– Нет, позже, когда я буду разговаривать с каждым из вас, – ОВ снова улыбнулся, но быстро посерьезнел. – На первой неделе нашего общения группе предстоит несколько тестов, гораздо более серьезных, после которых я сделаю вывод о вашей подготовке. Все характеристики я прочел, но мои выводы будут определяющими.

Он заметил тревогу на лицах и добавил:

– Волноваться не надо. Каждый из вас уже отобран в группу и будет задействован. Главное, как можно точнее определить, как. А пока – самое важное. Без этого мы не начнем работу. Это касается только выпускников этого года, трое других уже подписали контракт. Мне предоставили честь передать это остальным. Будьте добры, раздайте.

Он протянул бумаги Владу, сидящему к нему ближе всех. Тот раздал остальным по листу с напечатанными словами контракта и уже вписанными фамилиями.

– Спасибо, – поблагодарил ОВ Муромцева. – Но прежде, чем вы подпишите, я хочу сказать вот что. Эти прописные истины вы помните с начала учебы. Но сейчас вы подтвердите заключение контракта, и его слова зазвучат для вас иначе. Отлично знаю – вы давно сделали выбор, но обязан еще раз предложить вам подумать над каждым словом.

Когда на вступительной лекции им зачитали текст контракта, Дина, помнится, улыбнулась. Чем-то он напомнил ей клятву пионерской организации, в рядах которой она успела побывать. Но теперь она хорошо понимала, что означает подписаться под магическим текстом.

«Я, получивший сей Дар бесплатно, безвозмездно, от своего рождения или иным способом, обязуюсь:

– использовать его так же безвозмездно,

– не использовать Дар в любых личных, корыстных, низменных и ничтожных целях, на службе у Зла, светской власти, в целях мести или обогащения,

– преумножать свой Дар и употреблять его на цели Добра настолько, насколько это возможно, и даже настолько, насколько не возможно.

Подтверждаю этим обещанием, что если я перестану использовать свой Дар на пользу людей, он отнимется у меня.

Я могу отказаться от Дара сознательно, только передав его в дар другому. В этом случае мой Дар никогда больше не вернется ко мне».

Дина не медлила ни минуты. Уже долгое время слова контракта отвечали потребностям души, целям ее существования. Вероятно, то же чувствовали и другие, ставя свою подпись.

***

Влад, не дожидаясь, пока ОВ попросит, собрал листки. Затем шеф пригласил всех во двор, на специальную площадку для тренировок, расположенную под навесом с левой стороны дома, за флигелем. Здесь было достаточно места. Снаружи по-прежнему валил снег, и казалось, что они с трех сторон окружены белым кружевным тюлем.

– Ну, разрядим обстановку, проведем разминочку, – улыбнулся ОВ. – Думаю, вы успели отдохнуть, правда? Заодно посмотрю вашу реакцию, если хотите – боевые качества.

Дина заволновалась и огляделась по сторонам. Катя и Рута так и остались стоять рядом. Нелли поторопилась выбрать в соперницы Лиду, а близнецы Цурские составили пару друг другу. Без противников остались только Леонид и Влад. Дина вздохнула: ясное дело, мало кого соблазняла перспектива бороться с Муромцевым.

Леня, как она и предвидела, сразу отошел в сторону:

– Я не дерусь. Мне запрещено.

ОВ только понимающе кивнул. Любые энергетические воздействия могли ослабить или исказить информацию, получаемую Леней. Так зачем зря рисковать на тренировочном поединке?

Значит, поняла Дина, они снова сталкиваются с Муромцевым, как соперники. Недолго думая, она подошла к Владу. Тот улыбнулся. Дина с досадой отметила, что пульс у нее участился. Муромцев же выглядел спокойным, хотя наверняка понимал – шеф впервые сейчас увидит их в деле. Они приготовились.

ОВ дал сигнал начинать. Решив, что силы слишком уж неравны, Дина бросилась вперед, даже не отдав традиционного салюта. Влад начал было лениво обороняться, но вскоре понял, что недооценил противника – рука девушки мелькала так быстро, что он пару раз едва успел увернуться от ее коронного ребрового удара.

Со стороны этот бой напоминал разговор глухонемых, почему-то сопровождаемый прыжками. Вот только руками «глухонемые» махали слишком сильно, как будто из их ладоней вылетало нечто невидимое. Собственно, так оно и было. Молодые люди направляли в сторону противника ребра ладоней, как будто намечали удары, или указывали пальцем точку на теле соперника. Это был один из способов энергетического бесконтактного воздействия – в данном случае, в ближнем бою. Но многие из них так же великолепно и точно могли попасть в цель и на расстоянии десяти – пятнадцати метров.

Простой человек от подобных ударов сразу оказался бы на больничной койке, но организм агентов обладал способностью их выдерживать, многократно усиленной за годы постоянных тренировок. Однако, попав в определенные точки, можно было серьезно травмировать, обезножить или парализовать вполне защищенного противника. И даже убить… Но на тренировках, разумеется, силу удара подбирали так, чтобы не допустить травм. Победителем обычно считался тот, кому удавалось сбить соперника с ног.

Дина всегда чувствовала себя раскованно и уверенно в «рукопашном бою», как называли такие энергетические схватки. Но она впервые стояла против Влада – до этого ему в соперники всегда выбирали мужчин. Дина постаралась забыть, что ОВ смотрит сейчас на них оценивающе, и полностью сосредоточилась на поединке.

Влад с трудом отбил пару ее ударов. До этого Муромцев никогда не дрался из защиты, а всегда нападал первым. Дина видела – он разозлился и, наконец, по-настоящему собрался, оценив противника. Наконец, ему удалось поймать момент, и он сам рванул в атаку – Дина отбила ее. На второй его попытке девушка сделала обманный финт и на встречный выпад ушла в сторону. Но заметила, как Влад с разворота посылает удар ей голову, и со страха несколько сильнее, чем стоило, резанула его по ногам. Влад не удержался и оказался на полу. Видя, как он сморщился от боли, и чувствуя себя виноватой, что превысила силу удара, Дина подошла к нему, опустив руки:

– Прости, не рассчитала.

Она бросила взгляд на ОВ, но шеф, очевидно, не счел поединок законченным и не дал противникам знака о прекращении. А Влад и не собирался сдаваться добровольно. Преодолевая боль, он вскочил на ноги, и тут уж показал себя во всей своей красе. Его руки замелькали так быстро, что растерянная Дина едва уворачивалась. Парень сразу попал ей по запястью, и девушка уже не могла нормально прицеливаться. Каждое движение давалось ей теперь с болью.

В самом начале поединка в душе у Дины боролись смешанные чувства. Ей вовсе не хотелось получать очки за счет Муромцева, да и шансы на симпатию со стороны Влада после его проигрыша станут совсем мизерными. Но, почувствовав, что Муромцев выигрывает, девушка решила приложить все силы, чтобы вырвать победу.

Финал поединка получился сомнительным. Один раз Дина попала Владу в голову, посылая удар своеобразным способом – на ходу раскрывая кулак. Площадь воздействия такого удара была значительно обширней, чем у ребрового или точечного, и у Влада из носа сразу потекла кровь. Но затем Дина сама пропустила по голове. Удар пришелся по касательной, но в ушах у девушки зазвенело. Теперь она едва успевала выставлять защиту специальным крестообразным движением – после того, как Дина отбила несколько новых, нацеленных в голову, ударов, руки уже едва поднимались. Но вот сбить ее с ног Муромцеву так и не удалось. Так что в итоге она не знала, радоваться ей или расстраиваться.

– Достаточно! – ОВ поднял руку, как если бы был распорядителем на турнире. Девять пар глаз моментально обернулись в его сторону. Дина тоже посмотрела на него вопросительно, однако ОВ, похоже, не собирался никого поощрять или объявлять проигравшим.

– Ну что, все очень хорошо, – в его голосе появилось радостное нетерпение. – Думаю, надо познакомиться поближе. Пойдемте в помещение, раздам вам небольшой тест на преобразование вещества, а пока будете делать, побеседую с каждым в отдельности.

Нелли подошла к Владу, ахнув при виде крови, достала свой тонкий носовой платочек и нежным движением приложила его к носу Муромцева.

– Чепуха! – отмахнулся он раздраженно и повернулся к Дине:

– Ну что, – произнес он, в точности повторяя интонации шефа, – совсем неплохо, Корнеева. Отличная разминка!

Его вид не позволял усомниться в том, что он считает победителем себя, а к проигравшей испытывает нечто вроде уважительного снисхождения. Дина поморщилась, но, помня, как он любит комплименты, взяла себя в руки и произнесла:

– Приятно подраться с таким соперником!

Нелли бросила на нее презрительный взгляд и взяла Влада под руку. Она тоже, разумеется, не сомневалась, что победу одержал Муромцев.

КРИС

Крис вернулся в усадьбу под утро, вошел через отдельный вход во флигеле и поднялся к себе в кабинет. Конечно, сразу же появилась Анна. При виде хозяина лицо ее расцвело:

– Слава Богу, вы живы, здоровы! О, Йезус-Мария, какой у вас измученный вид!

– Не беспокойтесь, Анна, я просто немного устал.

– Сейчас я принесу вам ужин.

– Нет, нет, если можно, только крепкого кофе и пару бутербродов, – попросил он.

Анна огорченно кивнула – она специально состряпала его любимые цепеллины. Но беспрекословно принесла Крису, что он просил, потому что знала – уговаривать бесполезно.

– Группа приехала? – поинтересовался он, когда Анна подставила поднос на стол.

– Приехали шестеро. Я разместила всех в соответствии с вашими указаниями. Еще трое будут сегодня утром.

– Да, да. Пригласите их после обеда в комнату для занятий.

Перекусив, Крис присел за стол и задумался. Глянул в окно. Светало, но из-за обильного снегопада было пасмурно. Его любимого пруда почти не видно, только голые, озябшие рябинки на той его стороне указывают, где находится берег. Спать Крис уже не собирался – организм был приучен долгое время обходиться без отдыха. Но душевного спокойствия после поездки, конечно же, не было – впечатления остались тяжелыми. Да, Воронеж всегда был напряженной зоной, но так активизироваться в Питере! Сложный, неоднозначный город, однако один из лучших бастионов Защиты, родина нескольких династий самый продвинутых мастеров.

Крис с досадой сжал кулаки. За последний год ничто так и не сдвинулось с места, ну, или почти не сдвинулось, а кое в чем стало еще хуже. Когда он последний раз просыпался без мысли о неприятностях, прошлых или будущих? Враг усиливался и в столице, а в воздухе незримо витало то, что могли почувствовать лишь немногие. Что там Воронеж и Питер? Поездка только подтвердила, что нападения – вовсе не инициатива местных взломщиков. Все планируется из центра, разрабатывается кропотливо, выполняется точно, в соответствии с назначенным местом и временем.

За столь короткий период Хатрайд создал хитрую, плотную сеть в каждом городе России, а Защита оказалась не способной что-либо ему противопоставить. Но главной ареной битвы выбрана, без сомнений, Москва. Конечно, Хатрайдом занимается особый отдел, выясняя – кому же выгодно создавать здесь площадку для новых фашистов. Но время… Сколько времени они потеряли! Еще одно поколение вырастет без прививки от шовинизма.

Перед Крисом стояла сейчас другая задача – проще и одновременно тяжелей. Хатрайда надо обнаружить и обезвредить чисто физически. Место его займет другая сволочь, но ущерб будет нанесен немалый. Так сказать, роль личности в истории…

А тут, плюс ко всем неприятностям, еще информация от ГЗ… Крис сидел и вспоминал до мельчайших подробностей вчерашнюю встречу с бывшим шефом. После возвращения в Москву Крис не сразу отправился к себе в усадьбу. Передав в Управление необходимые отчеты, он на один день заехал к ГЗ. Тот сам попросил его об этом, намекая на важный разговор. Удивительно, что ГЗ пригласил его не в Управление, а к себе на квартиру – здесь Крис бывал еще в первые годы работы.

Было странно снова прийти к ГЗ в эту маленькую, скромную хрущевку на окраине Москвы. Невольно нахлынули воспоминания. Конечно, Крис не мог не догадаться, о ком пойдет речь. Пока Змен существовал на одной с ним планете, пусть и в самой дальней точке Земли, спокойствия ждать не приходилось. Но за последний год о нем почти не было слышно. Змен… Громкая кличка отлично отражала сущность. Еще один, но совершенно особенный тип, Змен давно стал глубоко личным врагом. Слишком многое связывает между собой некоторых противников, порою, куда больше, чем неразлучных друзей. «Близкий враг», как называл его Крис.

ГЗ долго выкладывал ему данные, сообщения патрулей, информацию от внедренных агентов. Все это подтверждало тот факт, что Змен в городе. Однако во время разговора шеф ни слова не произнес о том, что Крис должен взять эту проблему на себя. Приказать ему ГЗ ничего не мог – Крис подчинялся теперь напрямую самым высшим структурам Управления. К тому же ГЗ прекрасно знал, что у Криса хватает головной боли и без Змена. Знал он также и то, что Крис не сможет проигнорировать услышанное. Они уже прощались, когда ГЗ сказал:

– Крис. Мне кажется, перед Зменом сейчас поставлена задача необычайной важности. Эта задача – ты, Крис.

– Тоже мне, новость… Сколько я помню, он всегда пытался уничтожить меня.

– Ты не совсем понял. Ничем другим он, похоже, сейчас и не занимается. Только ты, Крис.

– Откуда вы это взяли?

– Не списывай меня со счетов, дорогой.

– Ну что ж. Это будет мне несколько мешать, – вздохнул Крис.

– Нет. Я думаю, это тебе поможет. Поможет обнаружить его. Думаю, в Управлении были бы не против твоих самостоятельных действий. Тебе давно предоставлена такая свобода, что мне никогда и не снилась.

– У этой свободы – высокая цена, – усмехнулся Крис. – Но вы правы, работать так намного легче…

Через пару часов Крис услышал шум подъехавшей машины и прервал размышления. Так, еще трое прибыли. Он посмотрел на часы. У него была прекрасная память, но стоило освежить в голове характеристики выпускников, чтобы побыстрее подойти к делу. Он достал флэшку и включил компьютер, пролистал необходимую информацию, внимательно останавливаясь на каждом личном деле.

Странно, сегодня что-то еще мучило Криса, и казалось удивительным, что он не смог быстро определить причину беспокойства. Точнее, вообще так и не смог определить. «Что это? Выдыхаюсь?» – подумал он. Тревога эта имела странные свойства.

Во-первых, касалась только его одного. Но в свете сказанного ГЗ это могло объясняться происками Змена. Во-вторых, эта новая тревога вызывала интересные ассоциации, усиливаясь при мыслях о предстоящем Новом годе. Что-то, связанное с забытыми запахами любимого праздника. И уж тут-то Змен, скорее всего, ни при чем.

К своим самым тонким и непонятным ощущениям за многие годы работы он привык прислушиваться. Абсолютно необходимо считаться с тем, что подсказывают ему свыше. То, что люди обычно называют беспричинной хандрой, вызванной переменой погоды, недосыпом или недомоганием, для Криса было слишком значительным. Невидимые и никем не ощущаемые нити событий, витавшие в воздухе коллективные настроения – все это он должен принимать, как некие сигналы, специально настраивая себя на нужную волну.

Крис снова посмотрел в окно. Действительно, пейзаж скорее навевал мысли о Рождественских каникулах. А ведь пока только первая декада ноября. Ему был виден выступающий угол дома. Окошко кабинета находилось почти напротив окна второго этажа основного здания. Крис заметил в нем движение. Ага, кажется, кто-то уже обнаружил шефа на месте. Кто это, интересно? В угловой комнате, самой ближней ко флигелю, он поселил двух молодых людей, на которых возлагал особые надежды – Леонида и Влада. Крис вернулся к просмотру характеристик.

Итак, надо сосредоточиться. Идея создания группы из недавних выпускников принадлежала самому Крису. Дело в том, что мастера с квалификацией, которых присылали ему в помощь, не очень-то старались в точности выполнять его указания, считая себя и так вполне компетентными. Несколько раз это заканчивалось потерей людей. Ему нужна была группа, которая станет его руками, глазами, группа, которую проще подготовить самому.

Возможно, его тревога связана с этими еще незнакомыми людьми? И в самом деле, он почувствовал это беспокойство, когда начал просматривать их дела. Да нет, он убежден, с этой стороны ждать происков врага не стоило – все студенты многократно и тщательно проверены. Наверное, не стоило. Но ничего не исключать – было правилом его жизни. Впрочем, как можно готовить группу, не доверяя ей информации и планов? На собственные способности видеть людей, разумеется, можно полагаться.

Так, что еще надо сделать до обеда? Сеанс связи с собственным агентом – необходимо передать информацию об одной из засветившихся баз Хатрайда. Затем «час общения» – так называл Крис время, когда пытался подключиться к информации самостоятельно, перехватывая сообщения незадачливых и неаккуратных агентов Взлома. И аналитический час – время, когда он отключался от любой информации извне, создавая вокруг себя пустое энергетическое пространство. В это время ему чаще всего приходили в голову нужные идеи и правильные выводы.

На обед он решил не спускаться, Анна снова принесла еду прямо в кабинет. Ну что ж, а теперь пора лично познакомиться со своей новой группой. Крис вымыл лицо ледяной водой и отправился вниз.

***

Увидев их, Крис испытал удовлетворение, даже радость. Казалось, он знает всех уже давно, так хорошо их описал ректор Университета. Да, это то, что ему нужно. Одаренные, яркие личности, каждый – по-своему, по этому принципу он и просил своего давнего друга подобрать ему выпускников. Конечно, они пока встревожены и ждут, что он скажет. Ничего, скоро все они станут понимать друг друга достаточно хорошо. Криса они будут знать под псевдонимом ОВ. Под этим же ником его знали и в Управлении, ну, кроме старых друзей, разумеется. Агентам подобного уровня присваивалась аббревиатура. Если Криса не станет, под ней будет работать другой защитник. Так что псевдоним обозначал не столько имя, сколько должность. В данном случае его зашифровали как «Отпор Взлому».

Общение с группой Крис начал, как и полагалось, с подписания контракта. После чего, чтобы разрядить атмосферу, а заодно и понаблюдать за людьми в более раскованной обстановке, предложил тренировочный поединок на улице. Во время таких сражений сразу видно, у кого какие реакция и темперамент.

Он остался доволен разминкой и, конечно, сразу выделил несколько человек, хотя никак этого не показал. Конечно, прекрасно выглядели близнецы. Но особенно интересной показалась единственная пара, где девушка сражалась с парнем. Крис видел, как она одержала явную победу, но не стал прерывать поединок и наблюдал, как быстро восстановился Муромцев, и как мужественно держалась Корнеева. Похоже, силы у этой парочки практически равные, хотя Владимир занимается рукопашкой с раннего детства, а Дина впервые узнала об этом виде единоборств только в Университете. «Повнимательнее присмотрись к Муромцеву и Корнеевой, – вспомнились слова ректора. – У обоих задатки лидера слишком явные, их нужно держать на почтительном расстоянии друг от друга».

Да, Володя Муромцев казался уже сложившимся мастером, к тому же явно притягивал взгляды всей женской половины группы. Но какой ловкой оказалась девушка, а смелости и куража у нее хватит на двоих! Кстати, судя по характеристике, ректор особенно симпатизирует Корнеевой.

Крис вдруг снова почувствовал сильное беспокойство. Он задержался на терраске, пропуская всех в дом. Из коридора выглянула Анна, о чем-то его спрашивая. Крис отвел взгляд от проходившей мимо Дины.

– Да, да, конечно, – ответил он экономке.

– Что – «конечно?» – изумилась та. – Я спросила, во сколько подавать ужин?

– Простите… – Крис встряхнул головой. – Покормите людей часов в семь. Я уеду сразу после занятий, буду поздно.

Анна ушла, а Крис отправился вслед за остальными в учебку. «Ладно, присмотрюсь потом», – решил он. Но когда все вернулись в усадьбу, поймал себя на странных чувствах: его глаза будто сами выискивали среди выпускников невысокую фигурку Корнеевой. Даже когда взгляд был направлен на кого-то другого, Крис боковым зрением видел ее коротко стриженные каштановые волосы, чувствовал стремительность ее движений, слышал негромкие реплики. К странностям своего восприятия он привык относиться спокойно, а разбираться пока было некогда – все уже расселись по своим местам.