Я знала, что боль в животе была вызвана ещё и тревожностью, которая зародилась во мне с тех пор, как мужчины покинули дом. Я совсем не переживала за нашу с девочками безопасность, но хотела, чтобы эти два дня прошли быстрее, и я могла видеть перед собой своего брата, друга и мужа, а также слушать шутки Сантьяго по телефону.

Девушки рядом со мной болтали. Мы с Каей делали вид, что ничего необычного не происходило, но то, что Аврора ела в нашей компании говорило о многом. Мы знали, что ей всё ещё было тяжело, но, когда рядом был Доминик она, кажется, совсем забывала о своих травмах и сейчас чувствовала себя довольно комфортно. Мы старались вести себя, как обычно, и это помогало ей. Она не хотела быть особенной среди нас, но как ни крути Аврора Де Сантис была необычайной для каждого, кто встречал её. Постепенно и она начинала верить в это.

Кая ухватилась за щёку блондинки и потрепала её:

– Здоровый аппетит!

Девушка улыбнулась ей с полным ртом, набитым овощами и выглядела нелепо мило.

– Может, ты беременна?

С новым вопросом Каи с лица Аврора слетела улыбка и она тяжело сглотнула, а затем опустила вилку в глубокую тарелку. Мы с брюнеткой переглянулись, и я заметила, как она виновато поджала губы.

Чёрт. Что не так?

– Нет, – грустно ответила Аврора. – Я делала тест сегодня утром. Мы пытаемся, но пока ничего не выходит.

Они… Поэтому они не рассказали нам, что пытались завести ребёнка?

Аврора, как и Доминик, много работала. Она взяла на себя управление всеми благотворительными организациями, частью которых была Ндрангета. Так же на её плечах был Детский Дом, о существовании которого старший брат не говорил мне. Я знала, что Доминик продолжил одно из дел отца и не оставил его фонд «Анна-Мария», а продолжил спонсировать школы, больницы и места, в которых женщины нуждались в помощи, которую мы могли им предложить.

Только… почему он скрывал это от меня?

Но, полагаю, все мы имели право иметь свои секреты.

Я следила за выражением лица девушки, которая с каждой секундой всё больше погружалась в свою печаль.

Она стала посещать психотерапевта дважды в неделю.

На самом деле, мы все должны были сделать это. Каждый из нас был по-своему болен, но в итоге решилась на это только Аврора.

Как бы хорош ни был Доминик, он не мог избавить её от всего, что вложили в её голову за двадцать мучительных лет.

Хороший мужчина – помощь в исцеление, а не само исцеление.

Кая мягко ухватилась за плечо подруги, чтобы она не смела замыкаться в себе и знала, что мы были с ней. Я придвинулась ближе к ней и просунула свою руку под её локоть, приобнимая её.

– Как давно вы пытаетесь? – спросила я.

– С тех пор, как всё наладилось.

Эта тема сильно задела её. Тон её голоса изменился, и она стала выглядеть подавленно.

– Примерно два месяца.

Она кивнула мне.

– Два месяца! – воскликнула Кая. – Знаете сколько раз мы с Кристианом забывали о защите и посмотрите, – она подняла свою чёрную майку и постучала кулаком по прессу.

Из глаз Авроры выплеснулись первые слёзы вперемешку с громким смехом.

– Вы обращались к врачу? – любопытно поинтересовалась я.

– Мы приняли решение сделать это после моего дня рождения, чтобы не портить праздничное настроение.

Мужчины должны были вернуться из Калабрии ровно в день двадцатилетия Авроры, но… она думала, что была вероятность того, что она не могла иметь детей? Прошло слишком мало времени. К тому же шанс на оплодотворение с первого раза ровнялся всего двадцати пяти процентам.

Только зная прошлое девушки, такой итог был бы не удивителен. То, что с ней делали, не могло иметь хороших последствий.

– Почему вы не хотите взять кого-то из Дома? Разве это не хорошая идея?

– Нет, – резко ответила Аврора. – Быть нашим с Домиником ребёнком, значит быть обреченным на опасность. Мы не можем испортить жизнь одному из этих невинных детей, которым повезло родиться вне, просто потому что хотим.

Ещё одно доказательство тому, как они любили их.

– Доминику достаточно груза на плечах из-за меня. Зачем он вообще уехал? – немного негодующе спросила она. – Неужели нельзя было решить свои проблемы на границе?

Наши с Каей глаза встретились, но мы не успели скрыть свою реакцию, и Аврора стала мотать головой из стороны в сторону, смотря на нас.

– Что вы от меня скрываете? – потребовала она.

– Ничего, – сразу же ответила подруга.

– Джулия.

Мой рот приоткрылся, и я не знала, как сказать ей. Я запаниковала, но Кая резко перегнулась через девушку и засунула в мой рот огромный кусок мяса. Его приятный вкус сразу отразился на языке, и я стала медленно жевать, наконец по-настоящему не имя возможности ответить ей.

– Доминик убьёт нас, – тяжело вздохнув сказала мне брюнетка.

Мои глаза метались между двумя девушками, но я понимала, что Аврора всё равно рано или поздно заставит нас рассказать ей.

Кто бы что ни думал, она могла превратить наши совместные два дня в пытки.

– Лоренцо видели на территории Калабрии, – призналась Кая.

Я проглотила плохо пережеванный кусок мяса, который чудом не застрял в моём горле и стала дожидаться реакции. Блондинка долго молчала, затем зажала между зубами свою нижнюю губу, и по её щекам прокатилась пара слез.

– Я хочу, чтобы он закончил погоню за ним, – прошептала она. – Это может продолжаться целую вечность. И я была бы готова ждать нашего возмездия, сколько угодно, но это опасно для вас. Вы не можете пострадать из-за моих несчастий.

Нахмурив брови, Кая выпрямилась на своё месте и потрясла Аврору за плечо, за которое уже держала её, отрезвляя.

– Мы – одна семья, – напомнила она. – Доминик так много делал для меня, когда ещё совсем не знал, когда я была чужой для него, а теперь, если мне придётся заколоть Лоренцо в одиночку, чтобы освободить вас от него, я с удовольствием сделаю это. И растяну это настолько, чтобы он прочувствовал каждую минуту твоей боли.

– Мы больше никому не позволим обидеть тебя, – добавила я.

Это была правда. Если придётся, не взирая на страхи, я всегда буду готова искупаться в крови за члена своей семьи.

Аврора всхлипнула, и мы обняли её.

Я так давно не находилась в таких крепких объятиях, что моё сердце сжалось от боли и желания.

С потерей Талии мне было страшно сближаться с кем-либо и Доминик с Сантьяго остались моими единственными живыми друзьями. Но теперь, видя счастье Кристиана, Каи, моего старшего брата и Авроры, я хотела быть выше своих страхов и попробовать зажить заново.

– Ох, – вздохнула девушка. – Мне нужно умыться. Доминик будет ругать меня, если позвонит и увидит, что я плачу.

Кая раздалась смехом, когда мы отпустили Аврору из своих медвежьих объятий.

– Все мы знаем, что он скорее отрежет себе язык и простеплерит рот, нежели понизит свой тон при разговоре с тобой.

Аврора поднялась со своего места, и на её губах расплылась счастливая скромная улыбка.

Доминик был хорошим для большинства людей, но лишь его жена имела полное влияние над ним. Аврора управляла его существом. Только она могла успокоить Феникса и остановить его.

Центр его вселенной находился в ней.

– Всё равно, – девушка покачала головой. – Мне кажется я слегка переела, – она положила руку на живот и тяжело вздохнула, делая несколько шагов в сторону от нас.

– Отъедаешь классный зад, – Кая вытянула руку и несколько раз шлёпнула её по упругой ягодице в коротких белых шортах с двумя черными полосами с обеих сторон.

– Перестань, – захохотала она и унеслась прочь.

Я улыбалась, глядя на них. Они сильно сдружились за последнее время, и это шло на руку обеим. Аврора нуждалась в поддержке, а Кая переживала потерю. Семья, которую мы создавали, была лучшим решением за всё время.

Мы остались с девушкой вдвоём и между нами повисло молчание. Я всегда находила о чём поговорить с людьми, но сейчас мои мысли крутились только вокруг того, знала ли Кая, что пришлось пережить Кристиану?

Они были просто неразделимы, словно на самом деле были единым целым и мне слабо верилось, что мужчина не рассказал ей. Но если она знала, она могла подсказать мне, как правильно вести себя с Себастьяном, чтобы не навредить ему.

Братья были абсолютно разными, но что они оба делали хорошо, так это скрывали свои проблемы и чувства, которые по мнению общества они иметь не могли.

Только Кристиан и Себастьян были людьми. В каком бы мире они не выросли, они не позволяли себе быть монстрами для тех, кого любили.

За исключением друг друга.

Я знала, что их братская связь продолжала жить где-то внутри них, и нам нужно было помочь им заново познакомиться с ней.

– Кристиан… – я замолчала, испугавшись того, как резко Кая повернула голову в мою сторону, услышав имя своего мужа.

Она нахмурила брови.

– Кристиан, что?

Почему было так страшно?

Я сжала кулак, набираясь сил, чтобы спросить.

Я не хотела, чтобы меня считали той, кто рассказывала чужие секреты. Я случайно проболталась Кае про Талию, познакомила Доминика с историей настоящей жизни Авроры, а теперь это… Что если она не знала и после того, как я спрошу её, это испортит их отношения?

– Джулия? – переспросила девушка, заправляя темные волосы за уши. – С тобой всё в порядке?

Но только она могла помочь мне. Я видела бушующий страх в глазах Себастьяна. И дело было даже не во мне и не в моём желании быть с ним. Я хотела помочь ему избавиться от того, что сидело в его голове, ведь Кристиан смог.

Глубоко вздохнув, набирая полные легкие кислорода, я, наконец, спросила её:

– Кристиан тоже поначалу боялся прикосновений к тебе?

Девушка оцепенела. Это было заметно по её лицу. Она облизнула свои пересохшие губы и, наверняка, вела монолог с самой собой, думая точно так же, как я немного ранее: стоило ли говорить об этом?

Что если мы думали про совершенно разные вещи?

Она прищурилась и уселась в такую же позу, как и я.

Теперь мы сидели напротив, наши глаза были прикованы друг к другу и отслеживали изменения.

– Что случилось? – аккуратно спросила она.

– Ничего. Просто я хочу, чтобы ты ответила на мой вопрос.

– Нет, – ответила Кая.

Я поджала губы.

Чёрт. Господи, когда же я научусь молчать.

– Нет, Джулия. Ты отвечаешь на мои вопросы, – добавила она. – Себастьян навредил тебе?

Секундное расслабление напало, а затем снова отступило от меня.

Кая знала.

Кристиан боялся прикасаться к ней.

– Он…

– Навредил? – напористо, чуть ли не подпрыгнув на месте, переспросила она.

– Нет, – немного резко для ответа произнесла я. – Он навредил себе.

Девушка облокотилась на локоть и опёрлась ртом на плотно сжатый кулак.

– Что случилось? – вновь спросила она.

Я доверяла ей и знала, что она не расскажет об этом даже Кристиану, если я хорошо попрошу её.

– Мы поцеловались, и он испугался… себя.

Девушка закивала, понимая, о чём я говорила.

У них с Кристианом была похожая ситуация? Как именно это произошло?

– Он рассказал мне, – прошептала я. – Всё.

Брови Каи подпрыгнули вверх. Наверное, она думала, что я просто переживала за то, как вёл себя мужчина и не знала сути проблемы, но всё было иначе.

– Когда Кристиан рассказал тебе? – поинтересовалась я.

– Он не рассказывал.

Не рассказывал? Но как же…

– Винченцо намекал мне. Наталия говорила о том самом дне, не договаривая, что в конце концов произошло в тот проклятый день! – зло проговорила она. – И мне пришлось довольно долго думать и собирать пазл в своей голове, чтобы понять, на что именно их заставили смотреть.

Я проморгалась, сгоняя плёнку тумана с глаз.

– Мы поговорили с ним после того, как поняли, что любим друг друга. Он объяснил мне свою реакцию на меня. Объяснил, почему ему было так важно знать, что я была согласна принимать его.

Девушка тяжело сглотнула и мне показалось, что её глаза заблестели от слёз, но она на секунду закрыла их, а когда снова открыла, то в них уже горела уверенность в себе и своём мужчине.

– Ты хочешь помочь ему? – осторожно спросила Кая.

– Да, – прошептала я.

Она кротко улыбнулась и мне показалось, что на мгновение Кая узнала во мне себя.

– Тогда позволь ему знать, что ты чувствуешь, когда находишься в его руках. Он должен быть уверен, что в тебе нет ни капли сомнений на счет него. Что ты принимаешь его и готова бороться за него.

Я кивнула ей.

Она так легко и без лишних вопросов приняла то, что я хотела быть с Себастьяном. Хотя почему бы ей быть против? Она же не Доминик.

– Только не забывай, что он тоже должен бороться за тебя в ответ, – добавила Кая. – Если Себастьян будет вести себя, как мудак, я расскажу твоему брату, и мы надерём ему зад за тебя.

На моём лице проскользнула слабая улыбка, но девушка рядом быстро вернулась к серьёзности и, подумав ещё немного, произнесла:

– Ты не сможешь уйти после того, как вернешь его, Джулия. Поэтому прежде, чем бороться с ним тебе нужно узнать… хочет ли Себастьян, чтобы ты возвращала его?