Глава 3

Кортеж Фредерика Вайса остановился у входа в Мрок.

Фред вышел из машины. Окинул взглядом то, что когда-то было неприступной крепостью. Чёрный дым вздымается в зимнее небо, едкий запах гари режет нос, по бокам в огне догорают тела караульных солдат.

Ухмыльнувшись, он двинулся вперед.

Быстрым, уверенным шагом он движется к цели – забрать своё.

Мрок погрузился в хаос. Мутанты рвут людей на части, пожирая куски плоти еще живых тел. Снег стал кроваво-красным. Повсюду валяются фрагменты человеческих тел, кишки растянуты вдоль дороги, липкие, блестящие. Фредерик с кошачьей брезгливостью перешагивает кровавое месиво на своём пути.

Выстрелы рвут воздух.

Фред прислушивается, всматривается в пространство, пытаясь найти знакомую фигуру Рикардо Брейда, но тщетно. Крики боли, ужаса и раскаты автоматных очередей мешают сосредоточиться, давят на слух.

Запах смерти витает в воздухе. Металлический аромат оседает на чувствительных рецепторах, пробуждая внутреннего зверя. В груди поднимается знакомое желание убивать. Оно, как болезненная ломка, требует дозу человеческих жизней. По телу проходит судорога адской боли. Фред останавливается. Его лицо искажается в гримасе злобы, губы дрожат.

– Ты уже справлялся с этим… – сквозь сжатые зубы прошептал он. – Не будь слабаком.

Дыхание ускорилось, стало рваным, шумным. Сердце тарабанит в груди с бешеной скоростью, отдаётся в висках. Вибрирующий рык доносится изнутри, поднимается по горлу.

Фред прикрыл веки.

Глубокий вдох – до боли в лёгких. Задержал дыхание.

В ушах гомон, звуки сводят с ума. Крики людей провоцируют, раздражают. Инстинкт хищника толкает вперёд, требует добить жертву. Монстр рвется на охоту, царапает изнутри.

– Не сейчас! – прорычал Вайс не своим голосом.

Он сжал кулаки до хруста. Жилы выступили под кожей, натянулись до боли. Мышцы от напряжения задрожали по всему телу. Сомкнутые зубы захрустели под давлением челюстей.

Мелькающие картинки, где он отрывает головы, разрывает кричащие от ужаса рты, постепенно вытесняются новыми – теми, на которых он видит план, который давно вынашивал.

Фред видит свою дочь. Она разгоняет темноту, начавшую поглощать его разум.

Протяжный, громкий выдох выходит из лёгких. Облако пара расползается в морозном воздухе. Пульс, затихая, приходит в норму. Пальцы медленно разжимаются, в ладонях остается тупая боль. Фредерик проглатывает образовавшийся ком в горле.

Он вернул контроль над собой.

– Так-то лучше, – произнес Фред, открыв глаза.

Пройдя несколько сот метров, его путь преградил мутировавший волк. Тварь остановилась в паре метрах. Дергая головой, она принюхивается, раздувая широкие ноздри. Клоки шерсти, слипшиеся от крови, прилипли к оголенной коже. Из-под рёбер, через рваное ранение, виднеется разорванная печень. Черная густая кровь стекает вниз, тягучей струей капает на снег.

Вайс протягивает руку к твари. Та доверчиво подаётся ему навстречу.

Фред всю свою сознательную жизнь любил собак и волков.

К волкам он испытывал особенный трепет и уважение. Они были как древние стражи леса – мудрые, неподкупные. Их законы просты: сила, сплоченность, выживание. В их стае нет лицемерия. Только жизнь по правилам, которые не меняются веками.

А люди…

К ним у Фреда было абсолютно противоположное чувство. Горькое разочарование. Он смотрел на них и видел существ, которые сами придумали себе законы, а потом с лёгкостью их нарушали. Они лгали. Они предавали. Они играли в доброту, в дружбу, в любовь – но всё это было лишь маской, за которой пряталась слабость или корысть.

Человек может предать без сожаления. Может улыбаться – и вонзить нож в спину.

Выстрел прорезает воздух.

Из головы мутанта фейерверком вылетают ошметки мозга. Тварь заваливается на бок. Мощное тело несколько раз вздрагивает в конвульсиях и затихает, зарывая морду в снег.

– Мистер Вайс, тут опасно, – раскрасневшийся невысокий солдат подбегает к Фреду, тяжело дыша.

Фредерик сжимает пальцы.

В груди на секунду неприятно тянет. Ему жаль мутанта. Волк хотел получить хоть каплю ласки. Вместо этого получил пулю.

– Пошёл отсюда, – ледяным тоном ответил он и двинулся вперёд.

Солдат замер, глядя вслед удаляющейся фигуре. Вайс расслабленно шагает, абсолютно безоружный, будто вокруг не было мутантов и опасности.

Военный, помешкав пару секунд, вскинул винтовку.

Прицеливаясь, прошептал:

– Пошёл ты. Заносчивый гавнюк.

Чёрная макушка Вайса попалась в прицел. Палец удерживает курок. Солдат задерживает дыхание перед выстрелом.

Удар в бок сбивает военного с ног. Винтовка вылетает из рук. Он падает, плечо пронзает острая боль. Чёрные когти впиваются в тело. Кровь тут же теплом разливается по коже, пропитывает форму. Длинная волчья морда в оскале – прямо перед его лицом. Монстр смотрит на него одним черным глазом. Острые длинные клыки покрыты кровавой слюной и пеной.

Сама смерть нависла над ним.

Мгновение – и челюсти сомкнулись на его лице. Хруст черепа под клыками, рычание твари. Волк, мотнув головой, содрал скальп и всю кожу с лица солдата. Тот истошно закричал, попытался выбраться из-под тяжелой туши. Мутант проглотил его плоть и через секунду одним движением перегрыз парню шею, навсегда оборвав крик.

Фредерик Вайс дёрнул на себя двери госпиталя.

На него уставились две пары округлившихся глаз. Медбратья неуверенно держат в худых, подрагивающих руках автоматы.

– Мистер Вайс… – проблеял один из них.

Вайс делает шаг внутрь:

– Собственной персоной.

Запах пота оседает в его носу, заставляя поморщиться.

Снова эта трусость, которая так раздражает Вайса. Он ускоряет шаг, чтобы не соблазниться искушению свернуть шеи дрожащим подобиям мужчин.

В больнице всё затихло. Словно она абсолютно пуста.

Только частое, сбивчивое биение множества сердец выдает наличие в ней людей.

Подходя к кабинету Поинта, Фред почувствовал не свойственное ему лёгкое волнение. Он размял шею рукой.

Пальцем постучал два раза и, не дожидаясь ответа, толкнул дверь.

Войдя в кабинет, в нос ударил спертый старческий запах. Лекарственные препараты и различные химикаты въедаются в слизистую, неприятно щекоча где-то глубоко внутри.

– Док, вылезай, – Фред достал носовой платок и высморкался в него, пытаясь избавиться от навязчивого свербения в носу.

Из-за полок с документами раздалось шарканье ног. Появилась седая взъерошенная голова, помятый халат, чёрные круги под глазами. Вид доктора ясно сигнализировал об усталости.

Поинт, морщась, уселся за стол, тяжело опираясь ладонями.

– Приветствую, Фред.

– Неважно выглядишь, док.

– Куда уж мне до тебя, – тяжело выдохнул Поинт.

Фредерик подтянул стул ближе, плавно присел на него. Откинулся на спинку. Чуть наклонив голову вбок, внимательно посмотрел на старика. Тот, не выдержав взгляда, отвел глаза в сторону.

– Я пришел забрать свое, – Фред скрестил пальцы в замок и прохрустел ими.

Мэтью Поинт, потупив глаза, кивнул головой. Наклонившись вперед, набрал код на замке.

Сейф, щёлкнув, распахнул двери. Дрожащие старческие руки достали металлический кейс. Привстав, доктор поставил его перед Вайсом.

– Свою часть договора, – Поинт присаживается на скрипучий стул, – я выполнил.

Фред подтягивает к себе кейс. Быстрым движением пальцев вводит код на маленькой панели. Крышка бесшумно приподнимается.

На хладо-элементе лежат три пузырька, наполненные красной жидкостью.

Сердце Вайса пропустило пару ударов. Он еле заметно сглотнул поднявшееся к горлу волнение. Грудь на мгновение сжалась.

Поднял глаза на Поинта:

– Действует как надо?

Старик, положив перед собой красную папку, произнес:

– Работал так, как указано здесь, – старческий палец коснулся папки. – Вайс, я рассчитываю на твою честность.

Фредерик защелкнул крышку кейса. Поднялся, взял металлический чемоданчик, чувствуя его вес в руке.

– Поинт, всё будет, – он вздернул брови, – улажу свои дела и вернусь.

– Поторопись, – доктор поджал губы, – чувствую, мне недолго осталось.

– Дождись, Мэтью.

Доктор провёл ладонью по морщинистому лицу, медленно выдохнул. Поправил дужку очков.

– Фредерик, дай мне один экземпляр. Я обещаю…

– Нет, – Вайс развернулся по направлению к двери. – Это не обсуждается.

Старик поднялся. Ножки стула заскрипели по полу.

– Фред, я могу не дожить до этого! – прокричал он, срываясь.

Фредерик остановился вполоборота.

– Постарайся, – развел руками, – это только в твоих интересах.

– Чёрт! – старик хлопнул ладонью по столу.

– Спрячь документы, Мэт, – произнёс Фред с каменным лицом. – Если они пропадут, я буду тебя воскрешать и убивать до скончания веков. Самыми изощренными способами. Ты знаешь, я в этом мастер.

Старик тут же взял красную папку, закинул её в сейф. Щелчок – и драгоценные бумаги спрятаны от чужих глаз.

– Умничка, – белоснежная улыбка озарила лицо Фредерика.

Мэтью Поинт хлопнул себя пальцами по лбу:

– Чуть не забыл. Касаемо Мэгги… – он сделал паузу, сглотнул. – В общем, Фред, от мутирования её удерживает… как бы правильно выразиться…

– Док, говори, как есть. У меня мало времени.

Поинт, прокашлявшись, продолжил:

– Мутацию удерживают… Твои физиологические выделения, то есть слюна, кровь и возможно… семя.

Фредерик хмыкнув приподнял бровь:

– Вот как. Интересно. Это распространяется на всех?

– Только на укушенных с минимальной вирусной нагрузкой, – док покачал головой. – В остальных случаях процесс уже необратим.

– Отлично. Док, если тебя укусят, я с удовольствием плюну тебе в рот, – улыбаясь, Вайс подмигнул старику.

Мэтью, прикрыв глаза, взялся пальцами за переносицу. Плечи тяжело опустились.

– Ты неисправим.

– И в этом моя сила.

Фред дёрнул на себя дверь и, уже выходя, бросил через плечо:

– Док, мой тебе совет – забаррикадируйся внутри. Я вернусь через несколько дней. Но эти дни тут будет происходить ад. Не выходи из кабинета ни под каким предлогом, – пожал плечом. – Если, конечно, хочешь жить.

– Вайс…

– Адьес, амигос, – Фред скрылся за дверью.

Звук шагов Вайса быстро растворился в коридоре, утонул в далёких криках и грохоте.

Мэтью Поинт несколько секунд стоял неподвижно. Сгорбленный силуэт, опущенные плечи. Руки мелко дрожат.

Он медленно выдохнул и только сейчас понял, что всё это время задерживал дыхание.

– Господи… – прошептал он в пустоту.

Старик поднял дрожащую руку, посмотрел на пальцы. Они не слушались. Суставы ныли. Сердце билось неровно, с перебоями, будто решало – стоит ли продолжать.

Он медленно повернул голову к сейфу.

Красная папка была там. Закрыта. Спрятана.

Поинт сглотнул. Во рту сухо, язык липнет к нёбу. Он провёл ладонью по лицу. Очки сползли – он даже не стал их поправлять.

Вдалеке раздался короткий крик.

Ещё один.

Потом автоматная очередь.

Поинт вздрогнул всем телом. Сжался, как от удара. Инстинктивно подался ближе к столу, будто тот мог защитить.

– Ад… – выдохнул он.

Старик медленно оперся на край стола. Ноги подгибаются. Каждый шаг отдается в пояснице.

Он подошёл к сейфу, проверил замок. Раз. Еще раз. Руки трясутся сильнее.

Затем – к двери.

Поинт пододвинул шкаф. Потом ещё один.