5. Я твой брат

ШАННОН

Когда я снова открыла глаза, первым, что ударило по чувствам, был солнечный свет, бивший в окно; он смешивался с писком мониторов и вызвал пульсацию в голове.

Тук. Тук. Тук.

Растерявшись, я поискала взглядом Джонни, но не нашла.

Его не было.

В панике я хлопнула рукой по кровати и завертела головой из стороны в сторону, пытаясь обнаружить мистера или миссис Кавана или Гибси.

– Эй… эй, все в порядке. – Крупная ладонь накрыла мою руку. – Я здесь.

– Джо? – испуганно прохрипела я, чувствуя, что мое сердце разогналось до сотни миль в час, пока я в отчаянии искала брата. – Джо?

– Тсс, расслабься, – ответил мне смутно знакомый голос. – Я прямо здесь, Шаннон.

Не обращая внимания на чужой голос, я тряхнула головой и потрогала провода в своем носу.

– Джоуи? – прохрипела я, и мой голос прозвучал едва ли громче шепота.

Выдернув провода, я глубоко вздохнула, втягивая драгоценный воздух, – это было то, чего требовал мозг. Но как только я это сделала, грудь насквозь прожгла боль, и я вскрикнула, машинально прижав руки к бокам.

К повязкам на боках?

Вздрогнув от этого прикосновения, я дернула за рубаху, надетую на меня, чтобы открыть белую повязку, наложенную на грудную клетку. Какого черта со мной случилось?

– Ох, боже, Джоуи…

– Расслабься. – Чья-то рука обхватила мой подбородок, и я крепко закрыла глаза, камнем застывая в постели, а внутри спиралью кружил страх.

– Дыши потихоньку, спокойно.

«Расслабься, это нежное прикосновение», – постепенно начала понимать я, но больше не могла быть ни в чем уверена.

Стараясь взять себя в руки и не позволить панике победить, я несколько раз медленно и коротко вдохнула, морщась, когда грудь обжигало протестующей болью. Голова болела и пульсировала так сильно, что казалось, вот-вот взорвется. Я подняла свободную руку, чтобы коснуться лба, но замерла, когда пальцы дотронулись до чего-то похожего на марлю на щеке.

И тут я вспомнила.

Отец.

Ужасом сжало сердце, пульс бешено ускорился, когда на память пришли воспоминания о том, как отец избивал меня, молотил Джоуи, бил Тайга, ударил маму…

Он где-то здесь?

Он рядом?

Я в опасности?

– Все в порядке, – продолжал голос мягко и терпеливо. – Ты в больнице, но тебе уже ничего не грозит, все хорошо. Никто тебя не обидит.

Ничего не грозит.

Мне показалось, что я смеюсь над этим пустым заверением.

Слова.

Все это просто слова.

Я неохотно открыла глаза и похолодела, не шевелясь, глядя на человека, смотревшего на меня сверху вниз.

– Эй, малышка, – заговорил он голосом знакомым и теплым, как рождественское утро. – Все прошло.

Я не ответила.

Я не могла.

Вместо этого я просто смотрела на него.

Нервно выдохнув, он отпустил мой подбородок и снова потянулся к моей руке.

Я поспешно отдернула ее, не желая, чтобы он до меня дотронулся.

Мне совершенно не нужно было, чтобы он меня трогал.

– Где Джоуи? – спросила я, когда наконец обрела голос.

Он звучал словно чужой. Он был хриплым и надтреснутым, но словам удавалось срываться с губ, так что я продолжила:

– Мне нужно поговорить с Джоуи.

Мне нужно было знать, что следует отвечать, если кто-то спросит меня о том, что произошло. Я не знала, что говорили другие.

– Он здесь?

Отбросив покрывала, прижимавшие меня к кровати, я поползла вверх по матрасу, пока спина не выпрямилась, опершись на металлическое изголовье, и снова вздохнула, содрогаясь от боли. Не обращая внимания на жжение в груди, я настороженно, испуганно оглядела ярко освещенную комнату.

– Мне действительно нужен Джоуи, пожалуйста…

– Шаннон, тебе нужно успокоиться…

– Мне нужен Джоуи, – прохрипела я, снова отшатываясь, когда он попытался до меня дотронуться.

– Но здесь я, Шаннон. – Синие глаза, так похожие на мои собственные, умоляли понять что-то, чего я понять не могла. – Я возвращаюсь домой. Насовсем.

– Мне плевать, – ответила я тоном, лишенным каких-либо чувств, сражаясь со своей тревогой. – Мне нужен мой брат.

– Я тоже твой брат, – грустно произнес он.

– Нет. – Я качнула головой, отрицая его заявление. – Ты бросил нас здесь. Ты мне не…

– Шан! – До моих ушей донесся голос Джоуи, и следом громко хлопнула дверь. – Я тебе говорил, чтобы ты держался подальше от нее, черт побери! – Ворвавшись в палату, словно какой-нибудь спутник НАСА, Джоуи отпихнул Даррена и сел на край кровати. – Она только очнулась, урод! – добавил он и дрожащими руками стал хлопотливо поправлять простыни, прикрывая мои голые ноги. – И последнее, что ей нужно, так это еще одна долбаная драма.

– Джо… – Мои руки сами метнулись к его рукам, успокаивая дрожь. – Что вообще происходит?

В тот момент, когда мой взгляд остановился на его лице, я нервно всхлипнула. Кожа у него под глазами была черной и синей, нос явно был в очередной раз сломан, а нижняя губа треснула и распухла.

– Ох, Джо…

Потянувшись к нему, я отвела волосы с его лица и открыла два налитых кровью глаза со зрачками такими огромными, что зеленая радужка почти исчезла. Я перепугалась. Я знала, что означали такие налитые кровью глаза и синяки под ними, и это не было связано с отцовскими побоями. Это значило кое-что похуже, с чем, я надеялась, он справился в прошлом году.

– Скажи, что ты не…

– Не беспокойся насчет этого, – ворчливо поспешил ответить Джоуи, отводя мою руку и укладывая ее мне на колено. – Я в порядке.

Нет, он не был в порядке.

Он был под кайфом.

– Я в порядке, Шаннон! – повторил Джоуи, и его взгляд дал мне понять, что лучше умолкнуть.

Сцепив руки, я замолчала, проглотив миллион невысказанных слов, чтобы выпустить наружу другие, бившиеся внутри.

– Что происходит?

– С тобой все хорошо, – ответил Джоуи, теперь полный внимания ко мне. – Ты пару суток то приходила в себя, то вырубалась. Доктора дали тебе что-то такое, чтобы они смогли установить… – Он замолчал и взмахнул руками, содрогнувшись с головы до ног. – Это… – Он запустил пальцы в волосы, потряс головой, потом щелкнул пальцами. – Черт, не могу вспомнить слова.

– Тебя привезли в больницу вечером в субботу, – пояснил Даррен куда более сдержанным тоном. – А сегодня вторник, Шаннон. Ты была без сознания несколько дней.

– Да, ее я привез, – огрызнулся Джоуи, и его плечи напряглись. – Ее привез сюда я. А вот где был ты, золотой мальчик?

– У тебя было сильное сотрясение и травматический пневмоторакс, – продолжил объяснение Даррен, не обращая внимания на Джоуи. – Ты была сильно изранена, когда попала сюда. Тебе наложили несколько швов на разорванную щеку, и у тебя был ушиб нескольких ребер.

– Ушиб ребер! – насмешливо воскликнул Джоуи. – Открой глаза, Даррен! Да у нее везде ушибы!

– Да что за херь с тобой, Джоуи? – резко спросил Даррен, щурясь на Джоуи. – Ты под кайфом? Так? Ты что-то принял?

– Да, я что-то принял! – огрызнулся Джоуи, обращая гнев на Даррена. – Я принял до хера побоев! Вот что я принял, мудила!

– Джо, успокойся. – Встревожившись, я коснулась руки Джоуи и посмотрела на Даррена. – А что такое травматический пневмоторакс?

– Это значит, что урод так сильно тебя пнул, что у тебя легкое схлопнулось, – пояснил Джоуи, трясясь от злости. – Это значит, что им тут пришлось утыкать все твое тело трубками, чтобы помочь тебе дышать.

– Ох, боже… – Ужаснувшись, я посмотрела на свое тело и жалобно спросила: – Но со мной все нормально? – Я положила дрожащую руку на повязку. – Или все плохо?

– Повреждение не слишком серьезное, – поспешил успокоить меня Даррен. – Тебе не понадобилась операция… они смогли уменьшить давление и помогли тебе дышать, просто вставив маленькую трубочку в…

– Не слишком серьезное? – резко выкрикнул Джоуи. – Да ты издеваешься, чтоб тебя?

– Джоуи, – рыкнул Даррен. – Успокойся!

– Там теперь дырка? – Я задохнулась, заглянув под рубашку. – И трубка еще там?

– Нет, Шаннон, – мягко произнес Даррен. – Ее убрали вчера утром. Твою грудь проверили на рентгене и на компьютерной томографии. Все выглядит отлично, ясно?

Я кивнула, онемев.

– Но болеть будет еще пару недель, – поморщился Даррен. – И тебе прописали курс антибиотиков, чтобы предотвратить инфекцию. – Покачав головой, он уточнил: – Медсестры все расскажут лучше, чем я.

– Вот как? – съязвил Джоуи. – А я-то думал, ты во всем разбираешься!

– Что бы тебе ни прописали от боли, это уже слишком, – сердито сказал Дарен, пристально глядя на Джоуи. – Тебе уже хватит.

Джоуи засмеялся:

– Парацетамол?

– Ты никого не одурачишь, – ровным тоном произнес Даррен.

– Почему ты здесь? – прохрипела я, чувствуя, как внутри снова растет паника.

– Я здесь, чтобы помочь, Шаннон, – ответил Даррен. – Я здесь, чтобы позаботиться о вас – обо всех вас. – Он покосился на Джоуи и вздохнул. – Даже о тебе.

– Не надо мне твоих одолжений, – зло бросил Джоуи.

– Но почему? – Сжав вместе руки, я медленно вздохнула. – Откуда ты узнал обо всем?

– Ему позвонила мама, – вместо Даррена ответил мне Джоуи, в очередной раз бросая на брата угрожающий взгляд. – Судя по всему, у этой суки всегда был номер ублюдка. – Тон Джоуи был полон мстительного сарказма. – Они нам врали, Шан. Представляешь?

Даррен болезненно застонал.

– Послушай, Джоуи, не надо так! – Сдвинув брови, он добавил: – Ты же говоришь о нашей матери…

– О нашей матери? – Джоуи невесело засмеялся, беспокойно подергивая ногами. – А у нас она есть? Черт, я-то всегда думал, что матери – это такие мистические существа вроде единорогов, потому что я-то в жизни никого похожего не видел!

– И ты все время был на связи с мамой? – пробормотала я, чувствуя, как кружится голова. – Все эти пять с половиной лет?

– Да уж наверное! – встрял Джоуи, прежде чем Даррен успел ответить. – Совсем никак не мог взять телефон и узнать, как мы, зато был на связи с дражайшей матушкой!

Даррен покачал головой:

– Ты бы поостыл, Джо. Тебе все это не на пользу.

– А ты не лез бы снова в нашу жизнь и не думал, что можешь тут распоряжаться, – возразил Джоуи, весь дрожа; я понимала, что он с трудом сдерживает ярость. – Ничего не выйдет. До тебя не доходит, Даррен: ты не можешь то возвращаться, то снова исчезать!

Распоряжаться?

– Чем распоряжаться?

– Наш дражайший братец решил, что теперь он главный. – Вскочив на ноги, Джоуи принялся расхаживать по маленькой палате, как зверь в клетке. – Думает, он может просто выйти за дверь, исчезнуть на полдесятка лет, а потом явиться на роскошной машине, с толстым бумажником и установить свои правила.

Даррен сердито посмотрел на брата:

– Это несправедливо, Джоуи.

– А чего ты ожидал, Даррен? – возразил Джоуи. – Вечеринку «Добро пожаловать домой»? С воздушными шариками и пирожными? Заявился в город и думаешь, мы все упадем к твоим ногам, потому что ты спасаешь нас? – Он тряхнул головой и презрительно усмехнулся. – Ты забыл о нас. Ты слинял, на хер. Ты бросил нас с ними. И что касается меня, я предпочту, чтобы ты и дальше не появлялся. Я сам разберусь.

– С говном ты разберешься, – рявкнул Даррен. – Посмотри на нее!

– Посмотри на себя! – бешено заорал Джоуи. И добавил, хлопнув в ладоши: – Отличный, блин, костюмчик, Даррен! Прекрасно выглядишь! Стрижка отличная, весь такой упитанный. Повезло тебе! – Сверкая глазами, он показал на себя и на меня. – Поздравляем с успехом, большой брат!

– Мне было всего восемнадцать, – прошептал Даррен, проводя ладонью по темным волосам. – Я не выдержал…

– Ну, мне тоже восемнадцать, мудила! – без малейшего сочувствия произнес Джоуи. – И знаешь что? Я как-то взял и справился. Я здесь остался!

– Значит, ты сильнее меня.

– Я не сильнее тебя. – Джоуи задохнулся, у него сорвался голос. – Просто случайно у меня нашлась совесть.

– Перестаньте! – попросила я, сжимая голову ладонями. – Пожалуйста, перестаньте ссориться! Мне этого не выдержать.

– Прости… – Даррен пригладил волосы, явно разгневанный. – Ты можешь ради нее слегка смягчиться, Джоуи? Нам нужно все ей объяснить, а если мы будем ругаться, ей это не поможет.

Джоуи стиснул зубы и показал Даррену средний палец, но все же сумел удержать при себе свое мнение.

– Папа сбежал, Шаннон, – ровным тоном пояснил Даррен.

Во мне вдруг зародилось некое чувство, подозрительно похожее на надежду.

– Да?

– Он не сбежал, – вставил Джоуи. – Он прячется. Большая разница.

Надежда исчезла.

– Можешь ты прекратить? – проворчал Даррен.

– А можешь ты не обнадеживать ее почем зря? – с жаром возразил Джоуи. – Ей это ничем не поможет в будущем.

– Но теперь, – быстро заговорил Даррен, предостерегающе глядя в сторону Джоуи, – его найдет полиция и он за все заплатит, ребята. Я уверен.

– Уверен, конечно, – фыркнул Джоуи. – Святой Даррен спешит на помощь! – Повертев головой, он забарабанил пальцами по постели, явно разочарованный. – В этой стране правосудие – сплошная насмешка, и мы все это знаем. Даже если его поймают, он получит условный срок, немножко порицания, бутылку виски, да еще и пособие от широкой души за все его муки, а если ты веришь в другое, ты врешь самому себе.

– Я вчера ходил в суд вместе с мамой, – заговорил Даррен, не обращая внимания на тираду Джоуи. – Мы подали прошение о запретительном ордере на него. Слушание состоится через три недели, и он должен присутствовать, а пока нам дали временный ордер. Ему запрещено подходить к дому и встречаться с любым из вас.

– Его, блин, должны были обвинить в попытке убийства! – рявкнул Джоуи.

– Согласен, – кивнул Даррен. – И мне тоже хочется, чтобы он исчез, Джо. Я его ненавижу так же, как ты.

– Сомневаюсь, – оскалился Джоуи. – Очень, блин, сомневаюсь.

Даррен тяжело вздохнул:

– Ты этого хочешь, Джо? Поспорить, чья ненависть сильнее? Или ты хочешь, чтобы эта семья вернулась к нормальной жизни?

– Нет никакой семьи, – пылко возразил Джоуи. – Вот что ты упускаешь.

– Мы все равно семья, – тихо ответил Даррен. – И мы станем сильнее, если все объединимся.

– С ней, – подавленно выговорил Джоуи, очевидно страдая. – Заканчивай то, что начал, – потребовал он. – Мы станем сильнее с ней. – Джоуи покачал головой и горестно засмеялся. – Ну и дерьмовая шуточка!

– А где она? – нервно спросила я.

– Дома, с бабушкой и вашими братьями.

У меня упало сердце.

– Почему?

– Почему? – Даррен нахмурился. – Что значит – почему?

– Я спрашиваю, почему она до сих пор здесь? – выдохнула я, тиская простыню под собой.

– Наконец-то! – воскликнул Джоуи, вздымая руки к небу. – Наконец-то до кого-то дошло!

– Она такая же жертва, как любой из вас, – медленно произнес Даррен. – Я знаю, вы, ребята, сейчас так не думаете, и я вполне вас понимаю, но вы должны учесть, что и она прошла…

– Дерьмо собачье! – заорал Джоуи. – Чертово собачье дерьмо, Даррен! Она не жертва! Она подстрекательница! Она позволяла ему делать все это! – Он ткнул пальцем в мою сторону. – Она так же отвечает за то, что случилось с Шаннон, как и он!

– Джоуи, прекрати!

– Нет. – Джоуи встряхнул головой. – Может, она и была жертвой, когда он впервые поднял на нее руку. Черт, может, в первые десять раз. Допускаю. Она была молодой и глупой. Но двадцать четыре года? – Он снова тряхнул головой. – Нет, все это она с нами сделала, Даррен. Она приложила к этому руку.

– А ты когда-нибудь думал о том, почему нас так много? Почему она продолжала рожать детей от этого человека? Почему она не ушла? – огрызнулся Даррен, зло глядя на нас обоих. – Или почему она вообще такая? Вам никогда не приходило в голову, что, может, она оставалась из-за страха, что он осуществит свои угрозы? Мы все это слышали – «Если уйдешь, убью и тебя, и твоих детей!» – он постоянно это твердил… с тех пор, как ей было пятнадцать лет! Бога ради, да этот человек двадцать лет ломал ее и обещал убить, если она уйдет! Вам не кажется, что это могло повлиять на ее сознание? Вы вообще представляете, что она могла оставаться против воли? И рожать детей, не желая того? Ее насиловали, и били, и психологически над ней издевались, пока она не потеряла связь с реальностью! Ей было пятнадцать, когда она родила меня, и четырнадцать, когда она забеременела! – добавил он. – Задумайтесь об этом хоть на минутку. Подумайте о том, как она была напугана, когда ее просто толкнули жить с этим чудовищем. У нее не было матери или отца, которые подсказали бы, что делать. Все, что у нее было в гребаном мире, – это он. Она была ребенком, рожавшим детей, и это ее сломало!

– Не желаю это слушать, – рыкнул Джоуи. – Не желаю больше слышать никаких оправданий.

– А кто-то из вас когда-нибудь думал о том, почему она добровольно отдала нас под опеку? – не уступал Даррен; его тон стал суровым. – Ну, думали?

– Она болела, – фыркнул Джоуи.

– Она не болела! Она пыталась уберечь нас от него. Она пыталась спасти нас от того, от чего не могла спастись сама.

– Тогда почему она не оставила нас там? – прогремел Джоуи. – Может, мы бы тогда получили чертов шанс!

– Ты знаешь почему, – закричал в ответ Даррен, уже весь дрожа. – Ты знаешь! – Он несколько раз вдохнул, стараясь взять себя в руки, прежде чем продолжить: – Она боялась, что с вами что-то случится… она боялась и носила тогда Тайга…

– Значит, из-за того, что тебя изнасиловали, нас вернули домой для пыток? – резко спросил Джоуи. – Так получается? Два минуса дают плюс? Это какая-то извращенная логика, если меня спросить.

– Джоуи! – простонала я. – Не надо!

– Мне очень жаль, что с ним такое случилось. Мне так чертовски жаль, что такое случилось с тобой, Даррен, мне действительно жаль! Но наказали за это меня. – Он махнул рукой между нами. – Нас всех.

– Все в порядке, Джо, – попыталась успокоить его я. – Не расстраивайся так.

– Ничего не в порядке! – задохнулся Джоуи. – Господи, да я должен был забрать вас всех из этого дома много лет назад! Я должен был действовать! Я же знал, что такое может случиться… – У Джоуи сорвался голос, и он судорожно вздохнул. – Но они же меня пугали… заставляли сомневаться в себе! – Он бешено уставился на Даррена. – Ты меня держал в страхе, твердил, что жить с ним лучше, чем где-то еще. – Он смахнул слезы с глаз. – В той семье я провел лучшие полгода в жизни! И она тоже… – Он показал на меня. – Мы были там счастливы. Мы были в безопасности! Но вы с мамой убедили меня, что там нам что-то грозит, что лучше быть дома. – Хлопнув себя ладонью по лбу, он прошипел: – Мне было шесть лет, и ты так заморочил мне голову, что я теперь не верю ничему. Я даже не могу доверять собственным долбаным инстинктам!

– Я боялся за тебя, – с трудом выговорил Даррен. – Я думал, что поступаю правильно. Я старался тебя уберечь…

– Держа в страхе! Ты заставил меня поверить тебе, а потом сбежал! – ревел Джоуи, дрожа с головы до ног. – Ты заставил меня довериться тебе! Мне было двенадцать, а ты просто вышел за дверь и свалил все на мои плечи! А потом я держал в страхе младших! Втирал то же самое дерьмо, что и ты мне, пичкал теми же страхами и паранойей, потому что не знал ничего другого. И посмотри на нас теперь!

– Я сожалею, что бросил вас, Джо. – Даррен опустил голову. – Но я должен был уйти…

– Ну да, а я сожалею, что верил тебе! – зашипел Джоуи. – Но я не повторю ту же самую ошибку!

Наступило долгое молчание, а потом Даррен заговорил снова.

– Послушай, – мрачно произнес он, – у меня нет для вас ответов на все, ребята, но я знаю, что не могу повернуться спиной к нашей матери.

– А я могу, – коротко ответил Джоуи. – Легко.