Цитаты из книг автора «Холли Блэк»

На мне рейтузы, и я раздумываю над тем, как бы мне поэлегантнее их снять. Само собой, ничего не приходит в голову. Запутавшись в материи и чувствуя себя дурой, осознаю, что сейчас еще не поздно остановиться. Могу схватить свои вещи и уйти. Но не делаю этого. Одним ловким движением Кардан стаскивает через голову рубашку, обнажая тело, покрытое шрамами. У меня дрожат руки. Он хватает их и покрывает пальцы благоговейными поцелуями.– Я хотел сказать тебе так много лжи, – говорит он.Вздрагиваю, сердце колотится, а его ладони скользят по моей коже, и одна опускается между бедер. Повторяя его движения, начинаю возиться с пуговицами на его бриджах. Он помогает мне снять их; хвост сначала обвивается вокруг его ноги, потом касается моей и охватывает ее кольцом, мягкий, как шепот. Протягиваю руку и глажу его плоский живот. Не позволяю себе колебаться, но моя неопытность очевидна. Я скольжу мозолистыми ладонями по его горячей коже. А у него искушенные пальцы.Чувствую, что тону в собственных ощущениях. Широко распахнутыми глазами он наблюдает за моим разгоряченным лицом, отмечает прерывистое дыхание. Стараюсь сдержаться и не издать удивленного возгласа. Этот взгляд даже интимнее, чем прикосновения рук. Ненавижу его за то, что он знает, что делает, а я – нет. Ненавижу свою беспомощность. Ненавижу себя за то, что закидываю голову, подставляя горло, прижимаюсь к нему, впиваюсь ногтями ему в спину. Сознание расщепляется, и в голове остается одна, последняя, мысль: он мне нравится больше, чем кто-либо еще, и из всех вещей, что он когда-либо делал со мной, заставить полюбить его – самая ужасная.

Качнувшись назад, мы оказываемся возле дивана. Он опускает меня на подушки, и я тяну его вниз, на себя. В его лице, как в зеркале, отражается то, что я чувствую, – изумление и легкий испуг. – Скажи снова, что говорила мне на празднике, – просит он, прижимаясь к моему телу и плавно двигаясь.– Что? – Я почти ничего не понимаю.– Что ненавидишь меня, – говорит он хриплым голосом. – Скажи, что ненавидишь меня.– Я тебя ненавижу, – легко говорю я. Повторяю опять, снова и снова. Как молитву. Как заклинание. Как заговор против того, что на самом деле чувствую. – Я тебя ненавижу. Я тебя ненавижу. Я тебя ненавижу.Он целует меня крепче.– Я тебя ненавижу, – выдыхаю ему в рот. – Ненавижу так сильно, что больше ни о чем и думать не могу.Резкий, глухой стон вырывается из его горла.Его рука скользит по моему животу, отслеживая изгибы тела. Он снова целует меня, и это как падение с утеса. Как лавина, набирающая ход с каждой секундой и сметающая все на своем пути.Никогда еще я не чувствовала ничего подобного.Кардан начинает расстегивать на мне камзол, и я стараюсь не остолбенеть, не выдать своей неопытности. Мне не хочется, чтобы он останавливался.Это похоже на наваждение. Острое удовольствие, как от бегства из дома, и возбуждение, как после удачной кражи. Напоминает то чувство, которое я испытала перед тем, как пронзить себе кинжалом ладонь, – изумление перед своей способностью к самопожертвованию.Он привстает, чтобы сбросить жилет, а я стараюсь избавиться от своего. Он смотрит на меня и моргает, как в тумане.– Это совершенно безумная мысль, – говорит он с изумлением в голосе. – Да, – соглашаюсь я, пытаясь скинуть сапоги.

считаешь, что ей понравится, если я подойду к ней вот так, если загляну ей в глаза? Все мое тело трепещет, оно охвачено каким-то болезненным желанием, и я смущена его глубиной.Он это знает. Я знаю, что он знает.– Наверное, – отвечаю я, и мой голос слегка дрожит. – Ты же обычно так делаешь.– Ну, давай же, – говорит он, а в его голосе слышится едва сдерживаемая ярость. – Если решила сыграть сводню, то по крайней мере не оставь меня без твоих советов.Он проводит окольцованными пальцами по моему лицу, очерчивает губы и скользит вниз по горлу. Я ошеломлена, у меня голова идет кругом.– Я должен трогать ее так? – спрашивает он, опуская ресницы. На его скуластое лицо ложатся тени, и оно смотрится как застывший рельеф.– Не знаю, – отвечаю я, но голос меня выдает. Он звучит неправильно, высоко и прерывисто.Потом он касается губами кожи возле моего уха и целует. Руки его скользят по моим плечам, вызывая дрожь.– А потом вот так? Вот так я должен соблазнять ее? – Я чувствую, как его губы произносят эти слова, не отрываясь от моей кожи. – Думаешь, это сработает?Чтобы удержаться и не прильнуть к нему, я вонзаю ногти себе в ладони. Все мое тело дрожит от напряжения.– Да.Рот его прижимается к моему, и мои губы раскрываются. В ужасе от того, что вот-вот случится, я закрываю глаза. Пальцы погружаются в его черные кудри. Он целует не так, словно злится. Поцелуй его нежен и страстен.Все вокруг замедляется, плавится и растекается. И мысли тоже. Я этого хотела и боялась, и теперь это происходит. Не знаю, как я могла хотеть чего-то иного.

Он направляется ко мне и останавливается так близко, что я чувствую, как от его дыхания шевелятся мои волосы. – Ты мною командуешь?– Нет. – Я изумлена и не смею смотреть ему в глаза. – Конечно же нет.Его пальцы касаются моего подбородка и поднимают голову, так что я смотрю вверх, в его черные глаза, и вижу, что они пылают гневом, как угли. – Ты только думаешь, что я должен. Что я могу. Что я в этом хорош. Ну что же, Джуд. Расскажи мне, как это делается. Значит, ты

Дергаю подбородком, стряхивая пальцы, но успеваю увидеть выражение его лица. Он смотрит, как в ту ночь, когда вынужден был отвечать на мои вопросы, когда признался, что хочет меня. Смотрит, как на исповеди. Смешавшись от стыда и гнева, краснею и отворачиваюсь.

Его теплые пальцы задерживаются на моей коже. Со мной явно что-то не так. Хочу того, что ненавижу, желаю того, кто меня презирает. Впрочем, он тоже хочет меня.

Сижу через комнату от него, но взгляд то и дело скользит к кровати и к раскинувшемуся на ней Кардану. Глаза закрыты, черные волосы разметались по моей подушке. Поначалу он все не мог улечься поудобнее, путался ногами в простынях, но в конце концов прекратил вертеться, и дыхание стало ровным. Сейчас его странная, отталкивающая красота еще заметнее – чувственный рот, слегка приоткрытые губы и ресницы, такие длинные, что касаются щек, когда он смыкает веки. Я привыкла к красоте Кардана, но сейчас он выглядит еще и уязвимым. Без причудливого наряда, ядовитых высказываний и ехидных взглядов он кажется обычным молодым человеком, и я чувствую себя неудобно, подсматривая за ним.

Наши глаза встречаются, и между нами проскакивает какая-то опасная искра. «Он тебя ненавидит», – напоминаю себе.– Поцелуй меня снова, – просит Кардан противным пьяным голосом. – Целуй, пока меня от этого не затошнит.Эти слова – как удар в живот. Он видит выражение моего лица и хохочет. Смех звучит издевательски. Не знаю, над кем из нас Кардан смеется.«Он тебя ненавидит. Даже если испытывает желание, все равно ненавидит тебя.Может, из-за этого ненавидит сильнее».Секунду спустя он закрывает глаза. Голос ослабевает до шепота, словно говорит сам с собой.– Если ты болезнь, то, полагаю, ты не можешь быть и лекарством. Король погружается в сон, но мне не до сна.

Не у каждого хватит смелости на такую жестокость.

Балекин без короны – пустое место.