Погрязши в тупых ежедневных делах и в них находя развлечение, заблудшие души в блудливых телах теряют свое назначение.
Я не стыжусь, что ярый скептик и на душе не свет, а тьма; сомненье – лучший антисептик от загнивания ума.
Каждый сам себе – глухие двери, сам себе преступник и судья, сам себе и Моцарт, и Сальери, сам себе и желудь, и свинья.
Мы делим время и наличность, мы делим водку, хлеб, ночлег, но чем отчетливее личность, тем одиноче человек. * * *
Когда врагов утешат слухом, что я закопан в тесном склепе, то кто поверит ста старухам, что я бывал великолепен?
Я люблю, когда слов бахрома золотится на мыслях тугих, а молчание – признак ума, если признаков нету других.