Цитаты из книг автора «Генрих Бёлль»

который переплавлял в медяки вечернюю меланхолию

я упражнялся в искусстве жить в настоящем

шли годы, и все больше укутывали его в тишину, тяжелую, как свинец

прошлое становилось будущим; у этого прошлого я всегда мысленно искал защиты

В этих комнатах, освященных высокими ценами

Вообще если наш век заслуживает какого-то названия, то его надо назвать веком проституции. Люди привыкли к словарю публичных девок. Как-то я встретил Зоммервильда после одного из выступлений по телевидению («Может ли современное искусство быть религиозным?»), и он меня спросил: «Ну, как я, хорош? Я вам понравился?» Ну в точности те вопросы, какие проститутки задают на прощание своим клиентам.

Изысканные сервизы звенят совсем не изысканно, когда их швыряют об стенку на кухне.

В серебристых голосах звучат деланая веселость, нарочитая непринужденность, рты судорожно сведены от постоянной боязни морщин, напряжены шеи, натянуты мускулы, во всем фальшивая приветливость, тогда как единственным облегчением была бы хорошая драка с крепкой бранью. Но все проглатывается, прикрывается фальшивой добрососедской приветливостью, пока в один прекрасный вечер за закрытыми дверями и спущенными шторами не начинают швырять изысканными сервизами в призраки нерожденных детей

Я сказал, что некоторое время думали, будто фамилия Шнир происходит от «шноррен», то есть «попрошайничать», но потом было доказано, что она произведена от слов «шнайдер», или «шнидер», то есть «портной», а не от слова «попрошайка», и что я не еврей и не янки, – и тут вдруг, сам того не ожидая, я дал Герберту по морде, потому что вспомнил, как он велел нашему школьному товарищу Гецу Бухелю представить доказательства своего арийского происхождения и Гец попал в очень неприятное положение – мать у него была итальянка, родом из какой-то южноитальянской деревушки, а достать оттуда какие-нибудь сведения о его бабушке, хотя бы отдаленно подтверждавшие ее арийское происхождение, оказалось абсолютно невозможным, тем более что деревня, где родилась мать Геца, к тому времени уже была занята «жидовствующими янки».

Воспоминания ни в коем случае нельзя размораживать, не то ледяные узоры превратятся в тепловатую грязную водичку