Глава 4

Набираю номер мистера Джонсона. В трубке телефона – длинные, тянущиеся гудки. Сэм заглядывает в экран:

– Ухажёр не берёт трубку? – на его губах мелькает ленивая, насмешливая улыбка.

Он стоит слишком близко. Настолько близко, что я ощущаю тепло дыхания на щеке, неотразимый запах его парфюма, в котором смешаны ароматы мускуса, табака и цитруса. Мурашки мгновенно пробегают по рукам, спине и шее, вызывая мелкую дрожь. Лёгкое прикосновение его пальцев к моей руке кажется огнём, и я резко вдыхаю, пытаясь вернуть контроль над дыханием.

Наши взгляды встречаются.

Его голубые глаза становятся глубже, темнее, насыщенными чем-то магическим. Он медленно изучает моё лицо, будто пытается прочесть всё, что я стараюсь скрыть. Сердце делает лишний удар, сбиваясь с привычного ритма. Бабочки внизу живота, будто сорвались с цепи, и всё тело напрягается, притягиваясь к нему.

Слышу его дыхание – тихое, ровное. Оно обволакивает меня, проникает в самые глубокие уголки сознания, вызывая странное необузданное желание. Кажется, мир вокруг исчезает, остаются только мы двое. Чем ближе он, тем труднее сохранить холодный рассудок. Желание броситься ему навстречу противоречит здравому смыслу.

Так, Кейт… возьми себя в руки! – внутренний голос вырывает меня из-под гипнотического взгляда Сэма.

Для него ты всего лишь очередная интрижка. Потом будешь жалеть. Не делай глупостей.

– Сэм, это не смешно, – выдыхаю я и отстраняюсь, отступая на пару шагов.

Нажимаю красную кнопку на телефоне. Замечаю, как ладонь слегка дрожит.

– Мистер Джонсон выглядел плохо. Вдруг ему нужна помощь. Он ведь совсем один…

– Кейт, – лениво протягивает Сэм, устраиваясь на диване, скрестив руки за головой, – он старик. В его возрасте уже невозможно выглядеть хорошо.

Я фыркаю. Он даже не поднимает взгляда, просто довольно улыбается. Эта ухмылка выводит меня из себя.

Мэгги открывает холодильник, заглядывает внутрь и разочарованно выдыхает:

– Тут даже мыши на верёвке нет! Из чего я должна приготовить праздничный ужин, м?

– Я предупреждала, – развожу руки в стороны.

– Ладно, дам вам логичный совет, – Ник опирается о стену, скрещивает руки на груди. – Поднимаем свои красивые пятые точки и едем в магазин.

Мэгги резко бросает на него огненный взгляд. В нём, кажется, уже отражается подробный план, как захватить тело Николаса. Ещё немного, и из уголков губ начнёт капать слюна. Сэм это мгновенно подмечает и ухмыляется, его глаза блестят озорством.

– Я помогу, сестрёнка, – говорит он, берёт салфетку и демонстративно промакивает уголки губ Мэгги.

– Придурок, – отмахивается та, её щёки моментально вспыхивают.

Сэм смеётся. Громко, заразительно. Я не выдерживаю и тоже смеюсь. Даже Ник улыбается.

– Мэг, собирайся. Нужно пополнить запасы нашей именинницы, – говорит он. – Кейт, я же всегда учил тебя: провизия дома должна быть. Всегда.

– Полностью согласна, – Мэг накидывает куртку. – Вдруг зомби-апокалипсис, а у нас – шаром покати! Что будем делать? Помрём с голоду? Или… Блэка съедим?

Пёс поднимает голову и вопросительно смотрит на неё.

– Говорят, собачатина – ничего на вкус, – смеётся Сэм. – Хотя шерсти на нём многовато… замучаемся.

– Фу! Хватит! Меня сейчас стошнит! – пищу я, прикрывая рот рукой.

– Всё, я пошла, – быстро тараторит Мэг. – А то и меня съедят!

Ник направляется к выходу:

– Ну что, детишки, оставляю вас одних, – наигранно серьёзно говорит он, глядя то на меня, то на Сэма. – Сэм, надеюсь на твою порядочность. До свадьбы – ни-ни. – Он грозит пальцем.

Щёки моментально вспыхивают.

– Хорошо, папочка, – спокойно парирует Сэм, чуть вздёрнув подбородок. В его взгляде играют смешинки.

Ник хмыкает, одобрительно кивает.

– Дверь никому не открывайте! Взрослых нет дома! – уже с порога громко бросает он. – Блэк, старина, присмотри за ними, чтобы они не натворили глупостей.

Пёс лишь зевает в ответ, разворачивается и уходит на своё место.

Дверь за Ником и Мэгги захлопнулась, и тишина накрыла дом, как плотное одеяло.

Снаружи – только дождь. Он барабанит по крыше, капли струйками стекают по стеклу.

Я делаю шаг к окну, смотрю, как чёрный джип исчезает за поворотом.

Вот и всё. Остались вдвоём.

В доме стало темно, свинцовые тучи затянули всё небо. Наблюдаю у окна, как жёлтые листья покидают деревья.

Слышу, как Сэм тихо подходит сзади.

– Ну что, Кэтрин, – говорит он, – какой у нас план? Сидим, ждём, пока папочка с Мэг вернётся, или развлечёмся?

Я резко разворачиваюсь, сердце слегка подпрыгивает:

– Что?! Ты за кого меня принимаешь? – стараюсь придать голосу твёрдость.

– Ты о чём? – улыбаясь, протяжно произносит Сэм. – Я всего лишь имел в виду что-то типа «гляделок».

Фыркаю, чувствуя, как щёки вспыхивают:

– Я о том, что ты слишком самоуверенный и… в этой игре мне нет равных.

Он усмехается.

– Проверим, – тихо говорит он.

Сэм неожиданно подаётся вперёд. Между нами остаётся слишком мало места.

Его глаза ловят мои – я не в силах отвести взгляд.

Вижу зарождающуюся бурю в этих хищных голубых глазах. В них отражается… страсть, тепло, опасность.

Секунда.

Две.

Три.

Моё сердце сходит с ритма.

Я не дышу.

Лампочка начинает моргать – весь мир сужается до этого взгляда.

– Сдаёшься? – шепчет он.

– Я никогда не сдаюсь, – отвечаю я тихо. Голос предательски дрожит.

Он улыбается. Медленно тянется к мне, убирая прядь волос с моего лица. Его пальцы скользят по щеке, оставляя за собой горячий след.

Я хочу отойти. Хочу сказать, что я не такая, не распускай руки и вообще вспомни, о чём тебя предупредил Ник… Но не могу.

Ноги будто приросли к полу, а слова застряли где-то в горле.

– Опасная игра, Кейт, – тихо говорит он. – Стоит тебе посмотреть чуть дольше… и я забуду, где границы.

Он говорит это так близко, что его дыхание касается моих губ.

– Тогда не смотри, – шепчу я.

– Поздно. Я попал в омут этих зелёных глаз и… – он нежно приподнимает мой подбородок.

Наши взгляды снова встречаются.

Мир на секунду перестаёт существовать. Сердце пропускает пару ударов.

Громкий лай Блэка заставляет меня вздрогнуть.

Сэм отступает на шаг, нервно усмехаясь.

– Твою мать… Пёс, вот какого фаллического символа именно сейчас ты решил включить охранника? Не зря ты мне сразу не понравился.

– Спасибо, Блэк, – выдыхаю я, чувствуя, как щёки пылают. – Спасибо, что спас меня от совершения глупого поступка, о котором потом пришлось бы пожалеть.

– Кейт, не бойся меня. – Сэм становится полностью серьёзным. – Если бы мне нужен был просто секс, я бы не ехал сюда. Девушка на один вечер – мне… мне это уже не интересно.

Он снова начинает медленно приближаться ко мне.

– Сэм… – выдыхаю я, сама не зная, чего хочу больше – чтобы он остановился или подошёл ближе.

Он не отвечает. Его взгляд – пронзительный, искренний.

Блэк, как по сигналу судьбы, резко подаёт голос:

– Гав!

– Чёрт! – выдыхает Сэм. – Ненавижу, когда меня перебивают!

Он раздражённо проводит рукой по волосам.

– Мы вернёмся к этому разговору, – говорит он тихо, снова бросая короткий взгляд на меня. – Обещаю.

Поворачивается к псу, в голосе снова появляется сарказм:

– А ты, мохнатая сигнализация, готовься. Ещё раз тявкнешь – выкручу эту дерьмовую лампу и вставлю её тебе в мохнатую задницу.

Я не сдерживаю смешок. Сэм бросает на меня косой взгляд – в нём снова появляется тот самый завораживающий блеск.

– Кейт, в этом доме есть запасные лампочки? Если эта продолжит мигать, я точно слечу с катушек.

– Возможно, – пожимаю плечами, лениво делая глоток остывшего кофе. – Посмотри в подвале, может, на верхних полках что-нибудь найдёшь.

– Ты отправляешь меня туда одного? – Сэм изображает ужас. – А если там пауки? Или, не дай бог, из темноты выскочит монстр?

Не удерживаюсь от улыбки.

– Поверь, пауки, увидев тебя, сбегут оттуда первыми. Возьми с собой Блэка, он спасёт тебя от бабайки.

Сэм фыркает и, буркнув что-то себе под нос, медленно спускается в подвал. Его шаги глухо отдаются по ступеням.

– Если не вернусь – это будет на твоей совести! – кричит он снизу.

Я усмехаюсь, качая головой, но улыбка сама собой проскальзывает. Что это? Лёгкая дрожь по коже, будто кто-то провёл пальцами по плечам. Сердце стучит быстрее, дыхание срывается с привычного ритма, ладони чуть потеют.

Это та самая химия, о которой все говорят, снимают фильмы и любовные сериалы? Почему каждый взгляд, каждая его улыбка ощущается так… остро? Почему мне кажется, что я знаю этого человека уже давно, будто мы встретились не впервые, а продолжаем историю, начатую где-то в другом месте и времени?

Или мне просто кажется, и я опять себе что-то напридумывала?

Кейт… куда тебя потянуло?

Ты же сама давала обещание. Обещала маме, что у тебя никогда в жизни не будет отношений с мужчинами.

Они причиняют только боль, оставляя после себя выжженное, чёрное сердце. Разум кричит: «Не открывайся. Не поддавайся. Держи дистанцию».

Так что займись делом. Сосредоточься на том, что реально, что можно контролировать.

В голову приходит мысль: пока все заняты, нужно проведать мистера Джонсона. Что-то внутри не даёт мне покоя – тень беспокойства царапает изнутри.

Быстро накидываю куртку. Дождь лениво моросит, холодные капли щекочут кожу. Блэк выходит следом, тихо ступая рядом. Его движения уверенные, почти беззвучные. Я замечаю, как его глаза постоянно сканируют пространство вокруг.

Возле забора я замечаю старика. Он медленно бродит по своей придомовой территории, словно ищет что-то. Одежда на нём полностью промокла, вода тонкими струйками стекает с рукавов. Седые мокрые волосы прилипли к голове.

– Он что, всё это время был под дождём?.. – шепчу я. Романтичностью Джонсон никогда не отличался. Да и возраст уже не тот для таких прогулок.

Нужно узнать, что происходит.

Я подхожу ближе. Возле лавки валяется его трость.

– Хм… – сердце начинает биться быстрее. – Он уже несколько лет не может передвигаться без неё… Вакцина?.. Неужели она и правда… действует? Старость отступает?..

Но что-то в его походке неправильное.

Старик раскачивается из стороны в сторону, как марионетка, медленно бредёт к дому. Будто холод и промокшая одежда его вовсе не тревожат. Странная отрешённость.

Я замираю.

В ушах звенит тишина, даже дождь будто перестаёт звучать.

Воздух становится густым, как вода, через которую невозможно вдохнуть.

– Господи… – вырывается у меня. Сердце словно обрывается, холодный ком скатывается вниз по горлу. – Лулу.

Она не идёт рядом, как обычно. Маленькое тело безвольно волочится на поводке следом за ним, словно старая мягкая игрушка. Поводок тянется по грязи, тельце собачки оставляет за собой красные разводы на мокром асфальте. Сердце обрывается.

– Так вот почему он не в себе… – шепчу я. – Что-то случилось с Лулу…

Бедный старик. Как он теперь без неё?

Она ведь была всем, что у него осталось.

Всем, что держало его на плаву. И теперь он один. Настолько один…