2.

Дальняя плотина была не слишком большим круглым озером с маленьким островком посередине. Островок на самом деле был просто большим валуном, торчащим из воды. Озеро было в основном мелким. Даже маленький Тим мог дойти до острова вброд. Правда, дальше за валуном было одно глубокое место. Позапрошлым летом именно на этом озере Тим научился плавать – поначалу неловко, по-собачьи, а потом все более уверенно, как-то разом осознав, что отныне и навсегда он это умеет. Почти как на велосипеде научиться ездить.

С утра было не очень жарко – здесь вообще не бывало чрезмерной жары, – но все равно хотелось окунуться. За этим Тим и пришел. Солнце на почти безоблачном небе поднялось уже довольно высоко – значит, времени на все про все оставалось не так уж много: скоро Тима будут ждать к обеду, и нужно еще успеть вернуться. Тим не слишком задумывался о времени, но решил искупаться совсем чуть-чуть, а потом возвращаться домой быстрой и прямой дорогой – вдоль забора и «грейдера». Успокоив тем самым свою совесть, мальчик беззаботно скинул шорты, футболку и сандалии и побежал в воду.

Кроме него на озере никого не было – на это Тим и рассчитывал. Иногда здесь бывали люди, но обычно не в это время. Сам Тим приходил сюда в основном с бабушкой или с мамой, реже с дедушкой, или с двоюродными сестрами и братьями. С ними он и дружил, а ни с кем из местной детворы даже не был особо знаком. Сейчас в их большом деревенском доме никого из детей, кроме него, не было, поэтому все свои вылазки на природу Тим совершал в одиночестве. Иногда это и вправду было скучно, особенно когда погода была не очень, но чаще всего Тим находил, чем себя занять. Здесь у него был целый таинственный мир, открытый для исследования. Здесь было Лето. Не просто лето, а именно с большой буквы. С шумливым высоким лесом, с солнечными полями и с этим вот безмятежным озером, с запахами и вкусом ягод, даже с деревенским хлебом из печи – для Тима это была целая сказочная страна, совершенно особенная и незабываемая. Тим никогда не был здесь зимой, не мог даже и представить, как это все выглядит под глубоким снежным покрывалом, почти и не верил, что так может быть, и у себя в городе самыми холодными зимними вечерами, думая о лете, вспоминал именно эту деревню среди полей лесов и озер. Место, где всегда лето.

3.

Вода была теплая и неподвижная. Зачем-то высоко подняв руки, как сдающийся фриц, Тим осторожно шел к огромному камню, ощупывая ногами илистое дно. На камне можно будет немного посидеть, представляя себя Робинзоном на необитаемом острове посреди бескрайнего моря. А может, это и не остров вовсе, и не камень, а подводная лодка, как в «Тайне двух океанов», или как «Наутилус». Но Тим так и не успел решить. Едва добравшись до валуна, только коснувшись его рукой, мальчик зачем-то обернулся и почти сразу увидел посторонних. Три человека внезапно появились со стороны той дороги, что вела через лес. От неожиданности Тим так и замер возле камня. Следом нахлынуло предательское смущение, потому что на самом-то деле Тим не очень умел знакомиться. Скорее всего, первый никогда бы не заговорил. А еще больше сковало его то, что незнакомцы, появившиеся на каменистом берегу, были детьми примерно одного с ним возраста – мальчик и две девочки. Мальчик, наверное, все же был немного помладше, а насчет девочек трудно было сказать. Кажется, всю эту троицу Тим видел пару раз возле магазина, но все равно они были незнакомцами.

Тим отвернулся, сделав вид, что никого не заметил, но это было глупо, и от этого мальчик смутился совсем уже окончательно. Он опустил голову и не в силах был повернуться обратно.

– Привет! – вдруг услышал он веселый голос, звонко разнесшийся над озером.

Кажется, это была одна из девочек – непонятно, какая именно. Одна из них была черненькая, а другая совершенно белая, но обе были на голову выше еще одного белобрысого – вплоть до бровей и ресниц – мальчика, который пришел вместе с ними. Конечно же, они были выше и самого Тима.

Он все же заставил себя обернуться и неловко махнул рукой.

– А мы рысь видели! – закричал мальчик. – Настоящую! В лесу!

Видимо, это событие настолько распирало его, что трудно было удержать в себе. Он даже раскраснелся.

– Правда? – ахнул Тим, на секунду забыв о своем смущении, но потом засомневался, что его слабый возглас был услышан с берега, и ему снова сделалось неловко.

– Честное слово! – воскликнул мальчик.

– Это был кот, наверно, – прыснула в ладошку одна из девочек – та, которая была темненькой.

Мальчик посмотрел на нее очень высокомерно.

– Откуда здесь кот?

– А откуда рысь?

– Вы сами видели! – разозлился мальчик и раскраснелся еще больше. – А вот и была рысь! Не веришь?

Этот последний вопрос он адресовал почему-то именно Тиму.

– Верю, – сказал Тим. Неожиданно он почувствовал себя намного легче. Но он по-прежнему стоял у камня – в этом месте вода доходила ему до самого горла, – все еще не зная, что делать. – Дедушка говорил, что здесь бывают рыси.

– То-то! – мальчик торжественно поднял вверх палец.

– Ты же Воротовский внук? – спросила теперь другая девочка – белобрысая. – Твой дед – лесник?

– Был, – отозвался Тим.

– Вот-вот! – обрадовался мальчик. – Уж он-то знает!

Вообще-то, фамилия у Тима была другая, но здесь, в доме бабушки и дедушки, все они – дяди и тети, братья и сестры – были – Воротовы. И он этим гордился. Это в городе он был единственным ребенком, а тут у него была большая семья. Правда, не так уж часто собирались они все вместе. Если уж совсем честно, то Тим более-менее помнил всего один раз – в свой прошлый приезд.

– Айда купаться! – закричал мальчик.

В два счета он разделся и шумно забежал в воду. Девочки, однако, остались на берегу, словно прицениваясь. Впрочем, ненадолго. Вскоре вся ватага собралась возле камня. Тим узнал, что девочек зовут Катя (темненькую с короткой стрижкой) и Лена (светленькую с косичками), а мальчика зовут Геной, и он – само собой – оказался младшим братом Лены. Гена и Лена. Тиму захотелось спросить, не путаются ли они, кого из них позвали, если не слишком четко расслышат, но сформулировать вопрос так и не смог. Зато стало как-то весело.

– Смотри, как я умею! – в своей привычной манере закричал Гена, ловко забираясь на камень.

Он развел руки в стороны, как заправский гимнаст, потом оттолкнулся ногами и кувыркнулся назад – в ту сторону, где была глубина. Получилось почти идеальное сальто, правда и брызг поднялось порядочно.

– Прекрати! – прикрикнула Лена, когда ее гордый собой брат, отфыркиваясь, вынырнул на поверхность.

– Видал? – громко спросил Гена, игнорируя сестру.

– Здорово! – воскликнул Тим.

Он действительно был впечатлен. И немного позавидовал, но тут же пообещал себе, что научится так же. Но только не сегодня – не хотелось опозориться перед девочками.

– Не брызгай! – завопила Катя.

– Только попробуй! – вторила ей Лена.

Эти слова предназначались неугомонному Гене, но, как ни странно, вскоре они брызгались уже все вместе, весело смеясь. И Тим вместе с ними. О своем первоначальном стеснении он и думать забыл.

Так и получилось, что совершенно неожиданно, но самым естественным образом, как это бывает, у Тима появились новые друзья.

4.

Домой возвращались лесной дорогой. Настоял Гена, хоть он и был самым младшим – на целый год младше остальных. Он надеялся еще раз увидеть рысь. Тим тоже не отказался бы посмотреть. На самом деле его подобная возможность прямо завораживала. И совсем не было страшно. Почему-то сейчас он не боялся никого и ничего.

Вообще-то, лесная дорога считалась довольно безопасной. Как и «грейдер», она связывала две деревни, будучи даже более прямой и короткой, и здесь много кто ходил. А еще в эту сторону приходили за ягодами и грибами. Дедушка говорил, что все окрестные леса в принципе безопасны. Но бдительности терять никогда нельзя. Все-таки, это лес. Совсем безопасным он быть не может по определению. Дедушка хотел, чтобы Тим это хорошенечко запомнил. С другой стороны, ему никто не запрещал гулять, где захочет. Не маленький ведь – своя голова на плечах есть.

Вдоль дороги чередовались облитые солнцем поляны и тенистые рощи; высокие деревья привычно шумели. Идти было легко и беззаботно. Они разговаривали и много смеялись. На одной из полян девочки задержались, чтобы сплести венки из солнечно-желтых одуванчиков. Мальчики в это время рыскали вдоль границы леса в поисках подходящих веток. Тим вознамерился сделать себе настоящую трость – такую же, как у бабушки – гладкую, отполированную руками до темного блеска. Гена тоже захотел, и не удивительно: хорошая палка может быть, чем угодно – хоть рыцарским мечом, хоть винтовкой.

Нужные ветки нашлись почти сразу, но на этом дело застопорилось, потому что ни у кого не оказалось ножа, а без него привести палки в правильный вид было почти немыслимо, ведь сухие ветки, которые легко ломались, совершенно не устраивали. Тима это очень раздосадовало – больше всего то, что вообще-то перочинный ножик у него был, но только дома, в городе. А так хотелось небрежно достать его из кармана шорт. Ножик у него был классный. Гена бы точно обзавидовался.

Впрочем, и это вскоре забылось. Девочки сплели венки и пожелали нацепить их на головы ребятам. Гена тут же начал убегать, а Тим великодушно – он же не маленький – позволил Кате торжественно водрузить ему на голову такую своеобразную лесную корону. Трудно было бы описать его чувства в этот момент, но они были очень теплыми. Тим смущенно улыбнулся, но быстро напустил на себя небрежный вид – словно ничего особенного не произошло, хотя на самом деле так не считал. Это было именно что-то особенное. Еще утром, уходя в свой одинокий поход, он и представить ничего такого не мог. Вот только стоило ли этому удивляться? Каждый длинный летний день легко и запросто приносил что-то необычайное и запоминающееся.

Никакой рыси или хотя бы кого-то похожего так им и не встретилось, но к тому времени, как дошли до деревни, они об этом уже совершенно забыли.

5.

Дорога, выныривая из леса, вела к самому центру деревни мимо озера, которое все называли Ближней плотиной, но Тиму надо было сворачивать раньше – на короткий деревянный мост из темных бревен под дощатым настилом. Мост был переброшен через ручей почти в том месте, где он вытекал из озера. Далее нужно было пройти немного по заросшей травой и ивняком насыпи, и вот он – родной дом. Самый первый в деревне. Можно даже было сказать, что дом и вовсе находился за деревней. Или перед ней, как посмотреть. Все говорили – «за кордоном». Дальше расположилась огороженная высоким забором пилорама, протянувшаяся вдоль всей Ближней плотины, и только потом, там, где «грейдер», спускаясь с насыпи, поворачивал у дальнего берега озера, начиналась сама деревня.

Настало время Тиму попрощаться со своими новыми друзьями. Ближе к этому моменту Тим начал испытывать что-то, похожее на грусть и опасения. Да еще Гена безмятежно убежал вперед по дороге. Тим остановился.

– А! – Гена быстро вернулся. – Тебе сюда ведь!

Он важно протянул руку.

– Тогда пока?

– Пока, – сказал Тим, и сердце его немного упало.

– До завтра? – легко и весело произнес Гена и повернулся к сестре. – Завтра же пойдем гулять?

Лена фыркнула и зачем-то слегка лукаво глянула на Тима.

– Посмотрим на твое поведение, – сказала она через плечо.

Гена заулыбался.

– Подумаешь, – заупрямился он, – я теперь и без вас могу пойти. Да, Тима?

Тим совсем не был против, но по-настоящему он хотел, чтобы они гуляли все вместе.

– Ой-ой! – воскликнула Лена. – А кто родителям помочь обещал?