Глава 4.

Тимур

Пыль медленно оседала в лучах тусклого света, пробивающегося сквозь проломленную крышу. Тимур стоял на балке первого этажа и смотрел вверх. Его сканеры были бесполезны из-за помех от обрушения и общей магнитной бури. Оставалось только одно чувство — его дар.

Он снова потянулся сознанием в эфирное поле здания. Искать её было всё равно что пытаться поймать ветер руками. Но он был упрямым ветром. Он методично прощупывал каждый уголок, каждый темный проем.

И он снова поймал отголосок её поля. Слабый, но отчетливый след вел не к главному выходу, а к задней части здания. К пожарной лестнице.

«Хитро», — оценил он про себя её маневр.

Он не стал звать отряд или возвращаться к модулю. Это была его охота. Его резонанс. Он спрыгнул с балки на груду обломков внизу, амортизировав удар сервоприводами брони, и направился к черному ходу.

Елена

Она спрыгнула с последней перекладины пожарной лестницы на землю и побежала к руинам соседнего квартала — лабиринту из полуразрушенных панельных домов. Её легкие горели от бега и адреналина. Модуль Консорциума всё еще был на площади, но его пилоты не видели её из-за маскировочного поля и завалов.

Она знала, что это лишь отсрочка. Тимур идет за ней по следу её сознания. И он гораздо ближе, чем модуль.

Она нырнула в подъезд одного из домов и прижалась к стене в темноте. Нужно было выиграть время, чтобы восстановить силы и разорвать связь между ними. Но как? Как заглушить этот проклятый резонанс?

Внезапно она почувствовала его приближение не как звук шагов или тепло тела, а как физическое давление на свой разум. Он был уже рядом. Буквально за углом улицы.

«Он чувствует меня так же ясно, как я чувствую его», — с ужасом осознала она.

Тимур вышел из-за угла соседнего дома. Он не смотрел по сторонам. Его голова была слегка наклонена набок, словно он прислушивался к неслышимой мелодии. Он шел прямо к её подъезду.

Елена поняла: он не просто ищет её по следу. Он идет по прямой линии их ментальной связи. Как магнит к железу.

Времени на раздумья не осталось. Она сделала единственное, что пришло ей в голову: она ударила по этой связи всей своей волей, пытаясь «выкрутить» её, оборвать этот невидимый канат между ними.

Это было похоже на то, как если бы два мощных динамика включили одну и ту же ноту на максимальной громкости прямо у неё в голове. Мир взорвался болью и белым шумом.

Тимура отбросило назад на несколько шагов от ментального удара такой силы. Он упал на одно колено, схватившись за шлем. В его ушах стоял невыносимый звон, а перед глазами плыли круги от резонанса такой мощи, какой он никогда не встречал.

Когда звон утих и зрение прояснилось, он медленно поднялся на ноги и посмотрел на подъезд дома перед ним.

— Теперь я знаю твой настоящий голос... Елена, — прошептал он в пустоту эфира.

Эфирное поле между ними всё ещё гудело от эха ментального удара, словно оборванная струна, вибрирующая на ветру. Тимур медленно выпрямился, убирая руку от шлема. Боль отступила, оставив после себя лишь звенящую пустоту и абсолютную, кристальную ясность. Он больше не искал её. Он знал, где она.

Елена, зажав рот рукой, сползла по стене на холодный пол подъезда. Её трясло. То, что она только что сделала, было за гранью дозволенного. Удар такой силы мог сжечь разум обычного человека, превратив его в овощ. Но Тимур... он выдержал. И, что хуже всего, он теперь знал её имя. Он назвал его.

«Это конец», — пронеслось в голове. Теперь он не просто охотник, идущий по следу. Он — ищейка, взявшая личный след.

Глава 5.

Тимур не стал врываться в подъезд. Это было бы слишком просто и неэффективно. Он остановился в десяти метрах от входа, его массивная фигура казалась монолитом на фоне серых руин. Он поднял руку и медленно снял шлем.

Холодный воздух пустоши обжёг его лицо, но он не обратил на это внимания. Ветер трепал его короткие тёмные волосы. Он закрыл глаза и сделал то, что противоречило всей его выучке и логике «Нового Ковчега». Он открылся.

Вместо того чтобы давить и искать, он позволил своему эфирному полю стать пассивным, как приёмная антенна. И Поток принёс ему всё. Он услышал её прерывистое дыхание, стук её сердца, панический бег мыслей. Он почувствовал её страх — липкий, холодный, — но под ним, словно угли под слоем пепла, тлела несгибаемая воля Ордена.

«Ты боишься», — мысль была не приказом, а констатацией факта. Он вложил в неё не угрозу, а странное, чуждое ему самому сочувствие. — «Но ты не сдашься».

Елена внутри здания резко вскинула голову. Этот голос в её голове... он изменился. В нём больше не было холодной стали и приказа. В нём была тяжесть и... понимание? Она замерла, боясь пошевелиться и выдать себя.

«Я знаю, зачем ты идёшь на Север», — продолжил Тимур, стоя неподвижно под серым небом. Его губы не шевелились. Слова рождались прямо в эфире. — «За Сингулярностью. Вы хотите спасти эту планету. Создать новые тела... чтобы остаться».

Он открыл глаза и посмотрел прямо на стену здания, за которой она пряталась.

«Это глупо», — мысль была острой, как бритва. — «Земля умирает. Превращается в ад. Бежать — единственный разумный выход».

Елена стиснула зубы. Он пытался залезть ей в душу через их проклятую связь.

«Вы просто трусы», — ответила она мысленно, сама удивляясь своей дерзости. Она не была уверена, что он услышит, но Поток подхватил её слова и унёс к нему.

Тимур усмехнулся уголком губ. Услышал.

«Трусы выживают. Идеалисты — погибают».

Он надел шлем обратно, и момент странной, интимной связи оборвался так же резко, как и начался. Перед ней снова был безжалостный охотник.

— Выходи, — раздался его усиленный динамиками голос снаружи. — Я даю тебе слово офицера Ковчега: если ты отдашь мне кристалл добровольно, я не стану преследовать твой Орден. Вы сможете жить в своей долине и дальше играть в хранителей Потока.

Елена молчала. Она чувствовала, как его отряд начинает окружать здание. Время утекало сквозь пальцы.

— У тебя минута, — сказал Тимур.

Елена знала, что это ложь. Если она выйдет с кристаллом, он заберёт его и убьёт её. Если она выйдет без него — он выпытает из неё всё и всё равно убьёт.

Она посмотрела наверх. Лестничный пролёт вёл на крышу.

— Время вышло, — голос Тимура стал холоднее льда.

Елена вскочила на ноги и побежала вверх по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки.

Тимур услышал топот её ботинок по бетону.

— Она на крыше! — бросил он в коммуникатор своему отряду и сорвался с места.

Он не стал заходить в подъезд. Это была трата времени. Он подбежал к стене дома, активировал гравитационные захваты на перчатках и ботинках и начал взбираться по отвесной стене с лёгкостью паука, оставляя глубокие борозды в старом кирпиче.

Елена выбралась на крышу за секунду до того, как над краем парапета показалась его бронированная фигура. Она стояла на самом краю десятиэтажного здания. Внизу простирался мёртвый город.

Тимур легко спрыгнул на крышу и выпрямился во весь рост, преграждая ей путь к пожарной лестнице на другой стороне.

— Офицер Тимур, Консорциум «Новый Ковчег», — формально произнёс он, хотя в этом не было нужды. — Кристалл.

Елена тяжело дышала, глядя на него снизу вверх. Между ними было пять метров потрескавшегося рубероида и пропасть мировоззрений.

— Ты не понимаешь, что делаешь! — крикнула она ему в лицо. — Вы бежите от проблемы вместо того, чтобы решить её! Мы можем стать чем-то большим!

— Большим? — Тимур сделал шаг вперёд. — Мутантами? Призраками из уплотнённого эфира? Это не жизнь.

Он сделал ещё шаг.

— Последний шанс.

Елена поняла: он не отступит. И она тоже.

Вместо ответа она развернулась к краю крыши.

— Остановись! — рявкнул Тимур, бросаясь к ней.

Но было поздно. Елена сделала последний шаг в пустоту и рухнула вниз спиной вперёд.

Тимур был у края через долю секунды. Он ожидал увидеть на асфальте разбитое тело. Но увидел лишь падающую фигурку, которая за метр до земли резко замедлилась и плавно опустилась на потрескавшийся тротуар, словно лист на ветру.

Она использовала Поток для мягкого приземления — базовая техника Ордена, но применить её в такой ситуации требовало стальных нервов и идеальной концентрации.

Тимур выругался сквозь зубы — длинно и витиевато, используя лексикон космодесанта. Она снова сбежала! И снова выставила его дураком!

Он активировал прыжковые двигатели и спикировал вниз следом за ней с высоты десяти этажей, приземлившись с тяжёлым ударом, от которого во все стороны побежали трещины.

Елена уже бежала прочь по улице, петляя между ржавыми остовами машин.

Тимур выпрямился и бросился в погоню.

Охота продолжалась.