Цитаты из книги «Илиада»

Иль вот попробуйте, боги, – чтоб всем вам самим убедиться, – Цепь золотую спустите с высокого неба на землю, Все до последнего бога и все до последней богини За цепь схватитесь, – и все же не стащите с неба на землю Вы устроителя Зевса всевышнего, как ни старайтесь! Если же я, не на шутку решившись, повлечь пожелаю, – С морем самим и с самою землей эту цепь повлеку я; После вокруг олимпийской вершины ее обмотаю, – И средь воздушных просторов весь мир на цепи той повиснет. Вот я насколько сильнее и смертных, сильней и бессмертных!»

Если ж замечу, что кто из богов, отделясь потихоньку, Будет стараться троянцам ли помощь давать, иль данайцам, – Тот на Олимп возвратится, позорнейше мною избитый. Либо, схвативши, швырну я ослушника в сумрачный Тартар

Зевс промыслитель гремел, и бледнели ахейцы от страха. Наземь вино проливали из кубков. Никто не решался Пить, не свершив наперед возлиянья сверхмощному Зевсу. Все улеглись, наконец, и сна насладились дарами.

Сызнова берег высокий покроешь морскими песками, Чтоб и следа от великой ахейской стены не осталось».

Слава о ней разойдется, куда лишь заря достигает, И позабудут о той, которую мы с Аполлоном Лаомедонту герою с такою построили мукой!»

Общий для всех. И вплотную к нему возвели без задержки Стену высокую, – им и самим, и судам в оборону. Сделали в этой стене и ворота, сплоченные крепко, Чтобы проехать чрез эти ворота могли колесницы, Вырыли ров за стеною снаружи, большой и глубокий

Эти – свозить мертвецов, а другие – деревья из леса.

Что до сожжения мертвых, – нисколько тому не противлюсь. Каждого долг – ничего не жалеть для людей опочивших;

«Нет, уж теперь не должны принимать мы богатства Париса Иль хоть Елену саму! Для глупцов, и для тех очевидно, Что над троянцами скоро готова уж грянуть погибель!»

То, что сказал Александр, от которого ссора возникла: Те из сокровищ, которые он в кораблях изогнутых В Трою с собою привез (о, лучше б он прежде погибнул!), – Их он согласен обратно отдать и своих к ним прибавить. Что ж до законной жены Менелая, покрытого славой, – Той, говорит, не отдаст, – хоть троянцы того и желают. Также поручено мне и другое сказать: не хотите ль Остановиться с злосчастной войною, доколе убитых Мы не сожжем, а тогда и опять завоюем, покамест Нас божество не разлучит, кому-нибудь давши победу».