умолять тебя, и пресмыкаться перед тобой ради одного ласкового слова, слетевшего с твоих губ. – Его темные глаза стали бездонными от желания. – Из-за тебя я погиб, погиб навеки. Мне кажутся невероятными и сами эти слова, и то, что они – правда. Но затем он наклоняется и вновь целует меня, и моя мысль гаснет, растворяется в тумане. Кардан наклоняется ближе, его тело бьет крупная дрожь. Я начинаю расстегивать пуговицы на его дублете. Затем он срывает через голову рубашку.– Я не издеваюсь над тобой, – шепчу я.Кардан смотрит на меня сверху вниз, и на его лице отражается тревога.– Мы так долго жили каждый в своих доспехах, ты и я. И теперь я не уверен, знает ли кто из нас, как их снять.– Это новая загадка? – спрашиваю я. – А если я разгадаю ее, ты будешь снова целовать меня?– Если это то, чего ты хочешь, – дрожащим голосом хрипит он, а затем опускается так, чтобы лечь рядом со мной.– Я сказала тебе, чего я хочу, – с вызовом говорю я. – Что ты можешь делать со мной все, что…– Нет, – прерывает он меня. – Только то, что ты хочешь.Я сажусь так, чтобы оседлать его. Глядя на Кардана сверху вниз, изучаю каждый изгиб его груди, упавшие ему на лоб густые влажные локоны, смотрю на его слегка приоткрытые губы, меховую кисточку его хвоста.– Я хочу… – начинаю я, но замолкаю, стыдясь произнести эти слова вслух. Вместо этого я целую его. Целую до тех пор, пока он не понимает, что я хотела сказать.