– Всего три дня, тупица. – Иола сверяет что-то на своём z-блоке. – К нам отрядили трёх судей, чтобы у проигравших участников даже мысли не было выражать своё негодование. Помнишь первого бронника, которого ты победил? Ну так вот, он был весьма недоволен результатом и, несмотря на правила, хотел убить тебя во вне-отборочное время. Охрана станции не смогла бы с ним справиться (с его-то оснащением), и в дело вмешалась одна из судей ассоциации. Она оплавила костюм, зажарив участника до полусмерти. Уж не знаю, что она за чудовище такое, но после того случая никто больше не оспаривал результаты отборов. Поэтому, не в силах поквитаться с судьёй, команда Бар Дьюка и решила выместить всю злость на тебе, что у них, к сожалению, не вышло.

– Твоя поддержка просто бесценна, Йола.

– Иола. Ну так вот, возвращаясь к судьям…

– Возвращаясь к ульям?

– Возвращаясь к судьям, особенно советую опасаться той девушки – Эмили Травл. Ходят слухи, что она потагет, но это не так. У неё есть учёные звания в трёх категориях, и я полагаю: она обладает оружием, созданным ею лично. По официальным данным она прошла уже семьдесят четыре уровня синтраж. И это много.

– Горячая должно быть баба, – не преминул добавить Дурий.

– Со вторым судьёй мы уже виделись при регистрации. Дженсо Вэй – незиец, проповедующий учения Космо, покоряет синтраж для избавления Бездны от влияния учения Жара. Не знаю его навыков, но сейчас он дошёл до шестьдесят шестого уровня.

– Ну энтот мне сразу понравился, и борода у него в порядке, – рахдиец чуть ли не мурлычет, почёсывая собственную.

– Блин, да тебя что-нибудь кроме волос на лице интересует? Любому фетишу должен быть предел! – от крика Ума заходится в кашле.

– Третий судья довольно известная личность, сын одного из лучших вирт-режиссёров – Кристо Чак. Скандальный персонаж, всегда не прочь подебоширить. В плохих отношениях с отцом. Был учеников прошлого председателя ассоциации Нобилити. Добрался до шестьдесят девятого уровня благодаря сбалансированности своих навыков. Не обладая мастерством в чём-то одном, он довёл до среднего уровня навыки как близкого, так и дальнего боя, как стратегии, так и убеждения, и – благодаря правильному использованию своих умений – представляет собой довольно опасного противника.

– Так его отец Пабло Чак? Мне понравилась его картина «В одном шаге от…», я даже всплакнул маленько, – неожиданно для всех заявляет Морж.

– Послушай, Григ, – Ума с трудом выдавливает из себя слова. – Я знаю, что не благодарил тебя за помощь раньше, даже если она была рассчитана на выгоду, да и сейчас я тебя благодарить не стану, но я бы попросил тебя об одной услуге…

***

Это был один из самых дорогих ресторанов станции. Мрачные тона отделки, ассиметрично закрученная архитектура, приглушённый свет и успокаивающая музыка. Столов было не больше дюжины, а посетителей вдвое меньше. Вон в углу уплетает «живое тесто» упитанный турист. Возле витрины ужинает пара с явным намерением переместиться в постель. Немного дальше потягивает бокал уроженец Сивилии. А ближе к выходу расположились трое посетителей, явно находящихся в товарищеских отношениях. Они говорили громче всех, но остальным посетителям не мешали. Троица уже успела утолить первый голод, и, беседуя, они старались растянуть приём пищи. Больше всех говорил невысокий рыжеволосый мужчина, которого то и дело одёргивала девушка средней привлекательности, в чьих глазах таилась некая мудрость, способная урезонить ораву таких собеседников. Третий старался их утихомирить, добродушно улыбаясь в свою пушистую бороду и ёрзая на недостаточно большом для него стуле.

– Эми, ты меня в могилу сведёшь, – продолжает спор рыжеволосый, – предыдущий председатель всегда с радостью принимал подобные вести.

– Только вот предыдущий председатель уже не у дел, а нынешний не интересуется подобным, – твёрдо стоит на своём загадочная брюнетка.

– Уверен, кто-нибудь из бывшего совета остался в комиссии и продолжил собирать информацию о новичках.

– Ну да, только вот много ли пользы принесёт твой доклад, если эту информацию с радостью перехватит «древо альянса»?

– Но если сделать их чёрной лошадкой, то последствия могут быть ещё хуже, если…

– Тише, Кристо, не заводись, – двухметровый бородач добродушно хлопает рыжеволосого по плечу. – Почему бы вместо споров не придумать альтернативу? Время ещё есть.

– Турнир даже ещё не начался, – поддерживает миролюбивого товарища Эмили, – куда ты так спешишь.

Кристо Чак уже было собирался возразить, как рядом с ним появился официант, бережно ставя на стол бутылку дорогущего сидра.

– Вас спешит угостить молодой человек за тем столиком и просит уделить ему минуту внимания.

Троица бесцеремонно уставилась на щедрого посетителя, взглядами изучая его вдоль и поперёк.

– Кто это? Один из участников?

– Вероятно, хотя я его боёв не запомнила.

– Уриец, а волосы то золотистые и кучерявые – бесит.

– Не завидуй Кристо, это может быть парик: он из аристократов Сивилии. Видишь? Он с собой даже шпагу притащил.

– И ничего-то я не завидую…

– Всё-таки он нас угостил. Может пригласить его к столу? – вспоминая о вежливости, предлагает Дженсо.

– Я не хочу с ним говорить, – отрезает Эмили.

– Да ладно тебе, заучка, хоть один мужчина не побоялся подойти к тебе ближе, чем на сто метров, – говоря, Кристо машет участнику, – смотри, даже официант куда-то исчез. Или ты уже расплавила его своей прегидормированной рукой?

Смуглая кожа не позволяет девушке покраснеть, но убийственный взгляд не сулит скандалисту ничего хорошего. В это время уриец подходит к судьям и сдержанно кланяется.

– Добрый день, прошу прощения за беспокойство, меня зовут Иола Григ, один из участников «Ню Нова».

– Присаживайся, дружище, – Дженсо, дружелюбно улыбаясь в бороду, хлопает по свободному стулу, стул в сою очередь скрипит, недовольный подобным обращением. – Ой-ёй-ой, чуть не сломал. Такой хороший стул! Люблю обычные стулья, а не эти новомодные аэрокресла, потакающие человеческой лени.

Иола благодарно кивает и садится на предоставленное место. Тут же появляется официант и ставит перед клиентом липовый чай. Эмили Травл всем своим видом показывает, что беседа её не интересует и, попивая горячий шоколад, смотрит на новостную витрину. Кристо Чак же решает сразу перейти к делу и, улыбаясь, наклоняется поближе к собеседнику:

– Ну-с, с чем пожаловал, достопочтимый, какое у Вас к нам дело?

– Переходя к делу, уважаемый Кристо, я бы хотел сразу уточнить, что я являюсь лишь посредником одного из участников, находящимся сейчас в здравпункте.

– Вот оно как, и чего же хочет этот участник, раз посмел беспокоить судей в час отдыха, да ещё и через посредника? Неужто он думает тем самым избежать гнева единственной и неповторимой Эмили Травл?

Девушка коситься на товарища, мысленно ставя очередной пункт в планах мести по отношению к рыжему засранцу.

– Этого участника зовут Ума Алактум, – продолжает Иола, – и он извиняется, что не смог сам к вам обратиться, но он ещё не оправился от прошлого… прошлых отборов.

– Ума, Ума, как же, знаем, помним. Я лично наблюдал за происходящим в больнице. Давно так не услаждал свой взор. Хе-хе, и что же хочет от нас этот лже-монах?

Аристократ на секунду замирает с удивлением во взгляде, но отбросив ненужные мысли, решает продолжить:

– У него образовался конфликт с «клинками», группой мечников, и он предложил им бой по их правилам.

– Ну же, ну же… – подбадривает собеседника судья, – что же мальчишка придумал на этот раз?

– Он предложил им показать своё мастерство владения холодным оружием, вызвав на бой всех оставшихся мечников и утверждая, что его уровня фехтования хватит, чтобы порубить сотню таких ковыряльщиков, как они.

– Ха-ха, да, это похоже на него, и что дальше?

– После оскорбительного предложения, озлобленные и заинтересованные, «Клинки» согласились, только…

– Только?

– Ума не хочет, чтобы его оружие транслировалось до финала турнира, поэтому предложил провести бой в административном помещении, где не будет трансляторов и камер.

– Я так понял, что они и на это согласились.

– Да, именно поэтому Ума и просит о том, чтобы кто-нибудь из вас присутствовал при поединке, чтобы засвидетельствовать, что нарушений правил не будет.

– Что ж, я ни за что не пропущу такое зрелище, – смеётся Кристо, – только мне кажется, ты ещё не договорил.

– Верно, есть ещё кое-что…

– И что же?

В этот момент Иолу прошиб холодный пот, потому что он понял, чего ждёт от него судья. Приди он с предложением взятки, с предложением нарушить правила к человеку напротив, к идущему, прошедшему больше половины уровней Синтраж, то напускная беззаботность судьи обернётся холодной яростью, и не пройдёт и секунды, как наследник семейства Григ умрёт без единого шанса на спасение. Даже миролюбивый судья Дженсо, не теряя своей добродушной улыбки, в буквальном смысле оторвал бы голову участнику, посмевшему посягнуть на контроль над судьями.

Холодный пот сменяется жаром, но Иола всё-таки продолжает:

– Ума лично просил Вас, того, кто согласится… в случае если он потеряет контроль… чтобы вы не дали ему убить противников, если они уже не будут в состоянии сражаться…

Кристо Чак долго смотрит на участника, прежде чем его взгляд теплеет.

– Что ж, не обещаю, но постараюсь. По крайней мере, я не смогу такое пропустить!

– И надо оно тебе… – монотонно протянула Эмили, всё так же смотря в сторону.

Рыжеволосый судья не обращает на коллегу внимания и с энтузиазмом начинает изучение списков помещений, подходящих для предстоящего мероприятия. Иола, наблюдая за голографическими изображениями комнат и невпопад кивая на любые слова судьи, наконец-то позволяет себе расслабиться.

***

Участники собирались у складских помещений космопорта. О предстоящем событии были наслышаны уже все. Но в первую очередь пришли те, кто в случае чудесной победы монаха собирались его убить. Вот уже возле проёма сидит «звёздный бич» Уру Ичи, пират среди пиратов, ожидает невозможного: победы своего обидчика, зная, что в просторный склад ведёт только один коридор, один вход, а значит – один выход. Вот ещё участники, набравшие достаточное количество очков для возможности участия в турнире. И они нервничают, ожидая результата схватки, нервничают, потому что от этого зависит их дальнейшее участие.

Сигнал ещё не прозвучал, а потенциальные враги уже собрались в одном месте. Большинство оставшихся участников, достаточно сильных, чтобы дойти до последнего отбора, разбилось на два лагеря, разместившись по обе стороны от проёма. И каждый желал только одного, чтобы не пришлось сражаться, участвовать в бессмысленной бойне, чтобы никто не сорвался, когда победителей определит количество полученных баллов.

Всё получалось безумно глупо: последний и единственный бой отбора должен был решить списки победителей и проигравших. «Почему, почему, почему!?» – в бешенстве спрашивали себя одни. «Это мой шанс!» – радовались другие.

Ответ знали все, просто не все хотели его принимать. Потому что девять против одного. Потому что ставки были пятнадцать к одному. Потому что победи кто со ставки на проигрышный вариант – место в турнире ему обеспечено. Потому что на верную смерть выходил тот, кто уже должен был умереть не раз.

Так и получилось, что одни ставили всё на монаха, а другие не знали, что и делать. Но и те и те хотели лично следить за ходом почти судьбоносного боя, в надежде отомстить или не позволить никому причинить вред своему спасительному шансу.

Вот Уру Ичи встречает взгляд Шимуты и ведёт бровью, спрашивая, почему боец не на его стороне, и тут же находит ответ в твёрдом взгляде Гиса, таящем желание сразиться с монахом один на один. Рядом с борцом стоит бывший офицер дозора Дилас, заражённый тем же праведным желанием реванша. Пирату ничего не остаётся, кроме как горько усмехнуться и продолжать ждать. Одни хотят поверить в чудо, другие этого бояться.

И звучит сигнал, и напряжение наполняет ангар, и что-то закипает в самом воздухе, готовое разжечь пожар людской ярости.

Но появляются они – виновники торжества. Сначала между участниками проходят мечники, и источаемая ими жажда ударяет по толпе, тем самым успокаивая её. Не колеблясь, они проходят по коридору, исчезая в просторах складского помещения, и остальные участники невольно расслабляются. Затем появляется молодой монах, неся на плече чехол с человеческий рост и что-то напевая себе под нос. Выглядит юноша плачевно: с трудом пережив предыдущие схватки, он из последних сил сдерживал болезненные позывы. И толпа это видит, позволяя сомнению проникнуть в их ряды. Ума, прихрамывая, исчезает в проёме, и за ним спешит проследовать невысокий рыжеволосый мужчина – один из судей турнира «Ню Нова».

Проходит несколько минут, прежде чем до участников доносятся звуки боя…

***

Зритель негодовал. Одновременно прельщённый возможностью заработать на безумной ставке, он не мог наблюдать происходящего на складе. Да, тут уж каждый не в силах будет удержаться от высказываний. Кроме, естественно, высказываний о возможности подкупа судей, тьфу-тьфу, бестолковые головы! Лишь бы судьи не заподозрили даже возможного намёка, а то потом, поди, и домой живым не вернёшься.