Минуты длятся бесконечно долго. Время схлопнулось и перестало существовать. Вот так, если просто позволить себе ощущать каждый миг, то оказываешься там, где времени не существует. Действия перестают иметь значение. И при этом ощущение жизни накатывает на тебя с такой мощью, что, ка
Это уж кто что посадит. Но чтобы это в нас выросло и расцвело, нам нужно о нем заботиться, полоть, поливать, беречь, любоваться, в конце концов. Ведь мало стать счастливым, нужно еще уметь им быть, уметь наслаждаться красотой, тишиной и ароматом нашего счастья. Прости за пафос сравнения, под «бордо» и телятину по-тоскански иначе не формулируется.
по мере того как небезупречность становится очевидной, погранично устроенный человек совершенно не в состоянии как-то обойтись с этой проявившейся «правдой». Часть из них сразу разрывают отношения: «Она оказалась совсем не той!», «Я за другого выходила замуж!». Иные могут еще какое-то время быть вооружены идеей «переделывания» другого из «плохого», неподходящего, в «хорошего», соответствующего их ожиданиям. До тех пор пока не встретятся с полным саботажем, что не удивительно, – при давлении любая личность включает максимальную мощность защит своей идентичности.
Влюбленный «пограничник» будет «слеп» в отношении своей «половины». Все особенности, недостатки, сложности в характере будут отрезаться и отрицаться. Идеализируемый второй должен быть безупречен, потому что на него возложено слишком много жизненно важных ожиданий. При сближении
Тебе скоро тридцать, и я тебя уверяю, что тебе не надо искать «свой путь», ты уже на нем, и твое прошлое – это та самая дорога, по которой ты идешь, прокладывая ее через дебри жизни. На каждом отрезке своего пути ты делала лишь то, что могла, и выбирала только то, что могла выбрать на тот момент. Чего ж тебе тогда стыдиться?