Цитаты из книг автора «Ирвин Шоу»

Вероятно, после того как он отвел душу, высказал все, что у него наболело, ему было как-то неудобно увидеться со мной. Сплошь и рядом человек, даже ваш друг, если он разоткровенничался с вами ночью, потом наутро, при свете дня, сожалеет об этом.

И даже… даже двадцать пять тысяч? – Он покраснел, выговорив такую цифру. Я лишь на миг поколебался.– Да, если ты нуждаешься в них, – подтвердил я.– Ты хочешь знать, для чего нужны эти деньги? – Если тебе угодно, – ответил я, сожалея о том, что вчера не уехал из города.

Как же мне все-таки заняться поисками друга? – Есть много мест, куда ты можешь обратиться. Скажем, в налоговое управление, где найдется его адрес на последней декларации о доходах, которую он заполнял. Или в управление социального обеспечения, где имеются записи мест его работы. Данные о нем могут быть в управлении воинской повинности, но они, наверное, уже устарели. Наконец, загляни в ФБР. Правда, никогда не знаешь, что именно добудешь в этом заведении. И еще остается Госдеп. Все зависит от того, есть ли у тебя связи с нужными людьми.

Как на неоновой рекламе – ты, можно сказать, совсем не тот, на кого похож. – На кого же я похож?– Да на тех молодых людей, что играют злодеев в итальянских фильмах. Дерзких, порочных и бессовестных. Ничего подобного во мне прежде не замечали. Наоборот, скорее указывали, что с виду я скромник. Или за эти дни я очень изменился, или же Эвелин Коутс смогла разглядеть мою скрытую сущность.

Как уволился? Так не увольняются. Черт побери, да сегодня только вторник, начало недели. Здесь остались ваши вещи. Полбутылки виски. Библия… – Виски выпейте, а Библию я дарю библиотеке отеля.

Когда он своим и моим ключом отпер два разных замка и вытащил из гнезда мой ящик, я бросил взгляд на служителя. То был старик с нездоровым, бледным от постоянного пребывания в стальном подземелье лицом. Он производил впечатление человека, безразличного ко всему и мало о чем размышляющего. По-видимому, сюда подбирали именно таких людей. Пытливый человек тут быстро сошел бы с ума.

Идя со своими конвертами в руках, я невольно спрашивал себя, откуда все эти богатства, как были собраны банкноты, акции, облигации, драгоценности, хранящиеся здесь в запертых ящиках, сколько было пролито пота и крови, сколько совершено преступлений, через сколько жадных рук прошли все эти ценности и деньги, чтобы залечь потом в этой священной стальной пещере.

Молча уставился я на деньги, лежащие на столе. Допил пиво. Я не ощущал ни страха, ни радости, ни раскаяния – вообще ничего. Машинально взглянул на часы. Без двадцати девять. Банки откроются через двадцать минут.

Она ничем не отличалась тогда от множества девушек, изображающих, что они увлечены своей работой, а на самом деле просто ждущих замужества. Таких полно в городах. – С ней все обстояло иначе, – возразил Паттерсон. – Я беседовал с Люси. Она очень не хотела бросать Нью-Йорк.

Джеф скрестил руки на груди и посмотрел на Люси. – Мне безразлично, слушаете вы меня или нет. Я все равно скажу то, что считаю нужным сказать. Я наблюдал за вами, потому что вы – самая восхитительная женщина, какую я видел в жизни…– «После Каркассонна, – чистым мелодичным голосом начала читать вслух Люси, – их задержал ливень; они решили, что Испания в любом случае нагонит на них скуку, и повернули на север в сторону…»Со стоном Джеф наклонился, схватил книгу и швырнул ее на край лужайки.– Довольно, – сказала Люси, поднимаясь. – С меня хватит. Одно дело – забавный легкомысленный мальчишка, совсем другое – грубый самоуверенный нахал… Теперь, пожалуйста, уходи. Джеф посмотрел на нее, стиснув зубы.