Глава 2. Феоктиста

Новая знакомая устроилась на диванчике в тёмном углу кафе, не снимая плащ. В помещении ткань сверкала – будто между складками пробегал огонь.

Мирана невольно следила за этими переливами.

Феоктиста поймала взгляд, и, коснувшись плаща, приглушила сияние – он стал серым.

– Впопыхах забыла, – улыбнулась она.

– А что это? – спросила Мирана, любопытство пересилило осторожность. – Нанотехнологии?

– Очень старые технологии.

К столику подошёл официант.

– Вы одна будете?

Феоктиста медленно провела перед его лицом рукой. Официант утратил интерес и ушёл, оставив вопрос без ответа.

– Одна? – Мирана удивлённо чуть повысила голос.

– Я невидима, – спокойно сказала Феоктиста.

– Да что вы говорите! – иронично усмехнулась Мирана.

Феоктиста молча указала на зеркальную колонну за девушкой. Та обернулась, но увидела только своё отражение.

– Это фокус?

– Нет. Я – твой Хранитель.

– Кто? – Мирана закатила глаза и попыталась встать. – Только сумасшедших не хватало.

– Погоди, – Феоктиста взмахнула рукой, и Мирана против воли вдруг положила сумочку и опустилась на стул.

Ошарашенно посмотрела на женщину.

Феоктиста накрыла серую ткань ладонью, будто вбирая из неё свет, и высыпала искры на стол – появились чайник, два пирожных, повеяло ванилью. Мирана вытаращила глаза. Затем осторожно коснулась вилкой бисквита.

– Настоящее… – пробормотала она, то ли себе, то ли Феоктисте. – Это гипноз, да? Это всё объясняет.

Феоктиста молча взяла вторую вилку и ткнула в руку Миране. Та ойкнула.

– Это не галлюцинация. Ты пересекла границу между мирами и переместилась на другой слой.

Мирана напряжённо нахмурилась, потирая руку.

– Параллельный мир?

– Вроде того.

Происходящее не укладывалось у Мираны в голове. Прикусив губу, она смотрела на Феоктисту, выбирая из тысячи вопросов в голове самый важный.

– Почему я переместилась?

Феоктиста на миг замолчала, словно подбирая слова:

– Кое-кто хотел тебя уничтожить.

Мирана подняла брови.

– Меня?! Кому я сдалась? Я рядовой журналист, плачу ипотеку за дачу, пашу как проклятая. Скажите честно, вам заплатили? Это розыгрыш? Вы цыганка? Предупреждаю, денег у меня нет.

Феоктиста наклонилась вперёд и вполголоса сказала:

– Мирана Летягина, двадцать семь лет. Родилась в Москве. Закончила журфак. Живёшь с матерью – Ириной Олеговной, педиатром, в бабушкиной двушке. Отец умер до твоего появления. Летом – короткий отпуск на море с подругой Динкой. Остальное время работа. Хобби забыты, личной жизни не осталось. Редакция, приставучий Макс, Раечка-робот, мужик с воблой у метро.

Мирана усмехнулась:

– Отлично подготовились, браво!

Феоктиста продолжила:

– На подоконнике у вас два фикуса и попугайчик Федя, которому сегодня ты не насыпала корма. Завтракала бутербродом с сыром, мечтала бросить работу и написать роман. Смотрела видео в телефоне и ругала блогершу за ошибки. Из-за этого опоздала.

Мирана застыла с открытым ртом:

– Как вы узнали мои мысли… – она попыталась вдохнуть полной грудью, но не смогла из-за приступа паники. – Кто вы такая?!

Феоктиста аккуратно подвинула к ней маленький матовый флакон с трещинками на стекле.

– Понимаю, нелегко поверить. Иди домой. Когда поймёшь, что я говорю правду, – капни это на огонь.

В одно мгновение кресло напротив опустело. На всякий случай Мирана посмотрела в зеркало – и там никого.

Флакон она на автомате сунула в карман. Проверила кошелёк – мало ли. Всё на месте. Попыталась позвонить матери, но сеть не ловила.

Столица выглядела тускло, как черновик города. Ни людей, ни шума, ни рекламных огоньков. Редкие машины проезжали по мостовой. «Не обращать на всё это внимания! Добраться до дома, вот всё, что имеет значение. Надо выспаться». На счастье, возле кафе дежурил таксист на старенькой «Волге». Снова увидеть пустое метро было выше её сил.

Доехав до дома и влетев на нужный этаж, Мирана торопливо вставила ключ в замок. Тот застрял. Скрипнула дверь – на пороге появилась женщина в халате, в тапках и бигуди.

– Тётя Лида?! Вы что здесь делаете?

– Мирка! Опять замок сломаешь, – тётя с трудом вынула ключ и пошла внутрь не оборачиваясь. – Ты чего не на работе?

Мирана, следуя за ней, ощутила чужой запах: сигаретный дым, кошка, котлеты.

В коридоре мелькнул полосатый кот.

– Кота зачем привезли? Федю же сожрёт!

– Какого ещё Федю? – фыркнула тётя. – Чай будешь? «Коровку» по акции купила.

Мирана растерянно оглядела квартиру: всё вроде прежнее и всё – не своё; старый мамин портрет в рамке, на окнах чужие занавески, древний телевизор.

– Где мама?

Тётя нахмурилась, внимательно глядя из-под седых бровей.

– Ты чего, Мираш?

Голос дрогнул, сердце кольнуло плохое предчувствие.

– Где мама… не могу дозвониться… номер не абонент…

Тётя опустила руку на плечо.

– Успокойся, солнце. Двадцать лет, как Иры нет.

Мирана осела на диван. В голове осталась только звонкая пустота.

– Как нет?.. Мы утром виделись!

Вздох тёти прозвучал устало.

– Ты выпила? Ты ж не выносишь спиртного. Ложись, отдыхай.

Тёплая рука уложила Мирану на диван, накрыла пледом.

Глава 3. Технический слой

Кабинет Главы Стражи находился на последнем этаже Исторического музея в самом сердце столицы. Из окон виднелась пустынная Красная площадь. Ни собора Василия Блаженного, ни Мавзолея. Только крепостная выцветшая стена, башни да лобное место. Здание ГУМа занимал рынок. Редкие прохожие сновали между рядов.

Странная, очень странная Москва!

Но для хозяина кабинета – худощавого брюнета лет пятидесяти, Мирона Опольского, – вид был привычный. Он набил старинную трубку табаком, медленно закурил, сжимая зажигалку в аристократических пальцах, и нажал кнопку на столе. В свете ламп блеснул перстень с изображением летучей мыши.

Старинный стол раскрылся посредине, развернул столешницу и превратился в чудо современных технологий. Появилось несколько экранов, пульт управления. В свете мониторов и без того бледное лицо мужчины стало почти мертвенным.

Глава Стражи ткнул в монитор, включилась видеотрансляция. На экране спала Мирана. Беспокойно металась, бормотала. На фоне слышался грубый голос тёти Лиды, причитавшей: «Да что же это такое, да когда это закончится, бедная девочка и так настрадалась, ни отца, ни матери…». Ноздри тонкого носа Мирона брезгливо шевельнулись, он подвинул изображение, нашёл тётю Лиду, нажал пальцем, и женщина остановилась посреди комнаты, замерев с открытым ртом.

Вернул картинку спящей Мираны, он смотрел, долго изучая её лицо с любопытством и осторожностью, как биолог изучал бы новый вид ядовитой змеи. Не торопясь, выпустил кольца дыма и произнёс глубоким низким голосом, нажав на коммутатор:

– Лиля! Кофе. С коньяком. Князя Арбатского ко мне.

– Сию минуту, Мирон Альбертович, Милорд! – раздался ответ секретарши.

Уже через минуту она маячила в дверях с чашкой кофе – тоненькая, бледная, обёрнутая в бесформенную мантию с эмблемой летучей мыши, смотрящая на начальника по-собачьи преданно и испуганно. Руки у неё подрагивали.

Следом в кабинет вошёл Кирилл Маратович Арбатский в безупречном костюме и дорогом галстуке, на котором сияла золотая брошь – летучая мышь.

– Вызывали, Милорд? – волчьи глаза блеснули тревожно.

– Князь! – в голосе Мирона Альбертовича прозвучал металл. – Вы не выполнили задание.

Арбатский сжал кулаки, сквозь костюм проступили бицепсы.

– Милорд, могу я узнать, о чём речь?

– Не делайте вид, будто не понимаете, – в карих глазах Мирона мелькнул гнев. – Какого дьявола! Почему я только сейчас, через двадцать семь лет узнаю, что та, которую я приказал убить ещё в утробе матери, жива?

Арбатский судорожно глотнул воздух, провёл рукой по аккуратной щегольской стрижке, собрался и произнёс:

– Когда субъект находилась в утробе на втором месяце, её беременную мать и отца заперли в деревенском доме и закрыли заслонку печи. Она не должна была родиться.

Мирон постучал кольцом о поверхность стола и красноречиво глянул на Кирилла.

– Вмешалась Хранительница, Милорд! Вторглась на нашу территорию и спасла и подопечную, и мать. Грешен, не проверил, полагал, что всё сделано, дело-то пустяковое.

– Когда вы собирались мне об этом рассказать, интересно?

– Я сам узнал случайно. Проверял базы данных Второго слоя. И вдруг обнаружил вирус пробуждения. Я подумал, Семимирье опять нас проверяет. Открыл базу – а это она. Вы в этот момент оказались недоступны. Да, Милорд, я понимаю, как это звучит, но, чтобы спасти Пятимирье, пришлось принять решение в одиночку.

– Переместить её к нам на Технический слой?

– Я рассчитывал, что во время перемещения она сойдёт с ума. Здесь мы её поместили бы в лечебницу и использовали как аккумулятор. У неё огромный потенциал. Раз уж выжила, зачем такому потоку пропадать. Но снова вмешалась Хранитель. Это Феоктиста, Милорд.

Мирон, услышав это имя, поперхнулся дымом. Арбатский, стрельнув в начальника глазами, продолжил, довольный произведённым эффектом:

– Её сила позволила перенести субъект между мирами без повреждений мозга. Я не успел.

Мирон Альбертович погасил трубку, выбил пепел. Прищурившись, посмотрел на Кирилла.

– Наказание вы, безусловно, понесёте. Позже. Сейчас вы мне нужны, чтобы справиться с вирусом. Глядите. Вот она. Та, которую вы проворонили так бездарно.

Арбатский с любопытством потянулся к монитору:

– Мирана Сергеевна Летягина. Дед по отцовской линии – потомок Нарышкина, того самого первопроходца. Она унаследовала дар. Вы же понимаете, что это значит?

– Княжна! Из Древних! – у князя Арбатского побелели губы, а глаза из стальных превратились в кусочки льда.

– Теперь понимаете, что натворили?!

Арбатский сжал зубы, осознавая всю глубину провала.

– Она – живая! Любой живой в Техническом слое – опасность для всей системы и всех пяти миров. А у нас живая Древняя! Вы должны максимально быстро вернуть её домой!

– Может, просто убрать? – Арбатский пожал плечами.

– Вы в своём уме? Вмешательство Феоктисты наверняка не обошлось без указки сверху. Вдруг это проверка? Мы должны действовать умнее.

– Я соберу команду, и мы предоставим план. Уверяю, я не подведу.

Мирон Альбертович усмехнулся, и слева в его рту блеснул зуб с бриллиантом:

– А подведёте – отправитесь даже не в Четырёхмирье. А в Трёх. Имейте в виду. И это я ещё даю вам поблажку. За такое положено разжалование.

– Милорд…

– Действуйте. Нужно обезвредить Феоктисту прежде, чем она объяснит всё девчонке.