Цитаты из книг автора «Иэн Макьюэн»

С нами не считались – теперь мы себя покажем. Теперь, когда Российское государство превратилось в политическое крыло организованной преступности, новую войну в Европе уже нельзя считать немыслимой. С танковых дивизий у южной границы Литвы и перед северо-германской равниной смахнули пыль. То же зелье воспламеняет исламских маргиналов. Чаша выпита до дна, и повсеместно крик: мы были унижены, мы будем отомщены.

Она вполне могла бы попросить отца прибраться в холле, но не просит. Домашние обязанности могут перетечь в домашние права.

Денег у него меньше, чем у Труди, и гораздо меньше, чем у Клода. Он помнит наизусть тысячу стихотворений.

Нас пьянят мрачные мысли в пьесах, стихах, романах, фильмах. С какой стати верить этой картине, если человечество никогда еще не было таким богатым и здоровым и люди доживают до преклонных лет? Меньше, чем когда-либо, умирает в войнах и при родах, и столько знаний, столько истин, подаренных наукой, стало доступно всем нам. Отзывчивость, чуткое отношение к детям, животным, чужим религиям, к неизвестным, далеким иностранцам с каждым днем проявляются все заметнее. Сотни миллионов освобождены от жалкой нищеты. На Западе люди самого скромного достатка могут нежиться в кресле, слушая музыку, и мчаться по ровным шоссе вчетверо быстрее лошади, пущенной вскачь. Оспа, полиомиелит, холера, корь, высокая детская смертность, неграмотность, публичные казни, практика полицейских пыток – во многих странах всему этому не осталось места. А еще недавно эти бедствия были повсеместными. Солнечные панели, ветровые электростанции, атомная энергия и еще не изобретенные устройства освободят мир от вредных выбросов углекислого газа; трансгенные продукты избавят нас от губительного химического земледелия, а самых бедных – от голода. Общемировая миграция в города вернет громадные территории в первозданное состояние, снизит рождаемость, спасет женщин от власти невежественных деревенских патриархов. А что сказать о повседневных чудесах, благодаря которым простому рабочему позавидовал бы Цезарь Август – о безболезненной стоматологии, электрическом освещении, мгновенной связи с любимыми людьми, доступе к лучшей музыке, какая родилась на свет, к кухне разных народов? У нас невпроворот привилегий и удовольствий – и жалоб, а у кого еще нет, скоро будет так же. Что до русских, то же самое говорилось о католической Испании. Мы ожидали испанских полчищ на наших берегах. Но, как чаще всего и бывает, этого не произошло. Вопрос решили брандеры и кстати случившийся шторм, отогнавший их на север Шотландии. Нас всегда будет тревожить нынешнее положение вещей – таково уж нелегкое бремя

Богатство чаще всего не приносит продолжительного счастья.

Не успел Марк Бернер сесть, как Лесли Грив уже был на ногах. Адресуясь куда-то на метр левее Фионы, он начал с того, что тоже хочет привлечь ее внимание к определению лорда Скармана. «Право пациента принимать самостоятельное решение можно считать одним из фундаментальных прав человека, защищаемых общим правом». Таким образом, этому суду крайне нежелательно вмешиваться в решение человека, безусловно, развитого и умного, когда дело касается его лечения. Ссылки на то, что ему осталось два или три месяца до совершеннолетия, явно неубедительны. В вопросе, серьезно затрагивающем одно из основных прав человека, не годится прибегать к магии чисел. Этот пациент, неоднократно и недвусмысленно выражавший свою волю, намного, намного ближе к восемнадцати-, чем к семнадцатилетию. Грив закрыл глаза, напряг память и процитировал из восьмого раздела Закона о реформе семейного права от 1969 года. «Согласие лица, достигшего шестнадцатилетия, на любое хирургическое, терапевтическое или стоматологическое лечение, которое в отсутствие согласия было бы нарушением его прав, должно иметь силу, как если бы лицо было совершеннолетним».

Понятно, что отказ от переливания крови не отменяет лечения, сказал Бернер. Никто из лечащего персонала не сомневается в умственном развитии Адама, в его исключительном владении словом, в его любознательности и страсти к чтению. Он выиграл поэтический конкурс, устроенный серьезной национальной газетой. Он может прочесть наизусть большой отрывок из оды Горация. Он действительно редкостный ребенок. Суд выслушал консультанта, подтвердившего, что мальчик разумен и ясно выражает свои мысли. Но важнее другое: доктор подтвердил также, что Адам очень смутно представляет себе, что произойдет, если не делать переливания крови. У него только самое общее, несколько романтическое представление о смерти, которая его ожидает. Поэтому нельзя сказать, что он отвечает условиям, поставленным лордом Скарманом. Адам определенно не «вполне понимает, что ему предлагается». Медицинский персонал справедливо не хочет ему этого объяснять. Судить об этом лучше всего старшему врачу, и заключение его недвусмысленно. Адам некомпетентен, по Гиллик. Во-вторых, если бы он даже и был компе

восстания в октябре тысяча девятьсот четырнадцатого года и последователи должны избегать такого образа мыслей. Это вы внушаете Адаму, мистер Генри? Что он должен беречься влияния сатаны? – Мы стараемся избегать разногласий и ссор и держаться заодно. – Мистер Генри говорил все увереннее. Обращался он как будто к адвокату лично. – Вы, наверное, не представляете себе, что значит подчиниться высшему авторитету. Поймите: мы подчиняемся по нашей доброй воле. На лице мистера Бернера забрезжила кривоватая улыбка. Возможно – восхищения противником. – Вы только что сказали моему ученому коллеге, что в молодости вели беспорядочную жизнь. Что были «немного необузданным». Трудно представить, мистер Генри, что за несколько лет до того, в возрасте Адама, вы были достаточно сознательным человеком. – Он всю свою жизнь жил в истине. Мне такого не выпало. – А потом, я помню, вы сказали, что поняли, что жизнь драгоценна. Вы имели в виду жизнь других людей или только свою? – Всякая жизнь – дар Господа. Он ее и отберет. – Легко говорить, мистер Генри, когда это не ваша жизнь. – Труднее – когда жизнь твоего сына. – Адам пишет стихи. Вы это одобряете? – Не думаю, что это важно для его жизни. – Вы ссорились с ним из-за этого? – У нас были серьезные разговоры. – Мастурбация – грех, мистер Генри?

Генри повернулся к Фионе. – Очень немногие отклоняются от доктрины Руководящего совета. В нашем собрании я таких не знаю, и наши старейшины не имеют сомнений на этот счет. Полированная голова Бернера блестела в свете ламп. Он держался правой рукой за лацкан в почти пародийной позе грозного допрашивателя. – Эти строгие старейшины ежедневно посещали вашего сына, верно? Они весьма озабочены тем, чтобы он не передумал. У Кевина Генри впервые проявились признаки раздражения. Держась за края свидетельской кафедры, он подался к Бернеру и слегка нагнулся вперед, словно его удерживал невидимый поводок. Однако тон его был по-прежнему ровен. – Они порядочные, добрые люди. Священники других церквей ходят по больницам. Мой сын получает советы и утешение от старейшин. Если бы не так, он бы мне сказал. – Верно ли, что, если бы он согласился на переливание крови, он был бы отвергнут или, как у вас говорят, исключен из собрания? – Лишен общения. Но этого не случится. Он не передумает. – Формально он еще ребенок, мистер Генри, и на вашем попечении. Так что это вы не желаете переменить решение. Он боится стать отверженным, так ведь? Из-за того, что ослушается вас и старейшин. Единственный мир, который он знает, отвернется от него, если он предпочтет жизнь ужасной смерти. Это ли свободный выбор для молодого человека?

– Для начала проясним простой вопрос, мистер Генри. Упомянутые вами книги Библии – Бытие, Левит и Деяния святых апостолов – запрещают вам есть кровь, а в одном случае призывают воздерживаться от нее. В переводе Нового Мира книги Бытие, например, говорится: «Только не ешьте плоти с ее душой – с ее кровью». – Верно. – Но ничего о переливании крови. Мистер Генри терпеливо ответил: – Думаю, на греческом и в оригинале на иврите смысл сказанного: «принимать в тело». – Хорошо. Но это тексты железного века, переливания крови тогда не существовало. Как его можно было запретить? Кевин Генри покачал головой. В голосе его звучала жалость или снисходительное терпение. – Конечно, оно существовало в разуме Бога. Вы должны понимать, что эти книги – Его слово. Он вдохновил своих избранных пророков записать Его волю. Не имеет значения, в каком веке – в каменном, бронзовом или еще каком. – Пусть так, мистер Генри. Но многие свидетели Иеговы сомневаются в этом запрете именно из таких соображений. Они готовы принимать продукты крови или некоторые продукты крови, не отказываясь от своей веры. В таком случае, может быть, для Адама допустимо другое решение, и не могли бы вы со своей стороны убедить его принять его и спасти свою жизнь?