– Мне нравится твоя идея, – я расстегиваю верхнюю пуговицу рубашки. – После игр займусь этим.

Дверь с грохотом распахивается, прерывая наш разговор. Я слышал тяжелые шаги Дэмиана ещё издалека. Но Игнат заметно вздрагивает и подпрыгивает на месте, роняя тряпку.

– Дэмиан, – я медленно поворачиваюсь к брату, – если Игнат умрёт раньше времени, твоя тупая башка полетит с плеч.

Дэмиан влетает в кабинет, словно вихрь. Его безумные медовые глаза, как обычно, мечутся по комнате, цепляясь за каждую деталь.

Запах крови в кабинете все еще густой.

– Ни хера себе ты тут устроил, – говорит он, стирая пальцем каплю крови со стола. Тёмно-красная капля тянется за его пальцем тонкой нитью. – А ещё говорил про мои зверства.

Он небрежно облизывает кровь с пальца и усмехается:

– Мне до тебя еще расти и расти, братец.

Я щелкаю пальцами и потягиваюсь. Позвоночник тихо хрустит. По мышцам медленно растекается тяжёлое, приятное тепло – заряд энергии, который подарила мне та фигуристая девушка. Сейчас её тело аккуратно раскладывают по мусорным пакетам.

– Не дорастешь, – говорю я, пристально глядя на брата.

Он мгновенно отводит взгляд.

– Я прикончу тебя раньше. Что за вид у тебя, Дэмиан?

Брат поворачивается ко мне. Свет ламп скользит по его лицу. Медовые глаза вспыхивают, как у зверя в темноте. Каштановые волосы зализаны назад. Дэмиан медленно расстегивает длинный кожаный плащ. Щелчок за щелчком. Затем резко распахивает его.

Под плащом – абсолютно голое тело. Только на ногах черные кроссовки.

Он довольно ухмыляется:

– Охеренно я придумал, да? – На его лице растягивается широкая, придурковатая улыбка.

Я смотрю на него с откровенным отвращением.

– Вот так ты решил встречать гостей? – медленно скольжу взглядом вниз. – Ты решил удивить их болтающимся членом?

Дэмиан отмахивается:

– Гости уже в зале, ждут тебя. Это для игроков, – он кончиком языка медленно проводит по зубам. – Не хочу терять время на долгое раздевание. Прикинь: пара секунд – и я уже готов обратиться. И сразу в лес, на охоту за этими никчемными людишками. Они и десятка метров не успеют пробежать, как я уже выскочу из кустов.

На последних словах его улыбка постепенно превращается в оскал.

Он помешан на убийстве. Дэмиан из тех оборотней, которые уничтожают всё, что движется. Дай ему полную свободу – и через пару месяцев в округе не останется ни одной живой души.

Так уже случалось.

В той деревне, где он провёл последние несколько лет, его никто не контролировал. В итоге он вырезал людей на расстоянии нескольких сотен километров вокруг. От деревни остались лишь пустые дома, гниющие тела и запах смерти, въевшийся в землю.

Раньше я вызывал его только на игры – для участия в испытаниях. Он был идеальным инструментом: быстрым, безжалостным, азартным. Но в этом году я решил дать ему немного власти.

Заменить меня.

Мне захотелось побыть сторонним наблюдателем и свести к минимуму общение с богатой богемой, которая из года в год съезжается сюда ради зрелища.

С каждым годом мне всё труднее переносить их присутствие.

Я слишком пресытился этим отребьем, возомнившим себя властителями мира.

Иногда я представляю, как это могло бы закончиться. Как за считанные минуты весь зрительный зал окрашивается в красный цвет. Как они захлебываются собственной кровью, как дрожащими руками пытаются удержать кишки, вываливающиеся из разорванных животов. Как молят о пощаде, визжат и кричат от ужаса, осознавая, что их деньги и влияние больше ничего не значат.

Эти мысли заставляют моего волка внутри ликовать и шевелиться. Он щелкает челюстями от возбуждения.

Но я гашу это. Я научился контролировать себя. Теперь пришло время научить этому брата.

Иначе мне придется его ликвидировать.

Качаю головой и направляюсь к выходу. Дэмиан следует за мной.

Мы выходим в длинный коридор, слабо освещенный светильниками в виде свечей. Их дрожащий желтый свет ложится на бордовые стены и тяжелые золотые рамы картин. По всей длине коридора тянется густой красный ковёр, заглушающий наши неспешные шаги.

Не оборачиваясь, я бросаю через плечо:

– Если бы я мог испытывать это чувство, то сейчас мне было бы за тебя стыдно.

Дэмиан ускоряет шаг и равняется со мной. Мы останавливаемся у массивной двери, за которой уже собралась элита, жаждущая зрелища. Он кладёт руку на тяжелую бронзовую ручку.

– Можно подумать, что ты белый и пушистый.

– Чёрный и пушистый, – отвечаю я и киваю на дверь. – Открывай.

Замечаю, как подрагивают мышцы на его лице. Ему не нравится подчиняться. Он изо всех сил сдерживает себя, удерживая зверя внутри. Но рано или поздно он всё же осмелится бросить мне вызов.

Дэмиан слишком опрометчив в своих поступках, слишком самоуверен и слишком легко поддаётся возбуждению. Им управляют инстинкты, а разум в такие моменты отходит на второй план.

Я смотрю ему прямо в глаза, усиливая давление.

Несколько секунд он выдерживает мой взгляд.

Потом сдаётся.

Его глаза опускаются к полу.

Довольно улыбаюсь, чувствуя ту ненависть, которая сейчас кипит в нём.

Брат натягивает на лицо маску улыбки и резко тянет тяжелую дверь на себя.

– Прошу, мой король, – говорит он, театрально наклоняясь и приглашая меня пройти.

– С этой минуты зови меня именно так, – отвечаю я, переступая порог.

– Отсоси, Кэд, – шепчет брат за моей спиной, прекрасно понимая, что в этот момент он может позволить себе такую дерзость.

В нос ударяет калейдоскоп запахов: пота, алкоголя, дыма от курительных самокруток и сигар, тяжёлых одеколонов, а также густой, липкой вони человеческих тел и их выделений. Чувствительные рецепторы мгновенно реагируют – лицо само собой кривится от отвращения. На секунду я позволяю этому чувству проявиться, но тут же беру себя в руки.

Я останавливаюсь посреди огромного зала с высокими потолками.

Вдоль стен выстроены чёрные глянцевые столы, отражающие яркий свет софитов. К ним расставлены тяжелые золотые стулья с мягкой бархатной обивкой. Пол выложен черной мраморной плиткой с тонкими золотыми вкраплениями, которые мерцают под светом ламп, как прожилки застывшего металла.

Под самым потолком раскинулись огромные канделябры. Они заливают помещение густым светом, в котором поблескивает стекло бокалов и золотая отделка мебели.

Стены по бокам усыпаны небольшими мониторами. На них транслируются записи прошлых игр – для тех, кто любит рассматривать последствия испытаний. Там можно снова и снова наблюдать чужую смерть: разглядывать трупы, перематывать моменты гибели, смакуя каждую эмоцию жертвы.

По центру зала расположен огромный широкоформатный экран, занимающий почти всю стену. На нём игра будет транслироваться в прямом эфире. Экран около пятнадцати метров шириной создаёт ощущение, будто зрители сами оказываются в центре происходящего.

Когда я вхожу, гомон голосов мгновенно стихает.

На смену ему приходят аплодисменты.

– Приветствуем, маэстро! – голова в маске медведя делает приветственный поклон.

– Взаимно, господа, – киваю я гостям.

Одно из моих главных условий – все присутствующие должны быть в масках. Так между нами не возникает прямого контакта глазами. Это помогает мне держать под контролем своё звериное нутро и желание устроить здесь и сейчас настоящее веселье.

Для них же маски означают совсем другое. Надев их, они чувствуют полную свободу. Границы стираются, и наружу выползают самые извращённые желания.

Медленно окидываю взглядом зал.

Как всегда – двенадцать человек.

Ни больше ни меньше.

– Не буду вас томить, – начинаю я, неспешно переводя взгляд с одной маски на другую: петух, бык, лев, медведь… – В этом году вас будет курировать мой брат. Насколько я понимаю, вы уже успели с ним познакомиться, но позвольте представить его еще раз.

Я жестом подзываю Дэмиана.

Он, как всегда, в своём репертуаре: вздергивает подбородок, проводит ладонями по зализанным волосам и, танцующей походкой, подходит ко мне.

– Прошу вашему вниманию – Дэмиан Ликос, – говорю я.

Дэмиан наигранно кланяется, широко разводя руки.

– Он мой заместитель на этих играх. Господа, прошу отнестись к нему внимательно: у него испытательный срок. Если вдруг возникнут какие-либо замечания или недовольство, вы можете сообщить об этом мне.

– А как это сделать? – хрипло спрашивает гость в маске лягушки.

– Секунду.

Я подхожу к краю одного из столов и откидываю в стене небольшую металлическую крышку. Под ней спрятана красная кнопка с динамиком.

– Вам нужно просто нажать на кнопку и сообщить мне о проблеме. Даже если меня не окажется на месте, ваше обращение всё равно дойдёт до меня – сообщение записывается и автоматически отправляется.

– Блять… – Дэмиан щурится и искоса бросает на меня взгляд. – Это жестоко. Ты надел на меня рубашку-обнимашку.

Наклоняюсь к нему и, понизив голос, тихо говорю:

– Я бы ещё и намордник на тебя надел, но решил всё-таки не унижать твоё достоинство.

– Моё достоинство тебе в рот не поместится, – нагло бросает он.

Хватаю его за горло. Челюсти сжимаются сами собой, и я с грохотом впечатываю Дэмиана в стену. Его голова с силой ударяется о камень. От удара даже канделябры под потолком звенят тонким металлическим звуком.

Гости мгновенно затихают и вжимаются в свои стулья.

Волк внутри ликует, предвкушая выход.

Я сжимаю шею Дэмиана ещё сильнее. Его глаза наливаются красным. Он судорожно пытается глотнуть воздух, вцепляется пальцами в мою руку, стараясь разжать хватку, но сил тягаться со мной у него не хватает.

Чувствую, как начинает выдвигаться моя челюсть.

Глаза Дэмиана замечают это. И в них появляется настоящий ужас.

– Шавка! – глухой рык вырывается из меня. – Ещё раз позволишь себе выпад в мою сторону – и я при всех покажу тебе твоё место. Щенок…

– Пон-я-ял, отпусти, – сипит он. – Отпусти… пожалуйста.

Медленно разжимаю пальцы.

Выравниваю дыхание.

Несколько секунд продолжаю давить его взглядом, изо всех сил подавляя желание прямо сейчас прикончить этого выродка.

Дэмиан потирает покрасневшую шею, уставившись в пол. Плечи его ссутулились.

Я разворачиваюсь к притихшим гостям.

– Господа, прошу простить. Это был воспитательный момент. Надеюсь, ваши штаны остались сухими.

По залу прокатывается волна смеха. Кто-то нервно кашляет.

Тот, что в маске петуха, громко выкрикивает:

– А я бы с большим удовольствием посмотрел, как вы, господин Кэдмон, устраиваете ему настоящую взбучку! Вот это было бы зрелище!

Он начинает хохотать, и его толстое пузо колышется в такт смеху.

– Не исключено и такое шоу, – ухмыляюсь я, слегка наклонив голову набок. – Итак… остались ли у вас какие-нибудь вопросы?

Гости из элиты отрицательно закачали головами.

– Хорошо. Тогда мы пойдём встречать игроков и знакомить вас с ними. Правила вы знаете – они остались неизменны. Выбирайте себе любимчиков и делайте ставки, господа. До встречи в финале.

Я коротко киваю на прощание, разворачиваюсь и направляюсь к выходу. Дэмиан следует за мной.

За спиной раздаются аплодисменты и возбужденное улюлюканье, полное нетерпения перед началом игры.