Сюрприз

За окном раздалось легкое жужжание. Кощей выглянул в окно. Тень промелькнула возле большого, двухэтажного гаража.

– Прилетела, – с облегчением подумал Кощей. За два года совместной жизни он привязался к Яге. Иногда казалось, что в его железной груди бьется настоящее, человеческое сердце.

Когда Яга возвращалась, просторный дом на Рублевке оживал. Словно веки распахивались на встречу свету тяжелые шторы. Радостно тявкал Волк, маленький белый чихуахуа с оттопыренными ушами. Деловито гудела косилка. Яга любила аккуратно стриженный газон.

Правда, Кощея раздражала череда превращений жены: то в старуху, то в стройную, длинноногую красавицу.

– Ты уж остановись на чем-то одном, – жалобно просил он.

– На чем именно? – лукаво спрашивала Яга.

– Мне больше нравится, когда ты молодая, – сконфуженно признавался Кощей.

– Вот старый хрыч, – думала про себя Яга:

– Сам в три раза старше, а всё на молоденьких тянет…

Но вслух говорила:

– Дорогой, мне как-никак пятьсот. Все время молодой тяжко. Иногда нужно расслабиться. Женился бы на кикиморе. С болота. Она на двести лет младше…

– Хрен редьки не слаще, – размышлял Кощей. Ему давно подмигивала соседка. Из дома напротив. Пятидесятилетняя вдова банкира. С большой бородавкой на носу.

– Второй раз овдоветь собралась, – ухмылялся Кощей. Было приятно, что в свои тысяча семьсот лет он ещё нравился женщинам.

– Расслабляйся, когда меня дома нет. А то, как увижу согнутую спину и нос крючком, себя старым чувствую, – жаловался Кощей.

– Экий привереда, – смеялась жена и снова превращалась в красавицу. В белом платье в крупный синий горошек. С золотисто каштановыми волосами и добрыми карими глазами.

В комнату словно легкий ветерок вошла Яга. Кощей улыбнулся натянутой, виноватой улыбкой.

– Привет, как дела, пупсик? – беззаботно спросила девушка в белом. После переезда из волшебного леса Кощей часто впадал в депрессию, и Яга к этому привыкла.

– Американцы на Коста-Рику приглашают. Конференция с инвесторами. Солнце, пальмы, всё такое… Тьфу, – Кощей с омерзением плюнул на дорогой паркетный пол.

Из-под старинного дубового шкафа выкатился робот-пылесос. Быстро убрал плевок, старательно натер мягкой тряпочкой паркет. Укатился обратно.

Яга брезгливо поморщилась. Жизнь в лесу не способствовала изысканности нравов. Она надеялась, на новом месте, в приличном окружении Кощей изменится. Но муж с трудом расставался со старыми привычками.

– Вот так сюрприз! – ответила Яга:

– В море покупаемся!

– Ага, – саркастически протянул Кощей:

– Ржавчину ты отскребать будешь?

– Боишься воды, на солнышке погреешься, – не сдавалась Яга.

– Так-то оно так, – нехотя согласился Кощей. Он видел, что жена хочет развеяться, но смутное, мрачное предчувствие не отпускало.

– Ловушка это. Обманут гады, – одна за другой появлялись тревожные мысли.

– Все, едем, – решительно заявила Яга:

– Пора отрывать железную задницу от насиженного места. Развеешься. На людей посмотришь. А то сидишь как сыч в четырех стенах. За компьютером…

– Экая ты скорая, – пробурчал Кощей:

– Узнают, что железяка, на запчасти разберут. С них станется. И все. Прости-прощай Одесса-мама…

– Не сцы, – успокоила Яга:

– Что-нибудь придумаем, кажется у меня есть план.

Босс

Жаркое солнце в бессильной ярости сражалось с опущенными жалюзи. Почти бесшумно работал кондиционер. В просторной комнате было прохладно.

– Неважно выглядите, Вильямс, – раздался из полутьмы слабый старческий голосок.

– У меня скоро отвалится печень, босс, – ответил парень в белой рубашке с короткими рукавами.

Джеффри Санторо, невысокий лысый коротышка, был явно недоволен. Время конференции близилось к концу, а результата не было. Кощеев отказался от предложения возглавить учрежденный в Нью-Йорке инвестиционный консорциум.

Видишь ли, Манхэттен не нравится. Предпочитает дистанционную работу. Не понимает, есть вещи, которые не передаются дистанционно. Только глаза в глаза. Вполголоса. Без свидетелей.

Управлять деньгами клана Риччи из Москвы! Такой бред мог придти в голову только русскому. Ну что же, не хочет работать на мафию, пусть по крайней мере расскажет, как заработать кучу бабла.

– Что Вам удалось узнать? – сердито пробурчал Санторо. Его маленькие сердитые глазки не предвещали ничего хорошего.

– Ничего, босс. Кощеев пьет за троих и не пьянеет.

– Так я и думал, – коротышка встал из-за стола. Подошел к сейфу. Достал небольшую картонную коробку. Цвета выгоревшего хаки. На коробке черными буквами было написано «CA».

– Это яд, босс? – заволновался Вильямс. Сколько раз он проклинал себя, что связался с этой сомнительной публикой. Но у этих уродов были деньги, цена которым оказалась слишком высока.

– Не волнуйтесь, Пол. Никто из Вас не собирается делать киллера. Для этого имеются специально обученные люди. Это «сыворотка правды». Разработка Центрального Управления. Нужно вколоть это Кощееву. И задать потом несколько вопросов.

– Я не смогу. У меня не получится, – лицо Пола Вильямса стало бледным как мел.

– Вы хотите сказать, что готовы убить Кощеева? – голос Санторо прозвучал неожиданно громко.

– Нет-нет. Я этого не говорил, – запинаясь ответил Вильямс:

– Я все сделаю, босс.

– Так-то лучше, – из полутьмы почти прошептал слабый старческий голос.

Опасная тварь

Волны лениво шлепали разомлевший песчаный пляж. Белая пена пыталась дотянуться до сочной зелени Никои. На полуострове было достаточно места и для любителей комфорта, и для приверженцев тихого, уединенного отдыха.

Конференция проходила в фешенебельном отеле с труднопроизносимым испанским названием. Яга и Кощей поселились неподалеку. В двухэтажном белом домике, с большой террасой наверху. Им нравилось сидеть вечерами в шезлонге, любоваться на отражение солнца в морской воде.

– Хорошо, что избавился от зануды Вильямса, – улыбнулась Яга:

– Постоянно рассказывает о местных ужасах. Послушаешь, можно подумать, попали в ад. Он псих. Как такого назначили помощником администратора?

– Парень здесь долго жил. В детстве. Его покойный папаша – беглый мафиози. Из Нью-Йорка. Вильямс хорошо знает особенности жизни в тропиках. Но, похоже, он арахнофоб, – задумчиво произнес Кощей.

– Что это? – заинтересовалась Яга.

– Пауков боится.

– А по-моему, они милашки, – возразила Яга, разглядывая свою татуировку.

– Смотря какие, – ответил Кащей:

– Можно встретить кочующего паука. Опасная тварь. Укус почти безболезненный. Яд распространяется по лимфатической системе. Быстро и эффективно: восемьдесят пять процентов летальных случаев.

– Какой ты умный, – с восхищением прошептала Яга:

– Откуда ты всё это знаешь?

– Сегодня в кафе меня укусил, – признался Кощей:

– На Вильямсе лица не было. Перепугался. Не знает бедняга, что я железный.

– Ну железный ты всего на семьдесят процентов, – забеспокоилась Яга:

– Ну-ка, покажи.

– Да вроде тут, – с досадой ответил Кощей. Он не любил, когда устраивают панику.

Яга склонилась. Внимательно рассмотрела укушенное место. Встала, пошла в комнату. Вернулась с небольшой, коричневой косметичкой. Достала маленькие, блестящие щипчики.

– А про железных пауков Вильямс ничего не рассказывал? – сердито спросила она.

– В каком смысле железных? – удивился Кощей.

– В прямом. Смотри, что у тебя было, – на ладони Яги блеснул кусочек иглы.

– И смерть его в игле… Хорошо, что за бубенцы не укусил. Тогда совсем как в сказке бы получилось,– с нарочитой задумчивостью произнес Кощей.

– Глупая шутка. Сваливать надо отсюда, – Яга хлопнула в ладоши. Появилась ступа и аэрометла.

– Никуда я сейчас не полечу, – рассердился Кощей:

– У нас билет на самолет. Конференция через два дня заканчивается. Приедем в Сан-Хосе, сядем в аэроплан, полетим. Как белые люди! Быстрее получится, чем в ступе через Атлантику пиликать.

– Тише едешь, дальше будешь, – задумчиво произнесла Яга:

– Ты меня любишь?

Кощей не любил этот вопрос. Жена так говорила, когда хотела сделать по-своему.

– Ты сомневаешься? – удивился Кощей.

– Полетим, а? – стала канючить Яга. Ступа радостно скрипнула. Ей нравились дальние перелеты…

– Просьба будет удовлетворена на пятьдесят процентов, – пошутил Кощей.

– Это как? – растеряно спросила ведьма.

– Ты полетишь прямо сейчас. Я через два дня. На самолете.

Яга заплакала. Всхлипывая, пошла собирать чемодан. Она знала, мужа не переубедишь. Железный человек – железный характер.

Кощей подошел сзади. Обнял за плечи:

– Рано хоронишь. Забыла, что я бессмертный?

Яга вытерла слезы. Покачала головой. Робко улыбнулась:

– Можешь выполнить просьбу?

– Какую?

– Оставишь вещи в номере. Возьмешь документы и билет. Поедешь на два дня в Ла-Фортуна.

– Удачу искать? – усмехнулся Кощей. Ему не нравился план. Врага нужно встречать лицом к лицу, а не петлять как заяц.

– Сделай ради меня, – Яга снова собралась заплакать. Кощей почувствовал, что нужно уступить. Не согласишься – Яга останется здесь, пропадет…

– Хорошо, – неожиданно согласился Кощей.

– Молодец, – похвалила Яга:

– На вулкан посмотришь, на лошадках покатаешься. Помнишь. как в волшебном лесу? На вороном? Потом сразу – в аэропорт. Договорились?

Кощей вздохнул. Что не сделаешь ради любимой? Яга чмокнула мужа в щеку и потащила в ступу тяжелый чемодан.

Прерванный полет

Привычно насвистывал ветер. Внизу распластались белые клочья облаков. Ступа мчалась над океаном. Вы летали когда-нибудь в ступе? Нет? Вам не понять бескрайнее чувство свободы и счастья. Кажется, сила Вселенной собралась в одной точке, и эта точка ты! Все подвластно: и бесконечность неба над головой, и белоснежные гряды облаков, и таинственная мрачная синь океана.

Ягу не радовал полет. Тревожное, жгучее чувство беды сдавливало сердце.

– Все, – решила Яга:

– Хватит. Возвращаюсь.

Ступа развернулась. Полетела обратно. К беспокойному и теплому морю. Зеленым, жарким берегам Америки.

На небе зажглись незнакомые южные звезды. Ступа летела вперед. И только вперед.

Наступило утро. Небо стало нежно розовым. Вдали показались знакомые очертания полуострова Никоя. Мотор сердито зачихал. Ступа стала снижаться к утопающему в неге покоя и безделья уголку тропического рая.

В дверь белоснежного двухэтажного дома тихонько постучали. Открыл дядя Хосе. Приветливый седой старик, с коричневым от загара лицом:

– Синьора Кощеев! Как хорошо, что Вы вернулись.

Яга улыбнулась. Сунула в карман зеленую бумажку. Хосе расплылся в улыбке:

– Мучас грасиас, синьора. Мучас грасиас. Ваш супруг забыл вещи. Я уже начал беспокоиться. Все собрал в чемодан. Сейчас принесу. Старик суетливо засеменил к серой деревянной лестнице. Прошло немного времени. Покрасневший от натуги Хосе притащил большой чемодан.

– Вот синьора, все здесь. Ничего не пропало. Старик с торжествующим видом передал девушке драгоценную ношу.

– Можно катить. Так легче. У него колесики, – улыбнулась Яга.

– Что Вы, синьора. Нельзя. Гости ещё спят, – коричневое лицо Хосе побледнело, а глазки забегали как испуганные мыши.

– Спасибо, Хосе. Яга достала ещё одну зеленую бумажку и протянула старику.

– Вы очень, очень добры, синьора. Старик с неожиданным проворством спрятал деньги в карман.

– Ах, совсем забыла… – Яга ласково посмотрела на Хосе. Так смотрит мать на ребенка в день рождения:

– К нам никто не приезжал?

– Приезжал очень важный синьор. Спрашивал Вашего супруга. На очень дорогой машине, – зашептал, пугливо озираясь, старик:

– С ним ещё были два помощника. Здоровяки в черных костюмах. Бандидос!

– Странно, – задумчиво улыбнулась Яга:

– Что-то не припомню… А как выглядел этот господин?

– Пожилой, маленького роста, лысый. На руке татуировка. Как у Вас – черный паук. Что это значит?

– Символ удачи, – соврала Яга.

– Я так и подумал, – пробормотал старик:

– У синьоры будет много удачи и много денег, как у этого господина. Вот, это вам, – Хосе протянул смятую бумажку:

– Тут по-русски написано. Лежала на столе. Я её спрятал, бандидос её не нашли.

Яга бережно расправила листок:

– Лети в Москву. Здесь опасно. Люблю вечно. Кощей.

Девушка побледнела.

– Что-то не так, синьора? – забеспокоился старик.

– Все хорошо, – уверенный, решительный голос Яги успокоил привратника.

– Где Ваша машина? – поинтересовался Хосе.

– Отпустила, – беспечно ответила Яга.

– Сейчас вызову такси. Уно сегундо, – засуетился старик.

Когда стихли его шаркающие шаги, Яга хлопнула в ладоши. Из-за кустов бесшумно выкатилась ступа, с аэрометлой внутри. Девушка легко, как пушинку, бросила чемодан в ступу. Ещё мгновение, и над зеленым полуостровом стремительно пронеслась то ли тень, то ли птица.

– Синьора! Где Вы? Машина будет через пятнадцать минут, – раздался голос Хосе. Яги нигде не было.

Старик вздохнул, достал смартфон, торопливо набрал номер.

– Какого черта!– раздался в трубке сердитый голос.

– Синьор Санторо, это я, Хосе. Синьора Кощеев приехала. Я сделал всё, как Вы сказали.

– Какого черта, ты меня разбудил, скотина! – прорычали в ответ.

– Синьор Санторо, она исчезла. Я пошел вызывать машину, а синьора исчезла.

– Идиот, – на другом конце провода прервали звонок.

Хосе вздохнул. Достал из запазухи и поцеловал крестик. На всякий случай… Не женщина, ведьма! Эх, был бы я немного моложе.

Не человек

Вулкан нахлобучил белую шапку. Пожилой индеец внимательно посмотрел на укрытую облаком вершину:

– Ареналь сердится.

Индеец вздохнул, вытер со лба выступивший пот. Снова стал бить мотыгой выгоревшую от солнца землю. Мимо промчался дорогой черный автомобиль. С тонироваными стеклами. Ещё мгновение и скрылся за поворотом.

– В Ла-Резиденсия поехал,– подумал старик. Богатые туристы любили отдыхать в этом уединенном месте.

Вскоре черный автомобиль остановился у небольшого домика на склоне вулкана. Из машины вылез толстый коротышка с побагровевшим то ли от жары, то ли от злости лицом.

– Добро пожаловать, господин Санторо. Бритоголовый верзила склонился в почтительном поклоне.

– Что тут произошло,– сердито прошипел коротышка.

– Господин Кощеев не захотел принять наши предложения. Применили силу,– выдохнул верзила и стал внимательно рассматривать землю под ногами. В семье Риччи поговаривали, что Санторо не любил, когда смотрят в глаза. Легко и пулю поймать от вспыльчивого карлика:

– Извольте взглянуть.

Санторо и его спутник прошли чуть дальше. За домиком, в тени раскидистого дерева лежало все, что осталось от Кощея. Чуть поодаль аккуратно, в линеечку лежали пять больших черных пакетов, глухо застегнутых на молнии.

– О, да тут целая битва,– удивился Санторо.

– Его работа? – коротышка кивнул на трупы в пакетах.

– Да, сэр. Пришлось использовать гранаты,– ответил бритоголовый.

– Зачем, кретин? Я приказал доставить живым!– снова рассердился коротышка.

– Но ведь он того… – запинаясь от страха, промямлил верзила:

– Он ведь не совсем живой. Он был и раньше неживой.

Санторо подошел к лежавшим на траве останкам Кощея. Присел на корточки. Посмотрел:

– Что за хрень… Это робот?

– Я в этом не разбираюсь, сэр. Но точно не человек,– прошептал бритоголовый.

– В Америке узнаем. Кощеева запаковать. Аккуратно. В ящик. Что бы ничего не потерялось,– коротышка строго посмотрел на бритоголового.

– Да, сэр. Все сделаю. Даже не сомневайтесь,– пролепетал верзила.

– Поторопитесь, у меня через четыре часа самолет,– пробурчал Санторо. Достал маленькую блестящую фляжку. Сделал глоток:

– Красивые здесь места.