Цитаты из книг автора «Харпер Ли»

Нельзя по-настоящему понять человека, пока не станешь на его точку зрения… – Это как? – Надо влезть в его шкуру и походить в ней.

не обязательно выставлять напоказ все, что знаешь. Женщине это не к лицу.

– Я бы предпочел, чтобы ты стрелял на огороде по жестянкам, но знаю, ты начнешь бить птиц. Если сумеешь попасть в сойку, стреляй их сколько угодно, но помни: убить пересмешника большой грех. Я впервые слышала, чтоб Аттикус про что-нибудь сказал – грех, и спросила мисс Моди, почему грех. – Твой отец прав, – сказала мисс Моди. – Пересмешник – самая безобидная птица, он только поет нам на радость. Пересмешники не клюют ягод в саду, не гнездятся в овинах, они только и делают, что поют для нас свои песни. Вот поэтому убить пересмешника – грех.

Есть такая порода людей, мистер Финч, их надо приканчивать без разговоров, да и то обидно пулю тратить. Вот и Юэл был такой.

В конце концов, если в такую минуту тетя может оставаться настоящей леди, так и я могу.

В суде, более чем где бы то ни было, с человеком должны поступать по справедливости, какого бы цвета ни была его кожа, но люди ухитряются приносить с собой на скамью присяжных все свои предрассудки. Становясь старше, ты все больше будешь замечать, как белые каждый день, на каждом шагу обманывают черных, но вот что я тебе скажу, сын, и ты это запомни: если белый так поступает с черным, кто бы ни был этот белый, как бы он ни был богат, из какой бы хорошей семьи ни вышел, все равно он – подонок.

Суд разумен лишь постольку, поскольку разумны присяжные, а присяжные в целом разумны лишь постольку, поскольку разумен каждый из них.

Но почему он доверил нам свой самый большой секрет? Я так и спросила. – Потому что вы дети и можете это понять, – сказал он. – И потому что я слышал вон его… – Он кивнул на Дилла. – Ему пока еще невтерпеж смотреть, если кому-то плохо приходится. Вот подрастет, тогда не станет из-за этого ни плакать, ни расстраиваться. Может, ему что и покажется, ну, скажем, не совсем справедливым, но плакать он не станет, еще несколько лет – и не станет.

А все равно мистер Финч Мэйеллу и старика Юэла совсем не так допрашивал. А этот все время называет Тома «парень» и насмехается, и, что тот ни скажет, он все оборачивается к присяжным – видали, мол, как врет? – Ну, знаешь, Дилл, в конце концов, Том ведь просто негр. – А мне наплевать. Все равно это нечестно. Нечестно с ними так обращаться. Нельзя так разговаривать с человеком… Меня прямо тошнит.

Видите ли, я стараюсь дать им повод, чтоб они не зря бранились. Людям куда приятней браниться, если у них есть повод.