Отзывы на книги автора «Герберт Уэллс»

Мое первое знакомство с Гербертом Уэллсом, и, если откровенно признаться, то нахожусь под большим впечатлением. Современного человека, пожалуй, не проймешь фантастической составляющей, но роман «Человек-невидимка» наполнен глубоким психологизмом, что делает его актуальным на все времена.

Роман написан на стыке реализма и фантастики, само изобретение по сути не так интересно, как исследование человеческого поведения. Конечно, Уэллс придумал способ, как с научной точки зрения обосновать данное изобретение, могу сказать, что очень даже любопытно, но мне совершенно данный аспект был неинтересен. Поэтому, если ищете в произведении каких-то хитросплетений, то их здесь нет.

Повествование делиться на три пласта. Первая часть, когда Гриффин попадается в лапы общественности и начинается своеобразная игра в кошки мышки, вторая часть описывает то, как ученый пришел к своему изобретению, а третья — предательство и самосуд над человеком-невидимкой.

Когда читала об обитании человека-невидимки на постоялом дворе, почему-то вспомнила инквизицию ведьм.

Стадное чувство оно такое, если один завелся, другие последуют примеру. Отлично описывается поведение масс перед чем-то неизведанным, невиданным. Забавно было наблюдать, как люди обманываются перед тем, что не могут объяснить, находя какие-то рациональные объяснения, дабы не сойти с ума.

Если взять самого Гриффина, то он отличный пример того, что может случится с человеком, который имеет всеобъемлющую свободу. Интересное такое описание madmen'а в реальной жизни. Но, свободу можно рассматривать в данном персонаже по-разному, ибо у него появилась определенная власть над окружающими, а все мы знаем, что дай человеку немного власти, и он покажет свое настоящие лицо.

С другой стороны, свобода становится виновницей конфликта с нравственностью, если такая вообще заложена в человеке. Ибо, получая свободу, появляется возможность творить все, что хочешь. И события будут развиваться в том русле, в которое человек примет решение увести вседозволенность. Вся чернота и гниль выползает наружу. Отсюда вокруг человека-невидимки было столько много шума, люди реагировали на индикаторы «неправильности».

А это уже выводит к заключительной части романа, вигиланты, ака Робин Гуды, ака борцы за справедливость, вышли на охоту.

В погоне за справедливостью легко и просто потерять свое человеческое лицо, можно превратиться в объект ненависти, либо стать намного хуже. И люди, которые начали ловлю на живца, перегнули палку. С одной стороны, была зависть, как это так, какой-то человек-невидимка может получить желанные дары, а они нет, с другой стороны, животный страх. Страх оказаться беззащитными и обделенными в свободе.

Пока слушала, словила себя на том, что оборачиваюсь по сторонам, подсознательно выискивая невидимку у себя за спиной, бррр. Представляете насколько человек будет лишен минимальной свободы, какой-то интимности, если смогут изобрести костюмы или другие варианты превращения человека в невидимую субстанцию. Мурашки по коже пробегают просто.

Еще один интересный слой книги — одиночество. Получив свободу, а затем ополчив на себя окружающих, главный герой остается совершенно один, без помощи и поддержки. Один на один со своими демонами и страданиями.

Но капля дегтя для меня все же была. Автор в чистом виде давал оценку персонажу, он не позволял сложить два плюс два, а в лоб вещал, что из себя представляет Гриффин. Я бы предпочла выйти к собственным выводам, ибо вспыльчивость персонажа необязательно должны означать гнев и ярость, о которых много раз упоминалось. Не хватило мне именно глубинного раскрытия самого персонажа, его предыстории.

Мое первое знакомство с Гербертом Уэллсом, и, если откровенно признаться, то нахожусь под большим впечатлением. Современного человека, пожалуй, не проймешь фантастической составляющей, но роман «Человек-невидимка» наполнен глубоким психологизмом, что делает его актуальным на все времена.

Роман написан на стыке реализма и фантастики, само изобретение по сути не так интересно, как исследование человеческого поведения. Конечно, Уэллс придумал способ, как с научной точки зрения обосновать данное изобретение, могу сказать, что очень даже любопытно, но мне совершенно данный аспект был неинтересен. Поэтому, если ищете в произведении каких-то хитросплетений, то их здесь нет.

Повествование делиться на три пласта. Первая часть, когда Гриффин попадается в лапы общественности и начинается своеобразная игра в кошки мышки, вторая часть описывает то, как ученый пришел к своему изобретению, а третья — предательство и самосуд над человеком-невидимкой.

Когда читала об обитании человека-невидимки на постоялом дворе, почему-то вспомнила инквизицию ведьм.

Стадное чувство оно такое, если один завелся, другие последуют примеру. Отлично описывается поведение масс перед чем-то неизведанным, невиданным. Забавно было наблюдать, как люди обманываются перед тем, что не могут объяснить, находя какие-то рациональные объяснения, дабы не сойти с ума.

Если взять самого Гриффина, то он отличный пример того, что может случится с человеком, который имеет всеобъемлющую свободу. Интересное такое описание madmen'а в реальной жизни. Но, свободу можно рассматривать в данном персонаже по-разному, ибо у него появилась определенная власть над окружающими, а все мы знаем, что дай человеку немного власти, и он покажет свое настоящие лицо.

С другой стороны, свобода становится виновницей конфликта с нравственностью, если такая вообще заложена в человеке. Ибо, получая свободу, появляется возможность творить все, что хочешь. И события будут развиваться в том русле, в которое человек примет решение увести вседозволенность. Вся чернота и гниль выползает наружу. Отсюда вокруг человека-невидимки было столько много шума, люди реагировали на индикаторы «неправильности».

А это уже выводит к заключительной части романа, вигиланты, ака Робин Гуды, ака борцы за справедливость, вышли на охоту.

В погоне за справедливостью легко и просто потерять свое человеческое лицо, можно превратиться в объект ненависти, либо стать намного хуже. И люди, которые начали ловлю на живца, перегнули палку. С одной стороны, была зависть, как это так, какой-то человек-невидимка может получить желанные дары, а они нет, с другой стороны, животный страх. Страх оказаться беззащитными и обделенными в свободе.

Пока слушала, словила себя на том, что оборачиваюсь по сторонам, подсознательно выискивая невидимку у себя за спиной, бррр. Представляете насколько человек будет лишен минимальной свободы, какой-то интимности, если смогут изобрести костюмы или другие варианты превращения человека в невидимую субстанцию. Мурашки по коже пробегают просто.

Еще один интересный слой книги — одиночество. Получив свободу, а затем ополчив на себя окружающих, главный герой остается совершенно один, без помощи и поддержки. Один на один со своими демонами и страданиями.

Но капля дегтя для меня все же была. Автор в чистом виде давал оценку персонажу, он не позволял сложить два плюс два, а в лоб вещал, что из себя представляет Гриффин. Я бы предпочла выйти к собственным выводам, ибо вспыльчивость персонажа необязательно должны означать гнев и ярость, о которых много раз упоминалось. Не хватило мне именно глубинного раскрытия самого персонажа, его предыстории.

Мое первое знакомство с Гербертом Уэллсом, и, если откровенно признаться, то нахожусь под большим впечатлением. Современного человека, пожалуй, не проймешь фантастической составляющей, но роман «Человек-невидимка» наполнен глубоким психологизмом, что делает его актуальным на все времена.

Роман написан на стыке реализма и фантастики, само изобретение по сути не так интересно, как исследование человеческого поведения. Конечно, Уэллс придумал способ, как с научной точки зрения обосновать данное изобретение, могу сказать, что очень даже любопытно, но мне совершенно данный аспект был неинтересен. Поэтому, если ищете в произведении каких-то хитросплетений, то их здесь нет.

Повествование делиться на три пласта. Первая часть, когда Гриффин попадается в лапы общественности и начинается своеобразная игра в кошки мышки, вторая часть описывает то, как ученый пришел к своему изобретению, а третья — предательство и самосуд над человеком-невидимкой.

Когда читала об обитании человека-невидимки на постоялом дворе, почему-то вспомнила инквизицию ведьм.

Стадное чувство оно такое, если один завелся, другие последуют примеру. Отлично описывается поведение масс перед чем-то неизведанным, невиданным. Забавно было наблюдать, как люди обманываются перед тем, что не могут объяснить, находя какие-то рациональные объяснения, дабы не сойти с ума.

Если взять самого Гриффина, то он отличный пример того, что может случится с человеком, который имеет всеобъемлющую свободу. Интересное такое описание madmen'а в реальной жизни. Но, свободу можно рассматривать в данном персонаже по-разному, ибо у него появилась определенная власть над окружающими, а все мы знаем, что дай человеку немного власти, и он покажет свое настоящие лицо.

С другой стороны, свобода становится виновницей конфликта с нравственностью, если такая вообще заложена в человеке. Ибо, получая свободу, появляется возможность творить все, что хочешь. И события будут развиваться в том русле, в которое человек примет решение увести вседозволенность. Вся чернота и гниль выползает наружу. Отсюда вокруг человека-невидимки было столько много шума, люди реагировали на индикаторы «неправильности».

А это уже выводит к заключительной части романа, вигиланты, ака Робин Гуды, ака борцы за справедливость, вышли на охоту.

В погоне за справедливостью легко и просто потерять свое человеческое лицо, можно превратиться в объект ненависти, либо стать намного хуже. И люди, которые начали ловлю на живца, перегнули палку. С одной стороны, была зависть, как это так, какой-то человек-невидимка может получить желанные дары, а они нет, с другой стороны, животный страх. Страх оказаться беззащитными и обделенными в свободе.

Пока слушала, словила себя на том, что оборачиваюсь по сторонам, подсознательно выискивая невидимку у себя за спиной, бррр. Представляете насколько человек будет лишен минимальной свободы, какой-то интимности, если смогут изобрести костюмы или другие варианты превращения человека в невидимую субстанцию. Мурашки по коже пробегают просто.

Еще один интересный слой книги — одиночество. Получив свободу, а затем ополчив на себя окружающих, главный герой остается совершенно один, без помощи и поддержки. Один на один со своими демонами и страданиями.

Но капля дегтя для меня все же была. Автор в чистом виде давал оценку персонажу, он не позволял сложить два плюс два, а в лоб вещал, что из себя представляет Гриффин. Я бы предпочла выйти к собственным выводам, ибо вспыльчивость персонажа необязательно должны означать гнев и ярость, о которых много раз упоминалось. Не хватило мне именно глубинного раскрытия самого персонажа, его предыстории.

В 19 веке эта книжка, конечно же, была невероятным прорывом. Так в то время не писали… или писали нечасто. И нынче она читается неплохо, с интересом. Уэллс – замечательный рассказчик, этого у него не отнять. Он умел удерживать внимание своего читателя. Моя главная претензия не в этом. Увы, но «Человек-невидимка» мне лично показался несколько… однобоким, что ли. С навязчивой моралью. Понимаю, что в то время морализаторство было обычным делом, но спустя столетие (и более) это кажется архаичным.

Навязчивое желание писателя расставить все точки над нужными буквами, убедить читателя сочувствовать одним персонажам и презирать другого, – это авторское стремление настоять на своем вызвало у меня сильное раздражение. Я терпеть не могу, когда писатель пытается навязать мне свой взгляд на героев. У меня достаточно мозгов, чтобы самостоятельно определиться с моими симпатиями и антипатиями. Уэллс же словно бы местами забывал, что пишет не нравоучительный памфлет. Конечно, временами в нем просыпалась страсть к амбивалентности, но затем «правильность» опять давила неоднозначность, отчего чтение «Человека…» было похоже на катание на качелях.

Сюжет «Человека…» в 21 веке кажется намеренно упрощенным. В английской малограмотной провинции объявился странный человек, весь закутанный, в непрозрачных очках и с фальшивым носом. После некоторых странных событий выясняется, что он – гениальный ученый, который сумел сделать себя невидимкой. Все, естественно, боятся сие чудо природы, ученый все более запутывается, а его все более ненавидят и в итоге всячески травят. Чем это кончится, становится ясно уже в первой половине книги – увы, но тут Уэллс немного просчитался.

Даже такой простоватый сюжет можно было сделать невероятно сложным – если бы писатель полнее взялся раскрыть вставшие перед героями этические проблемы. Но в книге все скатывается к черно-белому восприятию жизни: Невидимка Гриффин – плохой человек, чуть ли не маньяк, а его преследователи – честные английские люди, которые как бы тоже совершают аморальные действия, но они намного лучше вышеупомянутого гражданина. Может быть, это разграничение хорошего и плохого сыграло бы на пользу книге, если бы Уэллс не боролся (и это странно) со сложностью материала – и безуспешно, как уже было сказано. Писателя бросало из крайности в крайность: с одной стороны, он неистово осуждает главного героя и считает его несчастья заслуженными; с другой – играет в неоднозначность, не хочет, но делает своего Невидимку интереснее, сложнее и оттого симпатичнее всех остальных героев. В каком-то смысле книга оказалась сильнее автора: навязывал, навязывал он свою мораль, а я сопротивлялась и все равно сочувствовала главному антагонисту.

Автор хотел изобразить главного героя страшным эгоистом, отвратительным человеком, он разными способами пытался его очернить, выдавая спонтанные действия и чувство самосохранения за что-то глубоко порочное. Но, на самом деле, почти все плохие поступки Невидимки объясняются его загнанным положением, а не внутренней жестокостью или склонностью к разрушению. Невидимка – не злодей, как ни пытался Уэллс таким его представить. Это глубоко трагическая личность, близкая персонажам Германа Гессе, Томаса Манна, отчасти – и Достоевского (Родя, я тебя люблю!)

Он – гениальный ученый-физик, первооткрыватель. Как все гении, он может быть нелогичен в мыслях, порывист, раздражителен, утомителен, эгоцентричен, фанатичен. Это особенности его мышления, без этого он не был бы гениальным. Он ставит на себе эксперимент, не понимая, чем все может закончиться. У него нет четкого плана, лишь инфантильное желание всех поразить, завоевать внимание, почет. Уже став невидимым, он осознает, какую ошибку совершил. Он одинок. Ему некуда идти. Некому довериться. Он ничего не может взять в руки – иначе его обнаружат. У всех он вызывает одно чувство – страх. Он даже не может поесть – так его тоже обнаружат. Он не может одеться – всякий испугается летящего по воздуху пальто и самостоятельно шлепающих по грязи ботинок! Это почти первобытное состояние. Или новая ступень в экзистенциальности. Герой разом оказывается отверженным.

«Чем больше я думал, тем яснее понимал, как беспомощен и нелеп невидимый человек в сыром и холодном климате, в огромном цивилизованном городе…»

Герою постоянно ставят в вину его воровство, в т.ч. еды и одежды, но иначе он просто не может утолить голод и согреться. Он никого не может попросить – любой его отвергнет. Такое неестественное положение озлобляет его. Он не жесток, он просто понимает, что все отныне настроены против него. А самосохранение никто не отменял. Он применяет насилие, но из страха, что его схватят или убьют. По сути, именно внешний мир толкает его на применение силы. Люди, которым он пытается довериться, раз за разом предают его. Отвратителен его первый «помощник» Марвел, который крадет его ученые записи, хотя не имеет в них необходимости. Еще более отвратителен доктор Кемп, которому Невидимка искренне рассказывает свою историю и который потом сдает его полицейским. Автор отчего-то хочет, чтобы я сочувствовала лицемерному Марвелу и Кемпу, предавшему того, кто ему доверился. Но мне они неприятны. И неприятны все остальные – навязчивые, вечно сующие нос туда, куда не просят, вроде тех же хозяев гостиницы, в которой останавливался главный герой. Совсем не странно, что, оказавшись в таком обществе, да еще и на правах изгоя, человек начинает испытывать ненависть к окружающим – это обычная реакция на причиняемую боль.

По мнению Уэллса, в его «Человеке…» явно восторжествовала справедливость. Но мне его финал, вкупе с отношением к Невидимке, не нравится. Мне жалко его, такого сложного и всеми в итоге брошенного. И то, что совершилось в финале, – ужасно. Просто ужасно. Можете со мной не соглашаться, но герой этого не заслужил. И для меня «…Невидимка» останется книгой о том, как отвергнутый всеми человек поневоле оказывается на самом краю – морали и жизни.

В 19 веке эта книжка, конечно же, была невероятным прорывом. Так в то время не писали… или писали нечасто. И нынче она читается неплохо, с интересом. Уэллс – замечательный рассказчик, этого у него не отнять. Он умел удерживать внимание своего читателя. Моя главная претензия не в этом. Увы, но «Человек-невидимка» мне лично показался несколько… однобоким, что ли. С навязчивой моралью. Понимаю, что в то время морализаторство было обычным делом, но спустя столетие (и более) это кажется архаичным.

Навязчивое желание писателя расставить все точки над нужными буквами, убедить читателя сочувствовать одним персонажам и презирать другого, – это авторское стремление настоять на своем вызвало у меня сильное раздражение. Я терпеть не могу, когда писатель пытается навязать мне свой взгляд на героев. У меня достаточно мозгов, чтобы самостоятельно определиться с моими симпатиями и антипатиями. Уэллс же словно бы местами забывал, что пишет не нравоучительный памфлет. Конечно, временами в нем просыпалась страсть к амбивалентности, но затем «правильность» опять давила неоднозначность, отчего чтение «Человека…» было похоже на катание на качелях.

Сюжет «Человека…» в 21 веке кажется намеренно упрощенным. В английской малограмотной провинции объявился странный человек, весь закутанный, в непрозрачных очках и с фальшивым носом. После некоторых странных событий выясняется, что он – гениальный ученый, который сумел сделать себя невидимкой. Все, естественно, боятся сие чудо природы, ученый все более запутывается, а его все более ненавидят и в итоге всячески травят. Чем это кончится, становится ясно уже в первой половине книги – увы, но тут Уэллс немного просчитался.

Даже такой простоватый сюжет можно было сделать невероятно сложным – если бы писатель полнее взялся раскрыть вставшие перед героями этические проблемы. Но в книге все скатывается к черно-белому восприятию жизни: Невидимка Гриффин – плохой человек, чуть ли не маньяк, а его преследователи – честные английские люди, которые как бы тоже совершают аморальные действия, но они намного лучше вышеупомянутого гражданина. Может быть, это разграничение хорошего и плохого сыграло бы на пользу книге, если бы Уэллс не боролся (и это странно) со сложностью материала – и безуспешно, как уже было сказано. Писателя бросало из крайности в крайность: с одной стороны, он неистово осуждает главного героя и считает его несчастья заслуженными; с другой – играет в неоднозначность, не хочет, но делает своего Невидимку интереснее, сложнее и оттого симпатичнее всех остальных героев. В каком-то смысле книга оказалась сильнее автора: навязывал, навязывал он свою мораль, а я сопротивлялась и все равно сочувствовала главному антагонисту.

Автор хотел изобразить главного героя страшным эгоистом, отвратительным человеком, он разными способами пытался его очернить, выдавая спонтанные действия и чувство самосохранения за что-то глубоко порочное. Но, на самом деле, почти все плохие поступки Невидимки объясняются его загнанным положением, а не внутренней жестокостью или склонностью к разрушению. Невидимка – не злодей, как ни пытался Уэллс таким его представить. Это глубоко трагическая личность, близкая персонажам Германа Гессе, Томаса Манна, отчасти – и Достоевского (Родя, я тебя люблю!)

Он – гениальный ученый-физик, первооткрыватель. Как все гении, он может быть нелогичен в мыслях, порывист, раздражителен, утомителен, эгоцентричен, фанатичен. Это особенности его мышления, без этого он не был бы гениальным. Он ставит на себе эксперимент, не понимая, чем все может закончиться. У него нет четкого плана, лишь инфантильное желание всех поразить, завоевать внимание, почет. Уже став невидимым, он осознает, какую ошибку совершил. Он одинок. Ему некуда идти. Некому довериться. Он ничего не может взять в руки – иначе его обнаружат. У всех он вызывает одно чувство – страх. Он даже не может поесть – так его тоже обнаружат. Он не может одеться – всякий испугается летящего по воздуху пальто и самостоятельно шлепающих по грязи ботинок! Это почти первобытное состояние. Или новая ступень в экзистенциальности. Герой разом оказывается отверженным.

«Чем больше я думал, тем яснее понимал, как беспомощен и нелеп невидимый человек в сыром и холодном климате, в огромном цивилизованном городе…»

Герою постоянно ставят в вину его воровство, в т.ч. еды и одежды, но иначе он просто не может утолить голод и согреться. Он никого не может попросить – любой его отвергнет. Такое неестественное положение озлобляет его. Он не жесток, он просто понимает, что все отныне настроены против него. А самосохранение никто не отменял. Он применяет насилие, но из страха, что его схватят или убьют. По сути, именно внешний мир толкает его на применение силы. Люди, которым он пытается довериться, раз за разом предают его. Отвратителен его первый «помощник» Марвел, который крадет его ученые записи, хотя не имеет в них необходимости. Еще более отвратителен доктор Кемп, которому Невидимка искренне рассказывает свою историю и который потом сдает его полицейским. Автор отчего-то хочет, чтобы я сочувствовала лицемерному Марвелу и Кемпу, предавшему того, кто ему доверился. Но мне они неприятны. И неприятны все остальные – навязчивые, вечно сующие нос туда, куда не просят, вроде тех же хозяев гостиницы, в которой останавливался главный герой. Совсем не странно, что, оказавшись в таком обществе, да еще и на правах изгоя, человек начинает испытывать ненависть к окружающим – это обычная реакция на причиняемую боль.

По мнению Уэллса, в его «Человеке…» явно восторжествовала справедливость. Но мне его финал, вкупе с отношением к Невидимке, не нравится. Мне жалко его, такого сложного и всеми в итоге брошенного. И то, что совершилось в финале, – ужасно. Просто ужасно. Можете со мной не соглашаться, но герой этого не заслужил. И для меня «…Невидимка» останется книгой о том, как отвергнутый всеми человек поневоле оказывается на самом краю – морали и жизни.

В 19 веке эта книжка, конечно же, была невероятным прорывом. Так в то время не писали… или писали нечасто. И нынче она читается неплохо, с интересом. Уэллс – замечательный рассказчик, этого у него не отнять. Он умел удерживать внимание своего читателя. Моя главная претензия не в этом. Увы, но «Человек-невидимка» мне лично показался несколько… однобоким, что ли. С навязчивой моралью. Понимаю, что в то время морализаторство было обычным делом, но спустя столетие (и более) это кажется архаичным.

Навязчивое желание писателя расставить все точки над нужными буквами, убедить читателя сочувствовать одним персонажам и презирать другого, – это авторское стремление настоять на своем вызвало у меня сильное раздражение. Я терпеть не могу, когда писатель пытается навязать мне свой взгляд на героев. У меня достаточно мозгов, чтобы самостоятельно определиться с моими симпатиями и антипатиями. Уэллс же словно бы местами забывал, что пишет не нравоучительный памфлет. Конечно, временами в нем просыпалась страсть к амбивалентности, но затем «правильность» опять давила неоднозначность, отчего чтение «Человека…» было похоже на катание на качелях.

Сюжет «Человека…» в 21 веке кажется намеренно упрощенным. В английской малограмотной провинции объявился странный человек, весь закутанный, в непрозрачных очках и с фальшивым носом. После некоторых странных событий выясняется, что он – гениальный ученый, который сумел сделать себя невидимкой. Все, естественно, боятся сие чудо природы, ученый все более запутывается, а его все более ненавидят и в итоге всячески травят. Чем это кончится, становится ясно уже в первой половине книги – увы, но тут Уэллс немного просчитался.

Даже такой простоватый сюжет можно было сделать невероятно сложным – если бы писатель полнее взялся раскрыть вставшие перед героями этические проблемы. Но в книге все скатывается к черно-белому восприятию жизни: Невидимка Гриффин – плохой человек, чуть ли не маньяк, а его преследователи – честные английские люди, которые как бы тоже совершают аморальные действия, но они намного лучше вышеупомянутого гражданина. Может быть, это разграничение хорошего и плохого сыграло бы на пользу книге, если бы Уэллс не боролся (и это странно) со сложностью материала – и безуспешно, как уже было сказано. Писателя бросало из крайности в крайность: с одной стороны, он неистово осуждает главного героя и считает его несчастья заслуженными; с другой – играет в неоднозначность, не хочет, но делает своего Невидимку интереснее, сложнее и оттого симпатичнее всех остальных героев. В каком-то смысле книга оказалась сильнее автора: навязывал, навязывал он свою мораль, а я сопротивлялась и все равно сочувствовала главному антагонисту.

Автор хотел изобразить главного героя страшным эгоистом, отвратительным человеком, он разными способами пытался его очернить, выдавая спонтанные действия и чувство самосохранения за что-то глубоко порочное. Но, на самом деле, почти все плохие поступки Невидимки объясняются его загнанным положением, а не внутренней жестокостью или склонностью к разрушению. Невидимка – не злодей, как ни пытался Уэллс таким его представить. Это глубоко трагическая личность, близкая персонажам Германа Гессе, Томаса Манна, отчасти – и Достоевского (Родя, я тебя люблю!)

Он – гениальный ученый-физик, первооткрыватель. Как все гении, он может быть нелогичен в мыслях, порывист, раздражителен, утомителен, эгоцентричен, фанатичен. Это особенности его мышления, без этого он не был бы гениальным. Он ставит на себе эксперимент, не понимая, чем все может закончиться. У него нет четкого плана, лишь инфантильное желание всех поразить, завоевать внимание, почет. Уже став невидимым, он осознает, какую ошибку совершил. Он одинок. Ему некуда идти. Некому довериться. Он ничего не может взять в руки – иначе его обнаружат. У всех он вызывает одно чувство – страх. Он даже не может поесть – так его тоже обнаружат. Он не может одеться – всякий испугается летящего по воздуху пальто и самостоятельно шлепающих по грязи ботинок! Это почти первобытное состояние. Или новая ступень в экзистенциальности. Герой разом оказывается отверженным.

«Чем больше я думал, тем яснее понимал, как беспомощен и нелеп невидимый человек в сыром и холодном климате, в огромном цивилизованном городе…»

Герою постоянно ставят в вину его воровство, в т.ч. еды и одежды, но иначе он просто не может утолить голод и согреться. Он никого не может попросить – любой его отвергнет. Такое неестественное положение озлобляет его. Он не жесток, он просто понимает, что все отныне настроены против него. А самосохранение никто не отменял. Он применяет насилие, но из страха, что его схватят или убьют. По сути, именно внешний мир толкает его на применение силы. Люди, которым он пытается довериться, раз за разом предают его. Отвратителен его первый «помощник» Марвел, который крадет его ученые записи, хотя не имеет в них необходимости. Еще более отвратителен доктор Кемп, которому Невидимка искренне рассказывает свою историю и который потом сдает его полицейским. Автор отчего-то хочет, чтобы я сочувствовала лицемерному Марвелу и Кемпу, предавшему того, кто ему доверился. Но мне они неприятны. И неприятны все остальные – навязчивые, вечно сующие нос туда, куда не просят, вроде тех же хозяев гостиницы, в которой останавливался главный герой. Совсем не странно, что, оказавшись в таком обществе, да еще и на правах изгоя, человек начинает испытывать ненависть к окружающим – это обычная реакция на причиняемую боль.

По мнению Уэллса, в его «Человеке…» явно восторжествовала справедливость. Но мне его финал, вкупе с отношением к Невидимке, не нравится. Мне жалко его, такого сложного и всеми в итоге брошенного. И то, что совершилось в финале, – ужасно. Просто ужасно. Можете со мной не соглашаться, но герой этого не заслужил. И для меня «…Невидимка» останется книгой о том, как отвергнутый всеми человек поневоле оказывается на самом краю – морали и жизни.

В 19 веке эта книжка, конечно же, была невероятным прорывом. Так в то время не писали… или писали нечасто. И нынче она читается неплохо, с интересом. Уэллс – замечательный рассказчик, этого у него не отнять. Он умел удерживать внимание своего читателя. Моя главная претензия не в этом. Увы, но «Человек-невидимка» мне лично показался несколько… однобоким, что ли. С навязчивой моралью. Понимаю, что в то время морализаторство было обычным делом, но спустя столетие (и более) это кажется архаичным.

Навязчивое желание писателя расставить все точки над нужными буквами, убедить читателя сочувствовать одним персонажам и презирать другого, – это авторское стремление настоять на своем вызвало у меня сильное раздражение. Я терпеть не могу, когда писатель пытается навязать мне свой взгляд на героев. У меня достаточно мозгов, чтобы самостоятельно определиться с моими симпатиями и антипатиями. Уэллс же словно бы местами забывал, что пишет не нравоучительный памфлет. Конечно, временами в нем просыпалась страсть к амбивалентности, но затем «правильность» опять давила неоднозначность, отчего чтение «Человека…» было похоже на катание на качелях.

Сюжет «Человека…» в 21 веке кажется намеренно упрощенным. В английской малограмотной провинции объявился странный человек, весь закутанный, в непрозрачных очках и с фальшивым носом. После некоторых странных событий выясняется, что он – гениальный ученый, который сумел сделать себя невидимкой. Все, естественно, боятся сие чудо природы, ученый все более запутывается, а его все более ненавидят и в итоге всячески травят. Чем это кончится, становится ясно уже в первой половине книги – увы, но тут Уэллс немного просчитался.

Даже такой простоватый сюжет можно было сделать невероятно сложным – если бы писатель полнее взялся раскрыть вставшие перед героями этические проблемы. Но в книге все скатывается к черно-белому восприятию жизни: Невидимка Гриффин – плохой человек, чуть ли не маньяк, а его преследователи – честные английские люди, которые как бы тоже совершают аморальные действия, но они намного лучше вышеупомянутого гражданина. Может быть, это разграничение хорошего и плохого сыграло бы на пользу книге, если бы Уэллс не боролся (и это странно) со сложностью материала – и безуспешно, как уже было сказано. Писателя бросало из крайности в крайность: с одной стороны, он неистово осуждает главного героя и считает его несчастья заслуженными; с другой – играет в неоднозначность, не хочет, но делает своего Невидимку интереснее, сложнее и оттого симпатичнее всех остальных героев. В каком-то смысле книга оказалась сильнее автора: навязывал, навязывал он свою мораль, а я сопротивлялась и все равно сочувствовала главному антагонисту.

Автор хотел изобразить главного героя страшным эгоистом, отвратительным человеком, он разными способами пытался его очернить, выдавая спонтанные действия и чувство самосохранения за что-то глубоко порочное. Но, на самом деле, почти все плохие поступки Невидимки объясняются его загнанным положением, а не внутренней жестокостью или склонностью к разрушению. Невидимка – не злодей, как ни пытался Уэллс таким его представить. Это глубоко трагическая личность, близкая персонажам Германа Гессе, Томаса Манна, отчасти – и Достоевского (Родя, я тебя люблю!)

Он – гениальный ученый-физик, первооткрыватель. Как все гении, он может быть нелогичен в мыслях, порывист, раздражителен, утомителен, эгоцентричен, фанатичен. Это особенности его мышления, без этого он не был бы гениальным. Он ставит на себе эксперимент, не понимая, чем все может закончиться. У него нет четкого плана, лишь инфантильное желание всех поразить, завоевать внимание, почет. Уже став невидимым, он осознает, какую ошибку совершил. Он одинок. Ему некуда идти. Некому довериться. Он ничего не может взять в руки – иначе его обнаружат. У всех он вызывает одно чувство – страх. Он даже не может поесть – так его тоже обнаружат. Он не может одеться – всякий испугается летящего по воздуху пальто и самостоятельно шлепающих по грязи ботинок! Это почти первобытное состояние. Или новая ступень в экзистенциальности. Герой разом оказывается отверженным.

«Чем больше я думал, тем яснее понимал, как беспомощен и нелеп невидимый человек в сыром и холодном климате, в огромном цивилизованном городе…»

Герою постоянно ставят в вину его воровство, в т.ч. еды и одежды, но иначе он просто не может утолить голод и согреться. Он никого не может попросить – любой его отвергнет. Такое неестественное положение озлобляет его. Он не жесток, он просто понимает, что все отныне настроены против него. А самосохранение никто не отменял. Он применяет насилие, но из страха, что его схватят или убьют. По сути, именно внешний мир толкает его на применение силы. Люди, которым он пытается довериться, раз за разом предают его. Отвратителен его первый «помощник» Марвел, который крадет его ученые записи, хотя не имеет в них необходимости. Еще более отвратителен доктор Кемп, которому Невидимка искренне рассказывает свою историю и который потом сдает его полицейским. Автор отчего-то хочет, чтобы я сочувствовала лицемерному Марвелу и Кемпу, предавшему того, кто ему доверился. Но мне они неприятны. И неприятны все остальные – навязчивые, вечно сующие нос туда, куда не просят, вроде тех же хозяев гостиницы, в которой останавливался главный герой. Совсем не странно, что, оказавшись в таком обществе, да еще и на правах изгоя, человек начинает испытывать ненависть к окружающим – это обычная реакция на причиняемую боль.

По мнению Уэллса, в его «Человеке…» явно восторжествовала справедливость. Но мне его финал, вкупе с отношением к Невидимке, не нравится. Мне жалко его, такого сложного и всеми в итоге брошенного. И то, что совершилось в финале, – ужасно. Просто ужасно. Можете со мной не соглашаться, но герой этого не заслужил. И для меня «…Невидимка» останется книгой о том, как отвергнутый всеми человек поневоле оказывается на самом краю – морали и жизни.

В 19 веке эта книжка, конечно же, была невероятным прорывом. Так в то время не писали… или писали нечасто. И нынче она читается неплохо, с интересом. Уэллс – замечательный рассказчик, этого у него не отнять. Он умел удерживать внимание своего читателя. Моя главная претензия не в этом. Увы, но «Человек-невидимка» мне лично показался несколько… однобоким, что ли. С навязчивой моралью. Понимаю, что в то время морализаторство было обычным делом, но спустя столетие (и более) это кажется архаичным.

Навязчивое желание писателя расставить все точки над нужными буквами, убедить читателя сочувствовать одним персонажам и презирать другого, – это авторское стремление настоять на своем вызвало у меня сильное раздражение. Я терпеть не могу, когда писатель пытается навязать мне свой взгляд на героев. У меня достаточно мозгов, чтобы самостоятельно определиться с моими симпатиями и антипатиями. Уэллс же словно бы местами забывал, что пишет не нравоучительный памфлет. Конечно, временами в нем просыпалась страсть к амбивалентности, но затем «правильность» опять давила неоднозначность, отчего чтение «Человека…» было похоже на катание на качелях.

Сюжет «Человека…» в 21 веке кажется намеренно упрощенным. В английской малограмотной провинции объявился странный человек, весь закутанный, в непрозрачных очках и с фальшивым носом. После некоторых странных событий выясняется, что он – гениальный ученый, который сумел сделать себя невидимкой. Все, естественно, боятся сие чудо природы, ученый все более запутывается, а его все более ненавидят и в итоге всячески травят. Чем это кончится, становится ясно уже в первой половине книги – увы, но тут Уэллс немного просчитался.

Даже такой простоватый сюжет можно было сделать невероятно сложным – если бы писатель полнее взялся раскрыть вставшие перед героями этические проблемы. Но в книге все скатывается к черно-белому восприятию жизни: Невидимка Гриффин – плохой человек, чуть ли не маньяк, а его преследователи – честные английские люди, которые как бы тоже совершают аморальные действия, но они намного лучше вышеупомянутого гражданина. Может быть, это разграничение хорошего и плохого сыграло бы на пользу книге, если бы Уэллс не боролся (и это странно) со сложностью материала – и безуспешно, как уже было сказано. Писателя бросало из крайности в крайность: с одной стороны, он неистово осуждает главного героя и считает его несчастья заслуженными; с другой – играет в неоднозначность, не хочет, но делает своего Невидимку интереснее, сложнее и оттого симпатичнее всех остальных героев. В каком-то смысле книга оказалась сильнее автора: навязывал, навязывал он свою мораль, а я сопротивлялась и все равно сочувствовала главному антагонисту.

Автор хотел изобразить главного героя страшным эгоистом, отвратительным человеком, он разными способами пытался его очернить, выдавая спонтанные действия и чувство самосохранения за что-то глубоко порочное. Но, на самом деле, почти все плохие поступки Невидимки объясняются его загнанным положением, а не внутренней жестокостью или склонностью к разрушению. Невидимка – не злодей, как ни пытался Уэллс таким его представить. Это глубоко трагическая личность, близкая персонажам Германа Гессе, Томаса Манна, отчасти – и Достоевского (Родя, я тебя люблю!)

Он – гениальный ученый-физик, первооткрыватель. Как все гении, он может быть нелогичен в мыслях, порывист, раздражителен, утомителен, эгоцентричен, фанатичен. Это особенности его мышления, без этого он не был бы гениальным. Он ставит на себе эксперимент, не понимая, чем все может закончиться. У него нет четкого плана, лишь инфантильное желание всех поразить, завоевать внимание, почет. Уже став невидимым, он осознает, какую ошибку совершил. Он одинок. Ему некуда идти. Некому довериться. Он ничего не может взять в руки – иначе его обнаружат. У всех он вызывает одно чувство – страх. Он даже не может поесть – так его тоже обнаружат. Он не может одеться – всякий испугается летящего по воздуху пальто и самостоятельно шлепающих по грязи ботинок! Это почти первобытное состояние. Или новая ступень в экзистенциальности. Герой разом оказывается отверженным.

«Чем больше я думал, тем яснее понимал, как беспомощен и нелеп невидимый человек в сыром и холодном климате, в огромном цивилизованном городе…»

Герою постоянно ставят в вину его воровство, в т.ч. еды и одежды, но иначе он просто не может утолить голод и согреться. Он никого не может попросить – любой его отвергнет. Такое неестественное положение озлобляет его. Он не жесток, он просто понимает, что все отныне настроены против него. А самосохранение никто не отменял. Он применяет насилие, но из страха, что его схватят или убьют. По сути, именно внешний мир толкает его на применение силы. Люди, которым он пытается довериться, раз за разом предают его. Отвратителен его первый «помощник» Марвел, который крадет его ученые записи, хотя не имеет в них необходимости. Еще более отвратителен доктор Кемп, которому Невидимка искренне рассказывает свою историю и который потом сдает его полицейским. Автор отчего-то хочет, чтобы я сочувствовала лицемерному Марвелу и Кемпу, предавшему того, кто ему доверился. Но мне они неприятны. И неприятны все остальные – навязчивые, вечно сующие нос туда, куда не просят, вроде тех же хозяев гостиницы, в которой останавливался главный герой. Совсем не странно, что, оказавшись в таком обществе, да еще и на правах изгоя, человек начинает испытывать ненависть к окружающим – это обычная реакция на причиняемую боль.

По мнению Уэллса, в его «Человеке…» явно восторжествовала справедливость. Но мне его финал, вкупе с отношением к Невидимке, не нравится. Мне жалко его, такого сложного и всеми в итоге брошенного. И то, что совершилось в финале, – ужасно. Просто ужасно. Можете со мной не соглашаться, но герой этого не заслужил. И для меня «…Невидимка» останется книгой о том, как отвергнутый всеми человек поневоле оказывается на самом краю – морали и жизни.

Что означает "Против всего мира".
Так как я задалась целью собрать свою книжную Monster Universe - не могла обойти стороной историю Человека-Невидимки. Наше знакомство с этим персонажем началось - даже не с мультфильма "Монстры на каникулах" (хотя там, наверное, его образ более каноничен). А с фильма с Итаном Хоуком про ученого, бьющегося над невидимостью, но постепенно... Есть же еще более современный фильм годов 20х, который ушел совсем уже в хоррор. И меня прям мучала эта загадка - как персонаж довольно твердой и классической научной фантастики претворился во вполне себе монстра? И за ответом я решила напрямую обратиться к сэру Герберту.
Ииии... Практически целую половину книги - вообще было мало что понятно. Просто приезжает в трактир человек. Ну постоялец и постоялец - только слегка нелюдимый, да еще обмотан бинтами так, что торчат только бакенбарды и розовый нос. Даже просто посмотрев на заглавие, уже все понимаешь - но хозяева же не понимают! И лезут к нему и лезут, и разговорить пытаются, и обижаются...
Возможно, план героя
*Его зовут Гриффин - познакомьтесь, но приятного знакомства не гарантирую.
Залечь на дно и доделать свои дела - мог бы пройти гладко. Если бы не разбился об английское и деревенское гостеприимство. Потому что

Постоялец новый у нас. Странненький - надо пойти посмотреть

Длилось почти половину книги и стало подбешивать не только Невидимку, но и меня.
Меня донимал вопрос. Нет - не как это сделал. Если фантаст захочет - он не такое выдумает, и найдет этому объяснение. Эталонным в этом плане считаю физика из "Отель "У погибшего альпиниста", который, презрев законы физики, бегал по стенам. Не думаю, что будет большим спойлером, если скажу, что Гриффин - тоже ученый-физик, и ради невидимости изучал уже оптику. Волновало меня - как он дошел до жизни такой. И порой казалось, что автор - так и не расскажет. Но нет - рассказал, причем буквально, исповедью Гриффина. Ох, вот лучше бы показывал - потому что один эпизод со сном героя про его прошлое и страхи дал понять гораздо больше...
Скажу общо - что это добротная классическая фантастическая повесть. Как многие - например, "Поворот винта" или "Франкенштейн", оставляющая не только вопросы - но и поле для интерпретаций. Чем люди и занимаются уже больше века. Начало немного прям тягомотное - я прям над ним засыпала порой и продиралась. Но вот вся история героя и фантастический компонент - вопросов не вызывают. Поэтому посоветую любителям - добротной олдскульной фантастики и классики, которая, возможно, даже опередила время. По крайней мере, заложила какой-то канон и базу. Ну а я - с удовольствием буду продолжать знакомство с творчеством сэра Герберта.

Что означает "Против всего мира".
Так как я задалась целью собрать свою книжную Monster Universe - не могла обойти стороной историю Человека-Невидимки. Наше знакомство с этим персонажем началось - даже не с мультфильма "Монстры на каникулах" (хотя там, наверное, его образ более каноничен). А с фильма с Итаном Хоуком про ученого, бьющегося над невидимостью, но постепенно... Есть же еще более современный фильм годов 20х, который ушел совсем уже в хоррор. И меня прям мучала эта загадка - как персонаж довольно твердой и классической научной фантастики претворился во вполне себе монстра? И за ответом я решила напрямую обратиться к сэру Герберту.
Ииии... Практически целую половину книги - вообще было мало что понятно. Просто приезжает в трактир человек. Ну постоялец и постоялец - только слегка нелюдимый, да еще обмотан бинтами так, что торчат только бакенбарды и розовый нос. Даже просто посмотрев на заглавие, уже все понимаешь - но хозяева же не понимают! И лезут к нему и лезут, и разговорить пытаются, и обижаются...
Возможно, план героя
*Его зовут Гриффин - познакомьтесь, но приятного знакомства не гарантирую.
Залечь на дно и доделать свои дела - мог бы пройти гладко. Если бы не разбился об английское и деревенское гостеприимство. Потому что

Постоялец новый у нас. Странненький - надо пойти посмотреть

Длилось почти половину книги и стало подбешивать не только Невидимку, но и меня.
Меня донимал вопрос. Нет - не как это сделал. Если фантаст захочет - он не такое выдумает, и найдет этому объяснение. Эталонным в этом плане считаю физика из "Отель "У погибшего альпиниста", который, презрев законы физики, бегал по стенам. Не думаю, что будет большим спойлером, если скажу, что Гриффин - тоже ученый-физик, и ради невидимости изучал уже оптику. Волновало меня - как он дошел до жизни такой. И порой казалось, что автор - так и не расскажет. Но нет - рассказал, причем буквально, исповедью Гриффина. Ох, вот лучше бы показывал - потому что один эпизод со сном героя про его прошлое и страхи дал понять гораздо больше...
Скажу общо - что это добротная классическая фантастическая повесть. Как многие - например, "Поворот винта" или "Франкенштейн", оставляющая не только вопросы - но и поле для интерпретаций. Чем люди и занимаются уже больше века. Начало немного прям тягомотное - я прям над ним засыпала порой и продиралась. Но вот вся история героя и фантастический компонент - вопросов не вызывают. Поэтому посоветую любителям - добротной олдскульной фантастики и классики, которая, возможно, даже опередила время. По крайней мере, заложила какой-то канон и базу. Ну а я - с удовольствием буду продолжать знакомство с творчеством сэра Герберта.