– Алекс, туман уже такой густой. На днях объявят о запрете выхода на улицу. Имей в виду: я останусь в исследовательском центре. Работы очень много, – говорит Лес, расстёгивая пальто.

– Да, я смотрела сейчас в окно: там уже ничего не видно.

– Смотри, что я купила. Твои любимые шоколадные пирожные, – улыбнулась Лэс, указав взглядом на прозрачную круглую упаковку.

– Спасибо, но праздновать особо нечего. И настроения тоже нет.

Лес берёт в руки коробочку с вкусностями и смотрит на меня.

– А почему ты такая бледная? – спрашивает она, хмурясь.

– Плохой сон с призраками из прошлого, – отвечаю я, опуская взгляд.

– Так, понятно. А ну-ка, пойдём на кухню, сейчас ты мне всё расскажешь!

Погасив в прихожей свет, следую за ней и замечаю, что хромать на одну ногу из-за травмы она стала сильнее. Лэс очень худенькая, чуть ниже меня ростом, с небольшой сединой в светло-русых волосах. Всегда спокойная, может улыбнуться, но уголки её губ всегда чуть опущены. И я никогда не слышала, как она смеётся. Это придаёт ей загадочности или странности.

– Мы не отпраздновали твоё первое назначение как журналистки, – продолжает подбадривать меня Лэс, наливая воду в серебристый чайник.

– Спасибо тебе большое за поддержку, но поздравлять не с чем. Ни статьи, ни первой зарплаты у меня ещё нет. Чувствую сегодня себя бездарностью, – говорю я, открывая коробку из кондитерской.

Рассматриваю шоколадное пирожное без шоколада. Это краситель как всегда. Шоколад-бобы просто-напросто перестали расти в нашем климате. Беру один и кладу на тарелку.

– Так, выше нос, юная леди, и помни, что ты пишешь с детства. Просто тебе нужно больше вдохновения. Да, и ты не рассказала, о чём статья?

– О скульпторе Артура Веске. Его памятник убрали из центрального парка.

– А я помню его. Такая шумиха была в городе, когда он бесследно пропал. Странная история.

– Согласна. Поэтому мне бы хотелось провести расследование, жду книгу от Пичера. Возможно, она мне поможет, просто нужно больше информации. Как твои дела?

– Так, чайник вскипел. Сейчас заварим твой любимый травяной. Алекс, ты же знаешь, у меня очень много работы перед изменением погоды. Постоянно приходится следить за уровнем кислорода. В нашем климатическом центре сейчас ажиотаж, представители управления города пожаловали. Сотрудники всех спецслужб наготове, больше всего опасаются мощности грома. В этот раз он будет особо сильный. Не пугайся, ты ведь будешь одна здесь.

– Не переживай за меня, я справлюсь.

– Вот и прекрасно, ну, давай пить чай. Всё готово.

Лэс всегда беспокоится за меня. Никто ещё из людей не может привыкнуть к глобальному изменению климата. Это период долгих десятилетий. Власти скрывают достаточно много информации от людей во избежание паники и страха. Пропажа людей, различных видов растений, полезных ископаемых. Мир изменился.

Раньше Лэс упоминала о параллельных мирах и даже проводила исследования. Но потом разговоры об этом закончились. Только в силу моей профессии я поняла, что о таких вещах в наши дни лучше молчать, чтобы тебя не посчитали за психически ненормальную или, не дай бог, признали твою болезнь заразной. Возможно, пропажа людей как-то связана с одним из этих фактов. И Артур Веске стал одной из жертв. Эта мысль мне понравилась. Но вопрос: как и где я могу узнать об этом больше?

Продолжаю слушать новости Лэс, рассматривая её лицо. Она постарела незаметно для меня. Люблю её с детства. Даже когда мы на расстоянии друг от друга, знаю о её искренних чувствах и заботе обо мне. Лэс – мой ангел-хранитель. Я всегда желала видеть её счастливой, несмотря на всё пережитое в нашей жизни.

Себя она посветила климатологии. Одна из самых популярных профессий нашего времени. Однажды, очень давно, она рассказывала о человеке, которого полюбила. Но у них не сложилось и я не знаю почему, а спрашивать боюсь: вдруг ей будет больно вспоминать об этом. В те далёкие времена она ушла с головой в работу.

На моей памяти нет ни одной счастливой истории любви. У меня ни с кем не может быть задушевных бесед, кроме Лэс. Но о взаимной любви я могу лишь только читать.

«Настоящую любовь познать не каждый может, но тот, кто почувствует её, изменится навеки».

Вспомнила я слова Оттен Болистон. Слишком часто я стала думать об этих чувствах.

Закончив с нашим чаепитием, я обняла и поцеловала Лэс перед сном, пожелав ей доброй ночи.

– У тебя все обязательно получится, –  говорит Лэс, обнимая меня.

– Спасибо тебе большое, моя любимая кузина, – наши объятья перед сном давно стали традицией.

Возвращаясь в комнату, я сажусь за свой любимый письменный стол и смотрю на чистые страницы блокнота. Возможно, кузина права: мне не хватает вдохновения и хорошего сна. Погасив свою настольную лампу, подхожу к своей кровати и забираюсь под одеяло с головой, как в детстве. Прохладный воздух мне привычен. Но тут, под одеялом, чувствую тепло вокруг. Его не хватает мне. Думая о нём, я погружаюсь в глубокий сон.

Бесконечные солнечные лучи играют между собой бликами на стекле издалека. Они будто прокладывают узкие тропинки, как мои друзья. Тёплый воздух ласково обволакивает мою кожу по кругу. Касаясь пальцами прозрачного луча, я тихонько следую туда, куда он направляет. Рядом с собой не замечаю пространства, лишь шуршу белой тканью моего длинного платья.

За лучом иду недолго. Впереди себя я наблюдаю танцы игривых бликов, они, словно забавляясь и радуясь, дают подсказку мне: «Посмотри, где мы». Это вовсе не стекло, а загадочное, будто магическое, зеркало. Оно меняет цвет, играет с моей тенью, не давая увидеть собственное отражение. Красивое, высокое и странное чувство, как будто бы моё, родное. Солнечные блики разбегаются по сторонам, освещая контур его рамы волшебством. Прикоснуться мне хочется рукой, но не успеваю дотронуться до него, как зеркало показывает мой взор.

Тепло вокруг становится сильнее и даже горячее. Оно нежно обжигает, отчего приятно моему телу. Солнечные тропинки исчезают бесследно, и прозрачность окружения показывает мне… Пространство незнакомо, но приятно глазу и моей душе. Зеркало вновь играет, словно обманывает зрение. Раскрывает отражение и зовёт меня зайти в него. Чувство смелости вселяется внезапно, и, затаив своё дыхание, принимаю приглашение, уже хочу шагнуть в него. Тёплая рука берёт за ладонь мою, и, обернувшись резко от испуга, я вижу незнакомый взгляд молодого человека. Его цвет глаз манит, завладев моим вниманием. Оторвать взгляд нет ни сил, ни желания. Рассмотрев зелёные глаза, хочу сказать.

– Я….

* * *

Мелодия любимого будильника настойчиво просит меня открыть глаза. И, посмотрев в полумрак, я вновь их закрываю. Хочу вновь прокрутить свой сон, запомнить цвет глаз и волос. Это был высокий молодой человек и, если я не ошибаюсь, брюнет. Никогда с ним не встречалась. Мной овладело любопытство. Может ли быть такое, что он существует…

Как хочется, чтобы сон стал явью. Я вновь открываю глаза. На моей памяти это самый лучший сон, который я видела, и хочу немедленно рассказать об этом Лэс. Резко встаю с кровати и, не надев свои домашние тапочки, бегу в комнату к кузине. Её постель заправлена. Наверное, позвонили с работы и вызвали раньше обычного. Как жаль.

Я обязательно ей всё расскажу, когда она вернётся. Моё настроение взлетело по десятибальной школе вверх. Возвращаясь быстрыми шагами в комнату, обуваю тапочки и лечу на кухню завтракать. Сегодня я напишу статью или хотя бы её часть. А вдохновение у меня теперь есть. С названием: «Зелёные глаза».

Глава 5

Элейт бегала за Гарри с того самого момента, как только случайно увидела его вдалеке и попробовала мечтать. Он должен был стать тем самым, единственным, или и так является им, но в любом случае каждое касание его плеч и время рядом делали её счастливой. Парень не поворачивался в ее сторону, лишь протяжно сопел. За последние несколько дней он изрядно устал. Сначала дневные смены и куча дел после них, когда ближе к вечеру перестаешь чувствовать ноги, а потом уже жуткая тяжесть мыслей и мечты поскорее добраться до выходных. Они всегда наступали вовремя, но мчались так быстро, что парень буквально не успевал подумать о том, что собой представляет его жизнь.

Утром – тяжёлый подъем и ненависть ко всему происходящему. Почему человечество не придумало более простой и приятный способ заработка денег? А еще, как можно чувствовать себя живым человеком, если на работу и сон тратится больше времени, плюс к тому на дела, чем на те моменты, которые можно целиком и полностью посвятить только себе без зазрения совести. Вот проснулся, нехотя потянулся, поднялся. Поправил за собой простыню и отбросил чуть подальше одеяло. День начался, и вне зависимости от того, с какой ноги, многое решается нашими мыслями.

Изо дня в день одно и то же. А когда-то давно я был более счастливым…

Эту фразу Гарри любит вспоминать так же часто, как и твердить, что он нашёл счастье в одиночестве. Без всяких ревности и душевных ран он помнил, когда еще в самом юном возрасте гнался за мечтой, пересекая овраги и играл в солнечных зайчиков. Парень, будучи солнышком, гнался за восковыми фигурами, пытался их согреть и тем самым пачкался сам. Те девушки, которые были одарены его вниманием, превращались в «зеркала» и отражали эмоции, возвращая обратно ему чувства. Замкнутый круг. Для любви нужен человек или зеркало. Можно же просто подойти к своему, что висит в коридоре, подмигнуть левым глазом, и, считай, уже все: ты кому-то понравился.

Во всем этом парень видел лишь издёвку и не переносил на дух собственное отражение, ведь оно смотрит на него и осуждает.

Да, Гарри, ты заметно изменился. Не то чтобы стал ужасным, но посмотри на себя… Понурый взгляд, потухшие зрачки, уставшие руки по бокам, которые не могут лишний раз подняться, чтобы раздвинуть уголки рта. Любое событие окрашено не самыми приятными ощущения, ведь даже на солнце, взглянув на него издалека, ты найдёшь отражение чёрной дыры. Она в твоём сердце… И каждый день ты питаешь его, кормишь.

Отчасти можно было легко согласиться с данными мыслями, но парень был настолько уверен в своей прагматичности, что ни зеркало, ни любой другой человек не могли бы сделать его счастливым. Тогда, может, стоит для этого просто захотеть и станет проще? Увы, но нет. Его жизнь – это сплошной хаос. Постоянные вращения мыслей по кругу создают торнадо, где плавают пережитки прошлого и надежды на будущее. Вряд ли он живёт сегодняшним днём, чаще смотрит вперед и омрачает его тем, что было раньше. Но оно того явно не стоит. Но тогда зачем всё это…

После ночи наступает день, потом опять по кругу. Многое в этой жизни циклично, но только не сам Гарри. Стоя на остановке под проливным дождём, закутавшись в куртку с капюшоном или просто в футболку во время летней знойной погоды, он не ощущает разницы. Мир для него выглядит не глазами дальтоника, а чёрно-белым кино. От времени года на улице нет смысла так же, как и от того, куда бегут эти люди. А ведь они постоянно спешат. Парень мало знает тех, кто просто идет не спеша, потому что круг не заканчивается, стоит ему лишь начаться.

Ворочаясь с боку на бок во сне, он не замечал того, что на самом деле просто лежит неподвижно уставшим грузом «мешка с костями». Во сне да, он плывёт по океану, который никак не заканчивается. Местами это похоже на реальную жизнь. Безветренная погода или шторм, какая разница, если он в каюте пьёт минералку или держится за штурвал на судне. Смысл существования для него потерян. Часто вокруг всем твердил, что ищет понимания, хотя сам ни разу не старался достаточно глубоко проникнуться своими ощущениями.

Издалека доносится аромат поджаристой корочки блинов. Сейчас бы сметанки сверху, как бы было хорошо. На мгновение кажется, что берег близко и этот аромат распространяется по всей водной глади, издалека. Там, где-то неподалеку, недавно открылась забегаловка, предлагающая чай и оладьи с медом. Гарри на диете от еды так же, как и от любви. Но запах щекочет его ноздри, манит, предлагает пришвартоваться у берега и заглянуть. Свет из окон кажется совсем рядом, а вместе с тем неожиданно повеяло холодом. Парень проснулся.

– Добрый вечер, милый! – Элейт готовила блины на кухне. – Как тебе спалось?

– Не знаю, – хмурый Гарри никак не мог расправить свои брови, – снилось, что плыву против течения по океану. Потом резко стало холодно, потемнело, и я почувствовал вкусный запах.

– Хи-хи, – девушка была довольна и искренне улыбалась, – примерно полчаса назад я поднялась и пошла приготовить тебе еды. Садись, а то скоро всё остынет.

Шатаясь из стороны в сторону, парень доковылял до стула и сел за стол. Глаза еще толком не открылись. По ощущениям, он проспал около двух часов, хотя на самом деле, прошло целых шесть. Сейчас нужно просто перекусить, потом лечь обратно и продолжить свое путешествие. Но Элейт была взволнована тем, как ей казалось, что между ними появилась искра.

– Скажи, хорошими ли получились блины? Я их не передержала? – ей нужна была причина, чтобы начать разговор или просто получить похвалу за навыки хорошей домохозяйки.

– Намного лучше, чем если бы я купил их в магазине из морозилки, – Гарри улыбнулся и продолжал причмокивать.

На душе Элейт стало очень тепло. Ей хотелось взлететь, но также необходимо соблюдать спокойствие. И, черт, как же это сложно! Перед ней тот самый парень, о котором она мечтала с того самого момента, как только подумала, что хорошо было бы посвятить себя и всю свою жизнь одному человеку. Она не старше и не младше его, одногодки, и ни разу никогда не встречались. Но девушка верила в любовь с первого взгляда и в то, что она сумеет растопить его грустное сердце.

Гарри не придавал подобным мыслям значения, просто жевал и принимал данную ситуацию как должное. Ему не было никакой разницы, что практически незнакомая девушка пришла в гости и предложила отведать угощение. Сначала согревала его, прижавшись к спине и обняв своими хрупкими руками, а потом решила сделать приятный сюрприз. Естественно, она надеялась на взаимность, что душа парня перестанет быть чёрствой и он отблагодарит её. Но как такое могло, в принципе, стать фантазией, если она совершенно не знакома с ним в попытках и образе пресловутого общения.

– Ну как?! Тебе все понравилось?! – глаза Элейт горели ярче сапфиров, когда на неогранённый камень падает яркий свет.

– Очень! Спасибо тебе большое, – Гарри поднялся из-за стола, – а теперь я бы хотел еще поспать.

– А я?! – девушка была возмущена.

– Ты очень хорошая хозяйка, – вялый парень остановился возле стола и начал протирать губы салфеткой, – и я уверен, что встретишь такого же хорошего парня.

– Спасибо! – не было ни малейшего понятия, как следует реагировать в данной ситуации, но она осталась довольна. Сочла это за комплимент и захотела большего. – А можно мне побыть с тобой ещё?!

– Конечно, – он посмотрел на нее, и губы изогнулись в едва уловимой улыбке, – если ты не против смотреть на моё сонное неподвижное тело.

– Хи-хи, – она засмущалась, – наоборот, я очень сильно хочу, чтобы ты скорее восстановился.

– Ну вот и замечательно, – Гарри небрежно бросил полотенце на стол и вяло побрёл обратно в комнату. Когда он оказался на диване, его веки слишком быстро закрылись, и он не успел сказать ни слова.

Элейт ощущает себя героиней их истории. В фантазиях милой девушки, если все действительно выглядит так, что у нее получится заполучить любовь «раненного жизнью» парня, то она станет самой желанной. Для них это извечная трагедия, переплетённая с трагедией. Не всякая сможет вынести человека, так сильно замучившего себя, но у неё это точно получится. Пристроившись поближе, девушка начала гладить его по руке, спускаясь от плеча.

Сначала они начнут встречаться, и она будет самой лучшей возлюбленной на свете. Потом он влюбится в неё и задарит разными классными штучками, включая шоколадки и цветы. Главным этапом станет признание в любви, клятва на одном колене, замужество и детки. Она хочет двух-трёх, не важно. Главное, чтобы от него.

И много ли таких, похожих на нее, на свете, ей невдомек. Сначала буря эмоций, потом море разных ощущений, и, наконец, они нашли друг друга.

Стоп. А может ли быть такое, что я ему не нравлюсь?! Нет, что за глупости. Конечно, нравишься. Но на всякий случай стоит уточнить… Или всё же надо дорожить этим моментом, обманывая себя. А вдруг это не обман…