Цитаты из книги «Шантарам»

Упругая арка ее губ размягчилась при соприкосновении с моими – плоть поддалась плоти. И в этом была такая печальная неж

Прошлое отражается в нашем сознании сразу двумя зеркалами: одно яркое, в нем видно то, что мы когда-то сказали или сделали, другое темное, заполненное невысказанным и несделанным. Сегодня я понимаю, что с самого начала, в первые недели нашего знаком

больше общего с разумным, рационально мыслящим иудеем, христианином, буддистом или индусом, чем с фанатиком, поклоняющимся Аллаху. Даже разумный атеист ему ближе, чем фанатик-мусульманин. Я чувствую то же самое. И я согласен с Уинстоном Черчиллем, сказавшим, что фанатик – это тот, кто не желает изменить свои взгляды и не может изменить тему разговора.

моя такса соответствовала стандартам, принятым в среде добропорядочных бомбейских жуликов.

Уроки хороших манер пошли тебе на пользу, я вижу, – протянула она в типично американской манере

Боль без страдания – как победа без борьбы. Она не позволяет нам постичь то, что делает нас сильнее

сильной волей настолько владеет своими чувствами, что почти невозможно заставить его страдать. Когда же мы страдаем – от боли или чего-либо еще, – то это значит, что мы не владеем собой. Так что, на мой взгляд, страдание – это слабость.

– Да-да, именно это я и хотел сказать. Без страдания счастье раздавило бы нас.

Итак, Вселенная движется к Богу, то бишь к предельной сложности. Все, что способствует этому, – хорошо, все, что препятствует, – плохо.

Поглядев в большие темные глаза Прабакера, проказливо сверкавшие на его круглом лице, я улыбнулся