– Нам надо поговорить, Тамара Андреевна. И с этим твоим пернатым женихом – тоже.
Когда отец обращался так официально, это был единственный признак крайней степени его раздражения или гнева.
– Нам тоже надо поговорить, граф Дэйтар, – елейным голосом пропел белорясник. – Или нам теперь обращаться к вам – хаор?
– Вы подождете, – непререкаемо заявил Коршунов.
«В очередь, сукины дети, в очередь!» – в знакомой усмешке шевельнулись его губы.