Цитаты из книг автора «Гомер»

Война же – забота мужчины Каждого, кто в Илионе родился, моя ж наиболе».

«Зевс и великие боги! О, сделайте так, чтобы этот Сын мой, подобно отцу, выдавался меж прочих троянцев, Так же бы крепок был силой и мощно б царил в Илионе, Чтобы когда-нибудь, видя, как с боя идет он, сказали: «Этот намного отца превзошел!» Чтоб с кровавым трофеем Он приходил из сраженья и радовал матери сердце!»

Пусть же, однако, умру я и буду засыпан землею, Раньше, чем громкий услышу твой вопль и позор твой увижу!»

Знаю и сам хорошо, – и сердцем, и духом я знаю: День придет, – и погибнет священная Троя. Погибнет Вместе с нею Приам и народ копьеносца Приама. Но сокрушает мне сердце не столько грядущее горе Жителей Трои, Гекубы самой и владыки Приама, Горе возлюбленных братьев, столь многих и храбрых, которых: На землю пыльную свергнут удары врагов разъяренных

Да и мой дух не позволит: давно уже я научился Доблестным быть неизменно и вместе с передними биться, Славу большую отцу и себе самому добывая.

Мать же мою, что царила под Плаком, покрытым лесами, Пленницей в стан свой увел он совместно с другою добычей; Снова однако свободу ей дал за бесчисленный выкуп. В доме ж отца умертвила ее Артемида богиня.

Нет ни отца у меня, нет ни матери нежной. Нашего старца-отца умертвил Ахиллес быстроногий, До основания город разрушив страны киликийской, Высоковратную Фиву. Убил Ахиллес Гетиона, Но обнажить не посмел – устрашился нечестия сердцем: Вместе с оружьем искусно сработанным предал сожженью, Холм погребальный насыпал. И вязами холм обсадили Дочери Зевса эгидодержавного, горные нимфы. Семь у меня было братьев родимых в отцовском чертоге; Все ниспустились в один они день в преисподнюю разом

Гектор, ты все мне теперь, – и отец, и почтенная матерь, Ты и единственный брат мой, и ты же супруг мой прекрасный. Сжалься над нами и в бой не иди, оставайся на башне, Чтоб сиротою не сделать ребенка, вдовою-супругу.

Ни сына Ты не жалеешь младенца, ни матери бедной. И скоро Буду вдовою я, скоро убьют тебя в битве ахейцы

Сыном единственным, милым, – прекрасным, как звездочка в небе. Именовал его Гектор Скамандрием, все остальные – Астианактом