Цитаты из книг автора «Ирина Млодик»

дружить, интересоваться кем-то так же сильно, как собственной персоной? Не знаю… Разве что Машка была его наваждением. Создавалось впечатление, что он всегда был на нее настроен, как сверхчувствительный радар, вынужденный ловить малейшие колебания ее настроения. Она была для него каким-то очень важным, жизнеобеспечивающим объектом,

особо не проймешь. Почему же так трудно-то с ней? Ромка вместе со своим недовольством был как будто бы тебе равен. А эта всегда немного свысока, не ясно, на каких основаниях. Я почти всегда чувствовала себя чем-то вроде челяди у этой «царицы». Мозгами все понятно: никакая она не особенная, а я ничуть не хуже, но эмоционально все равно попадаешь в какую-то яму, а может, она намеренно возводит себя на пьедестал?..

встрече. Трудно понять, почему рядом с Машкой мне всегда было настолько неуютно. Неуловимая тень презрения часто сквозила в ее взгляде.

работы, давай после шести в кофейне возле нашего издательства. Мария». Н-да, Мария, как всегда, знает, чего хочет. Никаких «Удобно ли тебе это время? Подходит ли место?». Тамто. Тогда-то. Хочешь, приходи, не хочешь – не приходи. Знает себе цену девушка. Или, может, просто наглая и невежливая?

Чем больше она старалась, тем меньше я ее замечал и цени

Она вдруг наконец осознала, что прошлое ушло навсегда. Мир переменился окончательно и бесповоротно. Былое счастье невозвратимо. Ничего нельзя вернуть, даже если очень ждать. Даже если сильно хотеть. Даже если отказаться от всего в будущем. Все равно не вернуть. Ни бесшабашной молодости, ни той любви, что придавала смысл всей ее жизни, ни семьи, что была ей дороже всего. Все это невозвратимо.

исключительность. Из-за того, что кажешься себе бессмертным, живешь так, как будто можешь успеть все. Потому можно не торопиться: заниматься всем, чем вздумается, ждать лучшего момента, откладывать все неприятное и тягостное, мечтать, грезить, надеяться.

Да, Катюха, знаешь, похоже, здесь поработал злой колдун, он украл у меня место моего детства. Тридцать лет назад здесь был наш мальчишечий рай. А теперь всего лишь умирающая убогая деревня… Лучше бы я этого не видел! – помрачневший Ромка отвернулся от окна и приобнял дочь. Та, напротив, с большим любопытством осматривала новые места. Ромкина иномарка шла рывками, даже в самом страшном сне она не могла увидеть, что ее заставят ехать по тому, что в этом странном месте называют «дорогой»!

И тогда я задавала себе вопрос: куда делась Ромкина депрессивность, столь ненавистная нам, сколь и привычная? Я терялась в догадках, всячески отгоняя от себя мысль, что депрессии теперь в его новой семье, возможно, строго-настрого запрещены. Наверняка умная женщина Мария нашла способ легко и просто (как ей, возможно, казалось) покончить с его мрачными периодами.

Он всегда был слишком эгоистичен и всегда не был способен заботиться о другом, и ты, как никто другой, отлично это знаешь. Если он когда-нибудь и вернется, то только к сильной и интересной женщине, а не к умирающей развалин