Глава 4

Мы стоим перед входом в аэропорт. Ветер, резкий и беспощадный, яростно треплет мои волосы, безжалостно пробираясь ледяным дыханием под куртку. Моросящий дождь осыпает лицо колючими каплями, усиливая ощущение тревоги.

Кайл осторожно поправляет ворот моей водолазки. Его лицо непривычно сосредоточенно, в глазах — отсутствует свойственная плясках юморных чертят.

— Я рядом, ничего не бойся, — произносит он мягко. Тёплые ладони бережно берут моё лицо, взгляд проникает в самую глубину души. — Помнишь, как мы проходили практику в тюрьме для особо опасных преступников? Там было несладко, но мы справились.

— Помню, — я киваю, стараясь унять внутреннюю дрожь. — Но там никто не пожирал мёртвых собак…

— Пф, — Кайл усмехается, большими пальцами аккуратно стирая влагу с моих щёк. — Они совершали вещи куда более страшные. Вспомни тех каннибалов и их рассказы про пельмени с человечиной, про тушёнку, про…

— Фу, ради бога, хватит! — я резко отстраняюсь, пытаясь отогнать жуткие образы, и решительно направляюсь к массивным дверям здания. — Сначала дерьмо на стенах, потом этот безумный тип, пожирающий бедного пса… Что ещё может выкинуть это проклятое место?

Кайл молниеносно обгоняет меня, галантно распахивает дверь и с привычной ироничной улыбкой произносит:

— О, вариантов масса: появление Годзиллы, падение метеорита или, скажем, массированное нападение взбесившихся старушек.

Он, как и всегда в моменты моего сильнейшего дискомфорта, инстинктивно берет меня за руку. Мне даже не нужно просить его об этом — Кайл безошибочно чувствует тот самый момент, когда мне больше всего нужна его поддержка.

В огромном зале аэропорта царит невообразимый хаос: люди снуют туда-сюда, создавая ощущение бесконечного движения. Кто-то натужно тянет за собой тяжелые чемоданы — колеса застревают в стыках плиточного покрытия. Рядом женщина пронзительно кричит, торопя своих детей и мужа. Неподалёку пожилая пара с растерянными лицами крутят головами — точно так же, как и мы, пытаются сориентироваться в людском водовороте.

Неожиданно перед нами возникает долговязый охранник — его высокая фигура разрезает суетливое пространство зала. Он окидывает нас внимательным взглядом.

— Молодые люди, прежде чем пройти дальше, вы обязаны посетить медпункт и пройти процедуру вакцинации.

— Мы привиты, — отвечает Кайл слегка сжимая мои пальцы.

— Предъявите удостоверения личности — я проверю по базе, — охранник недоверчиво смотрит на нас по очереди.

— Без проблем, — Кайл, неторопливо расстегивает молнию на сумке и протягивает паспорт.

Я, стараясь унять лёгкую дрожь в руках, роюсь в своей сумке. Вещи, кажется, нарочно сопротивляются. Наконец нащупываю твердый уголок паспорта и с облегчением протягиваю его охраннику:

— Вот, пожалуйста.

— Ожидайте пару минут, — коротко бросает охранник, щелкает кнопкой рации и произносит: — Боб, проведи проверку по базе: Ада Фарт и Кайл Скар.

— Принято, — тут же отзывается хриплый голос из динамика, сопровождаемый характерным шипением помех.

Очередь в медкабинет растянулась почти до самого входа — плотная, нервная, живая. Люди стоят плечом к плечу, переминаются с ноги на ногу, бросают друг на друга косые взгляды.

Пожилой мужчина с седыми висками и дрожащими руками опирается на резную трость. Его лицо искажает гримаса негодования, губы дрожат, когда он резко бросает:

— Где право выбора, скажите мне? Кто дал им право решать за нас?

Рядом с ним, уткнувшись в экран смартфона, стоит девчонка лет пятнадцати — розовая толстовка, капюшон на голове. Не поднимая глаз, она лениво протягивает слова:

— А вдруг у меня аллергия? На этот ваш супер препарат. Вы об этом не подумали?

В нескольких шагах от них пышногрудая блондинка с ярко-красными губами всплескивает руками, её голос перекрывает общий гул:

— Да о чём вы говорите?! Государство дает нам шанс! Это научный прорыв! Болезни уйдут, молодость вернётся — вы хоть понимаете, что это начало новой эры?

Худосочная женщина в очках с толстыми линзами, стоящая ближе всех к двери медкабинета, раздраженно отмахивается:

— Вечно люди ноют. Как будто им что-то угрожает. Просто сделайте прививку и идите дальше. Бесплатно ведь.

Я достаю мобильный — на экране скупо мигает значок антенны: всего одно деление. Открываю мессенджер и выбираю мамин контакт. Нажимаю на кнопку записи и шепчу в микрофон:

— Привет, мамуль… Мы сейчас в аэропорту. Пытались купить билеты онлайн, но ничего не выходит — тут жуткие проблемы со связью. Даже не знаю, отправится ли это сообщение… Хочу поскорее убраться отсюда. По пути случилось кое-что страшное — волосы до сих пор дыбом. Расскажу, когда увидимся. Люблю вас.

— Можете проходить, — раздаётся голос охранника: он возвращает нам паспорта с коротким кивком.

— Где находится касса? — тут же уточняет Кайл.

Мужчина коротко указывает рукой позади себя:

— Прямо перед вами, вон там.

— Благодарю, — Кайл кивает и решительно тянет меня за руку. — Пойдём, пока у кассы никого нет.

Мимо нас с оглушительным грохотом проносится женщина, не удосуживаясь притормозить — колёса её громоздкого чемодана безжалостно проезжают прямо по ногам Кайла.

— Да чтоб тебя! — резко шипит брат, провожая удаляющуюся фигуру таким взглядом, что, кажется, мог бы прожечь в ней дыру.

Я едва поспеваю за ним. Мои шаги мелкие и торопливые — я плетусь следом, словно привязанный воздушный шарик, который вот-вот унесет порывом ветра, если не ускориться. Кайл шагает широко, решительно, не оглядываясь.

Подходим к стойке регистрации. За ней нас встречает улыбчивая кудрявая блондинка — её локоны аккуратно уложены, макияж безупречен, а улыбка выглядит так, будто она репетировала ее перед зеркалом сотни раз.

— Здравствуйте! Какое направление вас интересует? — произносит она заученно-вежливо, с той самой интонацией, которую, кажется, вбивают в голову всем сотрудникам аэропортов.

Кайл неторопливо опирается локтями о стойку. Его лицо озаряет самая обаятельная улыбка из арсенала — зубы сверкают, глаза искрятся.

— Здравствуйте, — начинает он бархатным, обволакивающим голосом. — Знаете, какие у вас красивые… — его взгляд нарочито медленно скользит вниз, ненадолго задерживается на декольте, а затем возвращается к глазам, — …глаза. Глубокие, бездонные. В них так легко потеряться…

Блондинка моментально краснеет — её щёки вспыхивают ярким румянцем, словно два спелых наливных яблочка.

Я закатываю глаза и тяжело облокачиваюсь на стойку. Ну вот, началось. Классический Кайл во всей красе.

Брат понижает голос до интимного шепота, чуть наклоняясь вперёд:

— Нам нужен ближайший рейс до Монса. Будьте добры, постучите своими восхитительными пальчиками по клавиатуре. Возможно, найдётся что‑то на сегодня?

Девушка кокетливо стрельнула глазами в его сторону, а затем быстро переключила внимание на экран компьютера, застучала клавишами.

Кайл оборачивается ко мне и победно подмигивает, явно наслаждаясь эффектом. Я лишь шумно выдыхаю и криво ухмыляюсь в ответ.

— Вам невероятно повезло, — с лучезарной улыбкой сообщает блондинка, вновь поворачиваясь к нам. — Остались последние два билета — вылет завтра ровно в десять утра. Будем оформлять?

— О, моя золотая, вы просто ангел! — восторженно восклицает Кайл, скрещивая пальцы. — Разумеется, оформляем, немедленно!

Волна облегчения и радости накрывает меня целиком — я не сдерживаюсь и начинаю тихонько пританцовывать прямо у стойки. Завтра… Завтра мы наконец покинем это место и окажемся рядом с семьей. С нашим дедом — вечно брюзжащим, ворчащим на каждом шагу, но таким родным и любимым. Он — настоящий военный до мозга костей: с самого детства учил нас не только обращаться с оружием, но и защищаться, показывал приемы самообороны. Именно он привил нам уважение и любовь к военному делу. Потому мы с Кайлом даже не задумывались о выборе профессии — сразу после школы подали документы в колледж Министерства внутренних дел. А когда отец предложил устроить нас в свой полицейский участок — взамен на визит к Бэлле, — мы, разумеется, согласились без колебаний.

— Однако возникла небольшая техническая сложность, — прерывает мои тёплые воспоминания блондинка. — К сожалению, оплата принимается исключительно наличными.

— О нет… — я в отчаянии хлопаю ладонью по стойке, и та заметно вибрирует от удара.

— Где ближайший банкомат или отделение банка? — мгновенно берёт инициативу в свои руки Кайл.

Кассирша виновато поджимает губы и разводит руками:

— В самом здании аэропорта есть банкомат, но, увы, он тоже вышел из строя. Полагаю, ситуация аналогична и в округе. Но не волнуйтесь — специалисты уже занимаются проблемой, скоро всё восстановят.

Кайл протяжно, тяжело выдыхает и нервно проводит рукой по волосам, собранным в небрежный пучок на затылке.

— Вот вернёмся домой, — цежу я сквозь зубы, не в силах сдержать раздражение, — я тебе эти патлы лично обрежу! Достали уже!

— Договорились, сестрёнка, — спокойно бросает Кайл, даже не оборачиваясь на мою вспышку. Затем вновь обращается к кассирше: — Подскажите, какие ещё есть способы добраться до нужного нам места?

— Вы можете доехать на поезде или метро до Монса, — оперативно отвечает девушка, — а оттуда уже добраться до Норга на такси, автобусе или поймать попутку.

— Благодарю, — серьёзным тоном произносит Кайл. — Так где же находится станция метро?

Она мельком смотрит на наручные часы:

— К сожалению, закрывается через четыре минуты. Если хотите воспользоваться этим вариантом, приходите завтра ровно к десяти — спуск в метро расположен прямо напротив здания аэропорта.

Я осторожно тяну Кайла за рукав куртки:

— Пойдём отсюда. Нам ещё нужно как-то вернуться к Бэлле…

Брат снова берет меня за руку и тихо произносит:

— Чёртова дыра… Что-то здесь нечисто.

Вдруг тишину зала разрывает пронзительный, истеричный крик:

— Врача! Быстрее! Женщине плохо, помогите!

От неожиданности и испуга я непроизвольно впиваюсь ногтями в ладонь Кайла.

— Эй, полегче, — мягко одергивает он меня, притягивает к себе и обхватывает рукой за плечи. — Идём, не смотри туда.

Он ускоряет шаг. Бросаю взгляд через плечо: вокруг женщины, распластавшейся на полу, уже образовалась плотная толпа зевак. Её тело содрогается в судорогах, а на губах пузырится густая белая пена. Кто‑то кричит, что вызвал скорую, кто-то снимает всё на телефон.

Я послушно следую за братом — он решительно пробирается сквозь толпу, расталкивая людей плечами. Резким толчком Кайл распахивает тяжёлые двери, и мы оказываемся снаружи.

Глубоко вдыхаю сырой, прохладный воздух — он проникает в легкие, как глоток свободы. Напряжение постепенно отпускает, бушующий внутри пожар разочарования немного утихает, хотя тревога все еще цепко держит за сердце.

— И как мы попадем в Пири? У меня ни гроша, — с тревогой спрашиваю я брата, отчаянно надеясь, что он, как обычно, найдет выход из положения.