Цитаты из книг автора «Ирмата Арьяр»

отца, а он приучил меня видеть цель даже в тени, где она прячется или ее прячут. Ты не глупый, подверженный страстям мальчишка, а образованный и умный правитель. Лорд. Царь. Я задала вопрос и хочу услышать ответ: почему Айэра для тебя ценнее, чем Суаф? Даже я понимаю, что как место для переселения этот мир вам не подойдет. Вы бежите от войн, но получите их здесь сразу с двух сторон, от людей и айэ. Они объединятся, чтобы прогнать выходцев из Нижнего мира. Вы для них такие же демоны, как рогатые – для вас. Взбешенный некромант резко выдохнул, сделал паузу – наверняка считал до десяти – и шагнул ко мне. Сейчас придушит. Пискнув, я метнулась в сторону, но не успела. – Моя прическа! Мое платье! – завопила я, почувствовав его

– Я всегда его держу. Привычка. Но щит не опустил. – Зачем я тебе, Дэйтар? Зачем тебе мир Айэры, раз ты так за него держишься, что готов отложить еще на четверть века возрождение своего народа? Некромант в изумлении широко раскрыл глаза. Вскочил, швырнул мою помятую перчатку на стол. – То есть ты отказываешься выйти за меня? Тома, посмотри на меня! Разве я урод? Разве я не вызываю у тебя никаких чувств? Это из равнодушия ты так жарко со мной целовалась, что я готов был завершить обряд

. – Бесполезно изображать маргиссу. Не разрывай мне сердце, Тома. – Не буду, – тяжко вздохнула я и уткнулась лбом в его грудь, где так громко и сильно стучало сердце некроманта. На глаза навернулись слезы – сказалось напряжение бесконечного дня. И вообще последнего месяца такой бурной жизни. Мне нужно было так много ему рассказать, так много спросить, но все слова куда-то пропали. Дэйтар пригладил мои волосы, вздохнул: – Чудо иномирное! Ты все мои планы спутала в очередной раз. Я взвилась, вывернулась из рук: – Может, стоило мне о них рассказать? – Я не мог. Ты не понимаешь… – Может, нужно было объяснить? – Я боялся, что ты не поймешь

– О, это самая прекрасная во вселенной, умная, нежная девушка из иного мира, без которой меркнет солнце и умирает моя душа. Я на миг растерялась. Очень хотелось растаять, как желе на солнцепеке, но это выглядело бы не очень умно, совсем не прекрасно и вряд ли нежно. Разве можно так сразу разочаровывать того, кто только что отвесил такой жирный комплимент? Еще и глаза прикрыл от умиления, притворщик! И в ссылку он меня отправил именно для того, чтобы спокойно умереть. – Жаль, что мы с ней незнакомы, милорд, – механическим голосом ответствовала я. – Прекрати притворяться, Тома

Тома, когда узнал, что ты исчезла! Да еще при таких обстоятельствах. «Ну все, птичка, погорел твой план!» – хихикнул Аркус. «Не подслушивай! – возмутилась я. – И не подглядывай». И представила между мной и духом непроницаемую стену. Возмущенный вопль союзника мгновенно стих

– Кто не отпустил? – удивилась я. – Око Истины, вестимо. Таррека сейчас допрашивает наш хаор, да продлятся его дни и воцарится в Суаф его полная власть. Так, родичи? – Маг, усмехнувшись, презрительным взглядом обвел присутствующих. Примерно половина кланников, не выдержав, уткнулась в тарелки, а их лица пошли нервными пятнами. – Что? Страшно? – гаркнул Гарв, откровенно наслаждаясь растерянностью родичей. – Думали, ваши делишки останутся тайной за семью печатями и хаор Дэйтар до вас

перед ничтожными людишками. Не я, а ты предал нас всех! Ты выбрал в невесты бесполезную, лишенную магии куклу, игрушку чужого мира, подсунутую тебе демонами! Думаешь, я не знаю? Предатель! «Тебе не жить, Таррек, – равнодушно подумала я. – После такого оскорбления – нет». – Жаль, что не только твой Первопредок, но и твой разум отказал тебе, – с печалью молвил Дэйтар. – Жаль, что я уже поклялся отпустить тебя живым и невредимым, Таррек. И трижды жаль, что кодекс запрещает пачкать руки об ядовитую падаль. А ведь я хотел сделать тебе прощальный подарок, глупец. Показать, что не только не держу зла на твои несправедливые обвинения, понимая, что твоим языком

твой мир и вернуть тебя домой. Это им не понравилось, ведь наш брак – отличный инструмент, чтобы отсрочить возвращение династии Орияров. Но Риандра не интриганка, она сделает то, что обязана, иначе рискует лишиться вещего дара. Скоро ты увидишь отца и подруг, моя таинэ. Вернешься в свой удивительный мир. Это даже хорошо, что ты не любишь меня, ведь я ничем не заслужил твоей любви, и вряд ли у меня будет такая возможность. Так мне легче смириться с тем, что тебя в моей жизни не будет». Он резко отвернулся, махнул рукой, и стало темно, как в могиле. Я обнаружила, что лежу на полу, сжимаю в объятиях чеер-шар и рыдаю

умрет, похоронят чужие люди. Ты никогда его не увидишь, даже его могилу. И это тоже когда-нибудь станет стеной между нами. Мне невыносимо думать об этом. Сейчас по моему плану ты должна навестить клан Белого Ворона. Это не слишком дружелюбный мне клан, но они мирятся с неизбежным и никогда не противятся судьбе, если она дает однозначный путь. Их пророчества всегда сбываются, а в них они видят мою власть незыблемой. И такой она должна остаться. Прости, таинэ, я обманул тебя, когда рассказывал о хаоре сферы Суаф. Я уже хаор от рождения. Правитель в плену Верхнего мира, долга и обязательств, но я – действующий правитель Суаф. Я потеряю власть, если наш брак состоится, и мой магический потенциал не будет полностью раскрыт. Не думай, что меня это пугает. Мой отец так жил, дед и все предыдущие поколения, начиная от первого пленника Риртона. Я потеряю власть, но ее унаследуют наши дети, и следующий граф Орияр вполне

Небеса! Мне уже грезится, что ты стоишь рядом! – Дэйтар тряхнул головой и снова устремил невидящий взгляд на дальние горные пики. – А я даже не знаю, хочешь ли ты быть рядом. Не знаю, стал ли для тебя этот дурацкий обряд Верхнего мира тем же, чем для меня, – стал ли он открытием? Стал ли он бессонными ночами? Стал ли он выпрыгивающим из груди сердцем при одном только воспоминании о том, как твои руки лежали на моих плечах, а твои губы касались моих губ? Я не знаю ничего о твоих чувствах, моя таинэ, хотя мне казалось, что не противен тебе, иначе Небеса разорвали бы наш обряд. Я дал тебе свободу уйти, моя таинэ, уйти навсегда в свой мир. Хотя больше всего на свете хочу, чтобы ты осталась. Но я не могу принять твою жертву, если ты останешься. Останешься только ради того, чтобы выполнить наш договор и слово, данное королю. Я слишком хорошо знаю, каково это – лишиться родины и стать изгоем, жить среди чуждых тебе существ. Рано или поздно ты возненавидишь