Глава 3

– Давно я тебе не рассказывал историй, – мужской баритон разносился по лесу и тут же утопал в звуках его жизни. – Я даже и не помню, когда мы с тобой так ходили по лесу, – улыбка появилась на лице мужчины, пока двое шли вдоль лесного ручья.

Вокруг раздавались песни птиц, а под ухом живо и задорно журчал ручей. Его вода перетекала по камням, под корнями деревьев и задорно напевала свою трель. Солнце светило высоко, от чего на глади воды постоянно бегали блики света.

– Думаю сейчас самое время, – мужчина опустился на колено у ручья и сполоснул лицо прохладной водой. Затем достал из кармана платок и вытерся. Когда он обернулся, то увидел, что мальчишка, который ходил за ним хвостиком, уже сидит на корне дерева и с искрами в глазах смотрит на отца. – Ха-ха, я погляжу, ты уже готов, – улыбнулся медноволосый. – Ну ладно, – лесник тоже уселся и, сняв рюкзак, посмотрел сначала на сына, а затем поверх его головы куда-то в лес.

– Это история о маленьком мальчике и прекрасном саде его мамы, – мальчик чуть нахмурился и вопросительно посмотрел на отца. – Да, сынок, это будут не обычные сказки, что я читал перед сном. Сейчас все будет немного по-другому, – мужчина заметил удивление ребенка. – Но давай вернемся к нашей истории. Однажды жили сын и мама. Были у них хороший дом и на заднем дворе ослепительный сад, в котором росли прекрасные розы разных цветов и размеров: красные, белые, синие и даже черные. Мама очень любила этот сад и проводила в нем дни напролет. Вся их деревня приходила посмотреть на этот сад, все покупали у мамы букеты. Но мальчик не понимал, чем всем приглянулся этот сад. Он был, по его мнению, обычным. Мальчишка видел его каждый день и каждый день помогал маме работать в нем. И ему это не нравилось. Он не понимал, зачем так стараться ради цветов. Да и к тому же они все были в колючках и постоянно царапались. Им было все равно, хочешь ли ты их полить, прополоть или удобрить. Они огрызались каждый раз.

Однажды днем, когда мама отпустила мальчика погулять, он пошел бродить в поле. Он ходил с задумчивым видом по тропинке между полей пшеницы и подсолнухов, все не понимая, зачем его маме розы. Но тут он нашел у дороги прекрасный одуванчик. Он присел к нему и решил погладить, как он это делал множество раз с розами, которые его кусали и царапали. Одуванчик оказался очень мягким и нежным. Он ластился под ладонью ребенка, от чего еще больше нравился малышу. Его оранжевый цвет казался волшебным и живым. Не то что у манерных роз. И тут он понял, что хочет, чтобы у них в саду появились такие прекрасные цветы.

Тогда он быстро, но аккуратно выкопал одуванчик и понес его домой. Он быстро заскочил в дом, пока его не заметила мама из сада. Малыш не хотел, чтобы его мама узнала об этом сюрпризе. Он спрятал цветок у себя в комнате на подоконнике за складками тюля.

Затем он, как всегда, пошел помогать маме в саду. И снова розы огрызались на него, кусались и не подпускали к себе. Он посмотрел на маму, но ее руки тоже были в царапинах. И вопрос снова возник у него в голове: «Зачем им такие злые цветы?»

День прошел быстро, и мальчишка перед сном снова взглянул на свое сокровище. Одуванчик уже заснул и закрылся. Тогда мальчик аккуратно погладил едва вылезший пушок и счастливо уснул.

На следующее утро он первым делом взглянул на свое оранжевое чудо. Но как сильно он удивился, когда вместо мягкого и теплого рыжего цветка увидел волшебный белый шарик. Цветок ему понравился еще больше, он точно хотел увидеть его в саду.

Он открыл окно проветрить комнату, но сильный порыв ветра сдул весь пушок с белого шарика, и тот улетел в сад. Мальчик сильно расстроился, но не сдался. После завтрака он решил снова пойти в поле и найти новый цветок.

Как ребенок и хотел, он позавтракал и пошел искать цветок в поле. Он бродил между колосьев пшеницы и стеблями подсолнухов и, наконец, увидел одуванчик. На этот раз он решил его сразу посадить в саду. Он так же аккуратно выкопал его и отправился домой.

Едва он подошел к дому, как услышал мамины крики. Забыв обо всем и выкинув растение, он побежал прямиком в сад. Там он увидел рыдающую на коленях маму. Он подбежал к ней и спросил, что случилось.

– Сюда как-то попали семена одуванчиков, и теперь посмотри, что стало, – плакала она.

Мальчик обернулся и увидел, как весь их сад покрыли рыжие одуванчики. Все розы, что когда-то росли в их саду, стали увядать и никнуть рядом с одуванчиками. Мальчик почувствовал вину за это. Ведь именно он принес этот цветок сюда. Тогда ребенок бросился к цветам и стал с корешками выдирать все одуванчики, что успели вырасти. Он освобождал розы, плененные этими солнечными цветами. Но те были так слабы, что даже шипы их стали мягкими и совсем не царапали.

Вскоре мама перестала плакать и тоже стала выдирать одуванчики, пока все розы не погибли. К позднему вечеру их работа была окончена, но розы сильно пострадали, их осталось совсем немного.

Тогда мальчик подошел к маме и рассказал, что это он виноват во всем. Он понял, что дело было совсем не в розах: мама любила этот сад, и ради ее улыбки он готов на все. Он понял, что его поступки несут последствия, и за них ему нужно отвечать. Ведь даже маленькие шалости могут сильно навредить. Даже маленький сорняк может уничтожить целый сад.

– Мальчик мой, – мама улыбнулась ему, – не грусти. Главное, что ты признал ошибку и понял урок, – сказала она. – Ты пытался исправить свою ошибку и больше так не сделаешь. Важно, что ты простил себя, – она обняла ребенка, и тот заплакал.

Мужчина отрешенно поглядывал по сторонам, пока рассказывал историю, а лес немного притих, тоже прислушавшись к его голосу. Листья шикали на всякого, кто издавал хоть какие-то звуки, птицы тихо перечирикивались, обсуждая, что произошло, и даже ручеек замедлил свой ход ради этой истории.

Затем мужчина развернулся к ребенку и взглянул ему в глаза:

– А ты простил себя? – серьезно спросил отец.

***

Мальчик резко открыл глаза и сел. Обжигающая боль на щеке вернула его из дремы, он коснулся своей щеки и понял, что она ледяная от снега.

Была темная ночь, и прошла пара часов с тех пор, как он уснул. Мальчишка взглянул наверх и понял, что, скорее всего, проснулся из-за снега, что упал с ветки дерева. Он еще раз провел рукой по мокрой щеке и попытался вспомнить, что ему приснилось. Он помнил, что там был его отец. Он ему что-то говорил, и это было очень важно. Но каждый раз, как мальчишка пытался вспомнить, мысль ускользала от него.

Окончательно сдавшись, он решил осмотреться. Вокруг все было так же спокойно, как и раньше. Костер уже почти потух и жалостливо попискивал, выпрашивая угощения, в надежде похрустеть еще немного. Сверху медленно падали снежные хлопья, но ветви деревьев бережно укрывали двоих и охраняли их сон. Рядом с человеком все так же лежала, свернувшись, олениха, словно недвижимая статуя. Только нежное тепло, исходящее от мощного тела, и мерно вздымающиеся бока говорили, что это живое существо. Рога были припорошены снегом, и небольшая горка мостилась на ее носу.

Тут снег дрогнул, и глаза животного открылись. Она глянула на ребенка, а затем тряхнула головой. Снежинки быстро разбежались, хихикая. Мальчик взглянул в эти глаза и отвел взгляд. Вина по-прежнему скреблась у него на сердце, но теперь что-то изменилось. Ее путы были не так крепки и болезненны. Он не знал как, но понял, что теперь делать, и какая-то странная решимость появилась в его взгляде.

Он поднялся, следом встала и олениха. Мальчишка быстро собрал свои пожитки и отправился было в дорогу, как услышал возмущенное фырканье. Он развернулся и увидел, что животное смотрит на него. Мальчик улыбнулся, подошел, мягко погладил олениху по носу и развернулся, чтобы уйти, но снова услышал фырканье. На этот раз мальчик повернулся с вопросом во взгляде.

Ждать пришлось недолго. Животное повело головой, а затем развернулось и пошло в сторону. Мальчик понял, в чем дело, и направился за ней следом.

Так они медленно шли друг за другом, постепенно продвигаясь глубже в лес. Ребенок не знал, куда они идут и что будут делать дальше, он просто доверился существу, ведущему его. Они все шли, луна светила, а лес не кончался. Еловые ветви пытались дотянуться до мальчишки, чтобы укутать своим махровым одеялом и дать бедному ребенку возможность подремать. Снег убаюкивающе хрустел под ногами и уговаривал его прилечь. Погода была безветренная, но веки тяжелели, снег под ногами был глубок, и идти становилось все труднее.

Путь их продолжался, а мальчика все сильнее одолевала дрема, пока он не упал на снег не в силах двигаться вперед. Снег хлынул ему на лицо и пробрался за ворот. Он вскочил, ужаленный ледяным огнем, осмотрелся, пытаясь найти своего гида, но нигде его не было, остались лишь слабо различимые следы.

Снежинки волнами ходили вокруг мальчика, затрудняли поиски и заметали следы животного. Он запаниковал, когда понял, что еще чуть-чуть – и связь с его проводником пропадет. Словно заяц, он выпрыгивал из снега, чтобы двигаться быстрее. Но ветер нарастал, и все менее заметными становились следы животного. Вьюга со смехом кружила вокруг парня, с озорством наблюдая, как тот пытается найти следы оленихи.

И вот они исчезли. Снег стеной окружал мальчишку, и он растерянно остановился.

Кругом были лишь снег, деревья и непроглядная тьма. Тогда он решился идти вперед, туда, куда еще секунду назад вели следы.

Однако поиски его были тщетны. Слезы наворачивались на глаза, но мальчик лишь шмыгал носом и не позволял себе расплакаться. Ели и сосны стали успокаивать его, и даже вьюга, что совсем недавно потешалась над ним, ослабила напор и стала напевать мелодию.

Мальчик улыбнулся и подумал, что лес старался его поддержать, сжал кулачки и отправился дальше. И тут его живот предательски заурчал. Он вздохнул, расстегнул рюкзак и достал один бутерброд из пакета.

Он медленно и тщательно пережевывал каждый кусочек, прежде чем проглотить, жевал в такт своим шагам и двигался вперед по наитию.

Метелица танцевала вокруг мальчика, и ее платье из снежинок то и дело поднималось вверх и опускалось вниз. Мальчик с радостью любовался этим представлением, и уже ничто не терзало его душу. Он шел вперед вслед за танцовщицей, а та прокладывала ему путь. Лес становился гуще, и луна уже не могла заглянуть за кроны заснеженных деревьев. Внизу становилось темнее, стройные стволы стали блекнуть, а вскоре и пропали вовсе. Стало совсем темно.

Но от этого движения танцовщицы становились лишь прекрасней. Те редкие лучики лунного света, что пробивались сквозь тьму, заставляли ее платье светиться, и теперь это представление пропиталось волшебством и магией. Но вскоре этот танец кончился, осела последняя снежинка, и все погрузилось во тьму. Даже руки мальчику было сложно рассмотреть, если не уткнуться в них носом.

Но он не боялся: ведь лес был с ним, вокруг него. Он все так же слышал песню вьюги, и шелест веток аккомпанировал ей. Снег так же хрустел под его ногами, в этом лесу он чувствовал теплое присутствие дорогого ему человека. Дух его отца еще был здесь, был с ним.

И вот в непроглядной тьме он увидел вдали просвет. Мальчишка стал пробираться к этому свету сквозь сугробы. Вьюга окончила свою песню, и ветви замерли. Только мерный хруст раздавался из-под ног. Но тишина ночного леса не пугала.

Свет, что едва пробивался сквозь плотные ветки кустарника и укрытые снегом ветви елок, стал расти и теперь уже превратился в полоску. Еще несколько минут – мальчик отодвинул ветки, что перегораживали ему путь, и в глаза ударил яркий свет.

Он вышел из зарослей, прикрыв ладонью руку. Вскоре его глаза привыкли, и он смог убрать ладошку от глаз. Он решил осмотреться.

Перед ним протекал ручей, было видно даже место, откуда он начинался и бил ключом. Но сейчас все было укрыто белой пеленой, а сам ручей покрылся льдом. Луна с мягкой улыбкой освещала все вокруг, а от ее лучей лед переливался различными цветами. Под ним шумела вода, что придавало жизни этому месту. Ветки деревьев тянулись к этой живительной влаге, а некоторые деревья даже вытащили свои корни из-под земли.