– Пока в Комитете занимался делами попроще, всё шло пристойно. В целом, сами знаете: сбор доказательств, бумажная возня и передача дела в суд. Но со временем, когда поднаторел, стали поручать работу с солидными «клиентами». Здесь и требования к результатам были иные – улики, свидетельские показания, порядок расследования требовались идеальные. Как бы понятно, адвокаты у людишек солидные, давать повод развалить дело не хотелось. И вот в тот самый момент, когда всё срасталось и фигуранту не отвертеться, приходила команда «стоп». И так одно, другое, пятое дело, может, за редчайшим исключением. В итоге пришло понимание, что то, чем занимаемся, – не борьба с преступностью, а хорошо отлаженный бизнес. Объект, ознакомив с делом, сажали на крючок и вынуждали делиться, в противном случае сами понимаете. Участвовать в этой уголовной вакханалии абсолютно не хотелось. К этому времени уже были знакомства в журналистской среде, возникшие по объективным причинам. Эта братия, наряду с нами, вела свои расследования. В большинстве случаев цель та же – шантаж и заработок. Но существовали, в незначительном количестве, и те, для кого принципы важнее бабок. Решил пополнить когорту. Отец был против, понимая, что добром это не кончится, но что он мог сделать. Включился в работу, удавалось раскручивать не простые финансовые аферы, материал уходил влёт. Заработки росли от статьи к статье, но вместе с этим проблемы множились как снежный ком. Давили по чёрному, запугивали, не однократно покушались, но как-то всё обходилось. Даже бывшие коллеги жёстко намекали, что пора свернуть бурную деятельность. В самом деле, кому понравится, когда кто-то орудует на твоей грядке, пропалывая самые лакомые куски? И вот однажды, в порыве азарта, забрался на уровень, куда даже Следственному Комитету без указки сверху опасно совать нос. В итоге попал в необычный оборот. Убрать могли по щелчку пальца, спасло то, что ввёл в привычку оставлять в сети уйму закладок, которые в случае чего без моей помощи выливались на просторы интернета. Отследить их все было не реально. Как устроить карусель, подсказали хакеры, с которыми сотрудничал, соответственно, за не малую плату. Но оппоненты оказались не глупей, и сделали нестандартный ход. В один, казалось бы, обычный день у сотрудников издательства, в котором работал, одновременно пропали дети школьного возраста. Через пару часов их отпустили, а меня поставили перед фактом, что если не отдам все имеющиеся наработки и не уберусь из столицы, в следующий раз родители получат трупы, и так будет продолжаться со всем окружением, пока не одумаюсь. По сути, меня превратили в токсичный элемент. Рисковать своей жизнью – одно, а брать на душу гибель ни в чём не повинных людей – совсем иное. Выхода из сложившейся ситуации не видел, и вот, как результат, сижу здесь за столом.

– Да, жёстко, – покачав головой, пробормотал Колотов.

– Так что теперь пишу детективы, хорошо хоть это кормит, да есть активы, приносящие пассивный доход, и, слава Богу, нет семьи.

– Постой, а этот… как его… Сапфиров, не из тех ли, с кем схлестнулся?

– Один из фигурантов. Теперь даже не знаю, что можно противопоставить этой публике.

Смирнов задумался, по лицу было видно, что, раскрыв душу, вновь переживает случившееся. Серёга, понимая, что нужно сменить тему, незаметно подмигнул Генке.

– Ты принял единственно верное решение, не казни себя. Да, кстати, о нашем деле. В крови Самойловой никаких препаратов не обнаружено, – как бы невзначай бросил Шматко.

– Стало быть, доведение до самоубийства, – переключаясь на текущую проблему, произнёс Виктор, – найдём, как сработано, поймём, кто.

– Частично пообщались с ближним кругом: подчинённые, коллеги, одноклассники, соседи, да просто хорошие знакомые. В то, что покончила с собой, не верит никто, и случаев, чтобы кто-то угрожал, не помнят. Перебрали меньше четверти списка, вероятность, что что-то проявится, остаётся, но слабо верится.

– Понимаю, но отработать надо по полной, – глотнув очередную стопку и подхватив кусок колбасы, – отметил Смирнов, – чтобы потом к этому не возвращаться.

– За пять дней, думаю, управимся, – капитан на минуту задумался. – Да, совсем забыл, в роду у неё самоубийц не было.

– Удалось прояснить ситуацию, куда ехала в тот вечер?

– Таки в театр, как и сказала управляющая домом, – вклинился в разговор Колотов.

– Это точно?

– Предварительно созвонилась с одним из кавалеров, известила, что выезжает, договорились встретиться у входа.

– Стало быть, одного из любовников нашли.

– Обижаешь, всех троих.

– Так речь вроде шла о двух.

– Ну, извини, что отыскали лишнего, – рассмеялся Серёга, – завтра начну с ними работать лично. А кроме того, отыскалась машина, засекли по камерам на въезде в город и отследили маршрут. В салоне сумочка, там билеты, так что всё срастается, не ясно только, почему припарковалась за два дома от своего двора, и что заставило это сделать: времени у неё было в обрез.

– По дороге куда-то заходила?

– Посетила магазин элитного алкоголя, вынесла две бутылки шампанского, так и остались в машине. Похоже, собиралась провести бурную ночь в квартире. А потом неожиданно свернула с маршрута, должна была ехать прямо, а ушла направо во дворы, туда, где нет камер.

– Может, что заметила?

– Не знаю, камера показала, что машин за ней не было. Перед перекрёстком начала экстренно тормозить и, не включая поворот, совершила манёвр, не перестроившись из среднего ряда. В этот момент ей кто-то звонил, номер не определился, и, что интересно, оператор сети ничего не может прояснить по этому поводу.

– Провернуть такое могли либо не абы какие компьютерные умельцы, либо спецслужбы.

– Витя, не нагнетай раньше времени, разберёмся. Кстати, такой же звонок был зафиксирован, когда она уже находилась в квартире.

– Думаю, в них вся разгадка. Время, когда шла от машины в квартиру, известно, маршрут тоже, можно попробовать отыскать свидетелей из жильцов домов, глядишь, кто-то видел её и заметил что-то странное.

– Всё-таки работа, хоть и бывшая, накладывает отпечаток, мыслим одинаково. Уже напрягли участкового: опрашивает местных бабушек и мамочек.

– А как ведёт себя градоначальник?

– Усилил-таки охрану, что косвенно подтверждает твою версию.

– На этот шаг могли толкнуть и другие причины, о которых пока не знаем. Вот если получится выяснить, что мэр приложил руку к смерти супруга Октябрины, мотив Сапфирова становится очевиден.

– Но дамочка однозначно замазана в деле, иначе мстить ей незачем.

– Интересно то, что убрать мужа столь экстравагантным способом без помощника она бы не смогла, а все окружавшие её мужчины, как выяснилось, живы. Получается, чего-то не понимаем или не знаем. Самое простое, если подельник не из любовников, об этом уже говорили, так что версия пока до конца не складывается. Всё надо обмозговать как следует по мере того, как всплывут новые факты.

– Да, Витя, на тумбочке в комнате отпечатков пальцев Самойловой нет. Эксперты повторно мотались в квартиру, почему не досмотрели в первый раз, непонятно.

– Не обратить на это внимание не мудрено: на ручке и записке её пальчики, почерк, как понимаю, тоже, – Колотов, соглашаясь, кивнул. – А на тумбочке могла наследить уйма народу в любое время, и притянуть чьи-то отпечатки на ней в качестве улики весьма сложно, а то, что её буквально перед этим протёрли, принимать в расчёт, ведя следствие, я бы, к примеру, не стал. Хотя это важный момент, свидетельствующий о том, что лестницу к окну выстроили либо заранее, либо кто-то был в квартире в момент совершения суицида.

– Кстати, колись, где нарыл информацию.

– На встрече выпускников.

– Вот те на, – не удержался Серёга. – Это как?

– Старый приятель, даже сидели с ним за одной партой, во время перекура поинтересовался, чем занимаюсь. Чтобы соскочить с темы, невзначай сказал, что пишу о самоубийстве известной в городе женщины, не раскрывая ничего, статья-то уже пошла в тираж. А Игорёха и выдаёт – это убийство. Поначалу подумал, что он оперирует сплетнями, народное творчество в таких случаях, как правило, находит тот или иной злой умысел. Не ожидая ничего, по привычке, потянул из него информацию, на которой проросли соответствующие выводы. Вот он и поведал о злополучной тумбочке.

– Получается, приятель был в квартире Самойловой после происшествия? – вклинился в рассказ Генка.

– Исходя из здравого смысла – да, и я так подумал.

– А что на деле? – поинтересовался Колотов, предвидя какой-то необычайный поворот.

– Сказал, что как бы да и как бы нет.

– Это как? – не унимался майор.

– Обещал прояснить после того, как проверим отсутствие отпечатков пальцев.

– А это-то зачем?

– Посыл странный, чтобы не сочли сумасшедшим.

– Надо бы мужика к нам и покрутить как следует, однозначно что-то знает, – резюмировал Шматко. – Кто таков?

– Игорь Лагуткин, полагаю, сам всё расскажет, когда вернется.

– И куда подевался?

– В командировке.