Ах, что нашла я! Ложку для литья,
Его любимую игрушку. С нею
Он в пуговичника любил играть;
Бывало, топит, плавит, отливает…
Раз как-то пир здесь шел, и попросил
Кусочек олова он у отца;
Хоромы выйдут важные. На крыше
Я башенку с флюгаркою поставлю,
А для конька морскую деву с рыбьим
Хвостом я вырежу; замки и скобки
Из желтой мели сделаю и стекол
Для окон раздобуду. То-то станут
Прохожие дивиться: что такое,
Как жар, горит там, на горе, в лесу?
Да, уж с природою людскою
Сладишь нескоро: живуча она.
Сколько увечий не терпит
С нами в борьбе, – оправляется вновь,
Словно ни в чем не бывало.
Зять мой на редкость покладист, скажу;
Сбросил людскую одежду,
Меду домашнего выпил и хвост
С бантом надеть согласился;
Словом, исполнил он все, что ему
Было предложено нами.
Я уж и думал, что старый Адам
Выгнан навеки за двери;
Глядь, он опять тут как тут! Так тебе
Правда, во многом мы схожи
Но и большое различие есть.
Утро есть утро, а вечер –
Вечер всегда. Вот различие в чем:
Там, под сияющим сводом,
Учат: «Самим будь собой, человек!»
Гюнтову роду ура!..
Что там за шум и за крики?
Сына зовет капитан.
Пробст хочет выпить за Пера.
Смело иди, Пер, на суд!
Шумно друзья тебя встретят:
«Ты из великого рода,
Быть же великим тебе!»