Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Одесские рассказы

Одесские рассказы
Читайте в приложениях:
Книга доступна в премиум-подписке
80 уже добавило
Оценка читателей
4.67

Исаак Эммануилович Бабель – классик отечественной литературы, выдающийся мастер рассказа. Творчество Бабеля тематически можно разделить на две основные линии. Первая (цикл «Конармия») – это рассказы о Гражданской войне 1917–1922 гг., в которой автор сам принимал активное участие. Вторая линия (цикл «Одесские рассказы») посвящена так же близкой писателю теме обитателей одесского предместья Молдаванки. В том числе в этот цикл вошли произведения о блатном «короле» – Бене Крике, прототипом которого послужил знаменитый бандит-налетчик Мишка Япончик.

Лучшие рецензии и отзывы
TibetanFox
TibetanFox
Оценка:
97

В КВНе есть команда весельчаков из Одессы, которые успешно продолжают использовать образ одесситов, ставший стереотипом много лет назад. И пусть иногда он натужен, но всё равно узнаваем. Рассказы Бабеля («бабельки») во многом способствовали складыванию этого образа. Не знаю, добирался ли кто-нибудь до них в школьной программе (я слышала, что иногда они туда включаются, но лично в своей или у родственников такого не припоминаю), но после завершения оной стоит вспомнить о тощеньком и обаятельном томике «Одесские рассказы», чтобы не пропустить знакомство с такими колоритными персонажами, как Беня Крик и прочие шалопуты.

Когда и как стали популярными истории о людях, скажем мягко, не утруждающих себя соблюдением моральных норм? Романтика ножа и пистолета, больших шальных денег, кутежа… В традиционно русской атмосфере где-то рядом бы были цыгане, гармошка и моря разливанные водки. Впрочем, одесская крикиада недалеко от этого ушла, только размах имеет иной окрас. Очарование семитских мотивов хитрованства совершенно явно подстёгивает читателя любить персонажей, которых объективно любить не за что. Воры, убийцы, вертопрахи. Зато с душой, чёрт подери. С какой-никакой, а своей.

Когда читаешь эти полусмешные, полугрустные истории из той эпохи и того круга общества, к которому прикоснуться стоит только посредством литературы, неволей попадаешь под романтическое влияние авантюрного настроения. И сами собой в речь незаметно пробираются и «Ой-вэй», и «Таки да», и певучие вопросительные интонации.

Вот что я посоветую: найдите для книги правильного чтеца, причём вслух, чтобы он лукаво подмигивал и давал читателю отсмеяться и отдышаться в нужных местах. Пусть он не идеально изображает одесские интонации, чёрт с ним, главное, чтобы старался. И тогда от «Одесских рассказов» можно получить куда большее удовольствие, чем от просто чтения. Тем более, что там так мало историй, что поездка в дореволюционную Одессу не будет долгой. Запасайтесь впечатлениями.

Читать полностью
red_star
red_star
Оценка:
85

Даёшь Варшаву, дай Берлин -
И врезались мы в Крым!

А. Д'Актиль, "Марш Буденного", 1920

Я просто люблю эту книгу. Как всегда в таких случаях, совершенно невозможно сказать за что. Но этот текст, это постоянное ощущение сжатой до предела пружины просто сводят меня с ума. Эти немногочисленные страницы коротеньких новелл похожи на хорошее красное вино, которое не пьянит тебя, не бьет по сознанию, а лишь усиливает восприятие, делает его более тонким и острым (на короткое время).

Это умение сделать поэзию из грязи и крови, этот другой синтаксис, непонятный и таинственный, пришедший из другого языка и насыщенный певучими и звенящими русскими словами – все это прекрасно.

И эта другая Западная Украина (если пользоваться терминами текущей политической географии), где автор увидел только евреев, немного поляков и всего пару хохлушек. Интересный у него был угол зрения. Это другая реальность, где обе стороны советско-польской войны били друг друга и евреев, но последних было относительно много в общей массе населения, была целая культура. А всего через двадцать лет следующая война уничтожит эту культуру под корень, оставив только жидкий ручеек хасидов, летающих в Умань из Израиля.

А еще книга о том, что война в течение шести лет (четыре года империалистической, третий год гражданской) делает людей столь невосприимчивыми к смерти, что они ей-богу похожи на зверей, несмотря на то, что иногда они могут быть похожи и на людей. Вся застарелая ненависть, все старые обиды, затаенные во вроде бы прилизанные довоенные годы, помноженные на годы в окопах и в седле, делают смерть и ненависть обыденными и от этого еще более страшными.

Такая книга, негладкая, сорная, нелицеприятная, могла стать реальностью только в 20-е, когда гражданская еще не стала мифом, не забронзовела. Потом ее будут ругать за натурализм, отсутствие пафоса. Зато она живая, настоящая, просто почувствуйте ее пульс.

Читать полностью
Diddlina
Diddlina
Оценка:
67

Говорят, что от смешанных браков рождаются самые красивые дети.

В глазах еврейского народа есть какая-то вселенская грусть. Я так люблю это словосочетание - «вселенская грусть». Потому что никак больше нельзя описать это явление. Не просто грусть, а вселенская грусть; не просто радость, а радость, разрывающая живот; не просто свадьба, а громоподобные пляски и пожары, пожары, пожары в усталых и счастливых лицах…

Вы, наверное, думаете, к чему я это всё и в чём, собственно, смешанность? Дело в том, что господин Бабель, рассказывая нам историю о жизни и приключениях одесских бандитов начала ХХ века, очень мастерски варит хамин обеими руками – правой вливает литр еврейского тусклого серебрянного блеска и воска ритуальных свечей, а левой сыпет горстями русского лихачества, «белой» гордости, краснеющих от блеска фуражек усов. И не приходите, мой дорогой, ко мне за наследством, если ви с этим не согласны.

Хотя что я тут говорю! Лихачи из молдаванских еврейчиков ещё те. Это уже не культурный суп получается, а винегрет, потому что раличить, как в главном герое книги - Бене Крике, - так и в принципе в самом Бабеле, где русское, украинское, еврейское, одесское, советское и проч. и проч. ну совершенно невозможно. Это как раз тот плавильный котёл, о котором так часто вспоминают в связи с Америкой. Бабель создал красивого ребёнка из двух совершенно разных культур, поместив его в совершенно разбойничьи условия уголовной, но до чёртиков милой Одессы начала прошлого века. Века перемен.

Но что получается. В образе бабельских одесситов есть какой-то подвох. Невольно думается порой: «Ну не набросится еврей с бандой на похоронную процессию! Ну не выдвинет крупному почётному гражданину требование положить 20 000 рублей под ближайшим деревом! Ну не станет он размахивать браунингом, грабя контору!». Но, знаете, в ответ где-то в мозгу звучит: «Не, ну может и станет… Но сделает это исключительно красиво! И извинится».

Читать полностью