношения - по заявленной теме. Трогательная и нежная вещь о любви к бабушке (любящие "Каждые сто лет" оценят), к печатным книгам, о том, что пишущих много, даже слишком,но большинство из них легко заменит нейросеть, вот только еще немного поднатореет. А избранных все так же мало. И Анна Матвеева из вторых, это уже я говорю.

Сборник неровный, как это всегда бывает со сборниками, но дарит возможность встретиться с любимыми авторами в промежутке между произведениями крупных форм от них.

Я не люблю прошлое. Оно было и прошло. Хорошо и правильно помнить что-то важное. Свою историю, свои корни, заслуги праотцов. Гордиться прошлым, но мы не в силах его изменить, потому что остановить прогресс еще никому не удавлюсь. Не ты колесо изобретешь, так сосед и устроит промышленную революция, пока ты бананы и кокосы жуешь.

Я не люблю прошлое, когда говорят... а вот в наше время мы без калькуляторов считали, а вот в наше время мы на лошадях до Пруссии два месяца добирались, а вот в наше время палкой копалкой и саблезубого тигра придавишь и во рту поковыряешь замест зубочистки.

Теперь у нас электрокары и моно-колесо, есть онлайн обучение и хирургия в две тысячи миль, отделяющая пациента и хирурга, есть клонирование, дома из грибов, воздух в баллонах, вода в бутылках, есть суррогатное материнство. Много есть всего, чего не было.

В моем детстве люди на остановке читали газету и папироску тянули, а сейчас смотрят в смартфон и дымят вэйпом (курение убивает, а вэйпы тем более - бросайте).

Прошло время и все изменилось.

Потому что меняться может только завтра, а не вчера.

Потому что так устроена эволюция - постигать, улучшать, изучать, познавать, пробовать и достигать.

Когда-то у школьника за счастье было решебник раздобыть и краткое содержание книжного плана по литре, а теперь он балуются с GPT чатом.
Однажды, кто-то придумает законы ИИ роботехники, как придумал три закона робототехники Айзек Азимов:

Первый закон: робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред.

Второй закон: робот должен подчиняться приказам, отдаваемым ему людьми, за исключением случаев, когда такие приказы противоречат первому закону.

Третий закон: робот должен защищать своё собственное существование до тех пор, пока такая защита не вступает в противоречие с первым или вторым законом.

Искусственный интеллект кто-то когда-то возьмет под контроль. Придется, иначе половина страны потеряет свою работу и станет не профпригодной. Это будет, это будущее, и это не хорошо и не плохо, потому что эволюция даже цифровая не стоит на месте.
Волки за 200 миллионов лет эволюционировали в китов. Может быть и люди за 200 миллионов лет станут чем-то наподобие симбиоза биологии и цифры.

Наше поколение еще может брыкаться, как брыкаются все любители прошлого, в котором они были счастливы, молоды и полны сил. Но возьмите трехлеток и первоклашек. Для них нет жизни без ИИ, без нейросетей и смартфонов. Их будущее будет другим, не лучше и не хуже, просто другим, эволюционирующим.

Если уметь правильно использовать ИИ, он отличный помощник. Вчера Алиса подбирала мне отели для отдыха в Турции и придумывала рифму для поздравительной открытки подруге. А еще Алиса может вызвать скорую или другую помощь, научите ваших детей пользоваться этим и, однажды, ворчливому старику "а вот в мое время..." ИИ спасет жизнь.

Я в это верю. Верю в прогресс и в то, что все новое пугает. Вот вам реальный пример, который звучит для нас, как бред сейчас: в США когда запустили поезда считалось, что женщинам на нем опасно ехать, ведь на скорости 50 миль в час из женщин выпадут все их внутренние органы (через то самое место) и женщины полгода не ездили на поездах, опасаясь матку по дороге обронить.
Как к этому факту можно относиться сейчас в наше время? Так через 200 лет потомки будут шутки придумывать о тех, кто страшился нейро с ИИ.

Тогда уж запретите всю разом эволюцию. И пусть киты никогда больше не превратятся в следующий вид, как и человек - такая же биоэлектронная машина по факту.

Что касается книги (а то я увлеклась философией) - она олицетворяет эту самую эволюцию. Она одна из первых, но таких запоминают, как Гагарина или Менделеева. Первых помнят все.
Да, не каждый рассказ мне понравился и в некоторых совершенно не ясно, какой процент сюжета подсказывала Алиса, но определённые рассказы имеют высокую художественную ценность и богатый язык написания.
Например: Проходные дворы, Как тысячи раз до меня, А ведь что-то хотел - и другие, но чтение было увлекательным и получила огромное удовольствие.

Ставлю этой книге высшую оценку. Голосую за будущее. Шагаю в эволюцию и верю, что наши потомки сохранят планету, на которой ИИ будет вспоминать: а вот в наше время...