Внезапная сыпь грунта напомнила мне, что ни в коем случае нельзя прохлаждаться, пару минут могут затянуться на часы, и я окончательно потеряю счёт времени. А мне ещё нужно было сыграть финальный аккорд перед приездом Грина.

В этот раз подъём на поверхность шахты дался мне тяжелее остальных. Резкая жара, сменившая низинный холод порядком потрепала силы. Наконец, я загрузил последних два ящика – отступать было нельзя, хотя в голове начали прокручиваться мысли, что и тех трёх может быть вполне достаточно. Я не мог так рисковать, потому отбросил эти глупости и продолжил путь. Стряхнув пыль с наручных часов, я осознал, что у меня осталось четыре часа до возвращения Грина и Вайтстоуна, но при всей ситуации торопиться уже не получится – теперь каждый шаг придётся сверять с чертежами.

Глубоко вдохнув, я отправился в шахту в крайний раз. Всё моё внимание было сосредоточено на условных обозначениях Боларда и заметках Лима, ведь путь к витку шестого карьера проходил новой для меня дорогой. На разветвлении четвёртого и пятого коридоров, согласно указаниям Боларда, я должен резко свернуть налево. Эта часть была наспех освоена каоро, лишь бы только выиграть спор с Грином, потому выглядела ещё более ненадёжной, чем до этого пройденная мной часть шахты.

Рассеивая внимание то на карты, то на обозначения, я не заметил резкий спуск прямо у себя под носом, и оступившись чуть было не поднял на воздух эти подвалы – тачка, гружённая динамитом, врезалась прямо в опору, подбив её набок. Осечка могла быть фатальной, и поднявшись с земли, я стал более внимательным, останавливаясь на время сверок с расчётами. Стоп, что-то пошло не так… Неужели я потерял один из чертежей? Или совершил ошибку? Если нет, тогда почему я упираюсь в тупик, при том, что на карте Боларда чётко указан тот самый искомый коридор?

Как назло, в самый важный момент фонарь начал подводить, и теперь в основном пришлось действовать наощупь. Подойдя вплотную к каменному барьеру, я попытался изучить каждый мелкий излом рельефа, слегка похлопывая ладонью. А вот и оно… Всё-таки Болард был прав – это тот самый тайный пролёт к водохранилищу. Почему я сразу его не увидел? Да потому что туда едва пролезет моя ладонь. И что? Не мне же туда залазить. Тогда как я пропихну туда динамит? Да легко. Для меня было главное найти эту лазейку, а остальное дело смекалки. План созрел сам собой. Закреплённая на крышке ящика проволока оказалась как нельзя кстати – ней я связал разрозненные динамитные шашки в эдакую «гирлянду» и аккуратно пропихивал их одну за другой в пролёт катакомб. Подсоединив самодельное устройство к спусковому механизму, я начал рассчитывать метраж троса, чтобы мне хватило его длины на безопасное от взрыва расстояние, как раз к тому самому разветвлению коридоров.

Что это за шуршание? Змеи? Мне опять показалось, что это были шаги. Спокойно, оставить паранойю – просто снова в нескольких метрах отсюда обсыпался грунт. Какое-то странное чувство заставило меня суетиться, и я локтем свалил чёртов фонарь на землю. Повезло – не разбился, правда стал ещё тусклее. Потянувшись за фонарём, я случайно бросил взгляд в сторону, и буквально замер – впереди зловеще нависла тень человека с киркой. Он прятался позади меня, ожидая удачной минуты чтобы нанести поражающий удар. Я медленно поднял фонарь и оставил его в расщелине. Что теперь делать? Кто это? Зачем ему это нужно? Да какая разница, зачем, достаточно того, что он хочет убить меня. Но я не доставлю ему этого удовольствия, нет, кем бы ни был этот проходимец. Теперь я готовился нанести ему неожиданный удар…

Я вылетел из-за угла и не раздумывая сбил его с ног – конечно, это был Уру. Пытаясь овладеть преимуществом, он пытался схватить меня за горло, но я был быстрее и уже сжимал его сонные артерии. Мне показалось, что он ослабевает, но это была лишь уловка – хитрый гад бросил мне песок в глаза, а после и вовсе швырнул меня прочь, потянувшись к кирке. Я интуитивно сжал голову к груди, потому смог избежать ранения об острые каменные грани, но пытаясь подняться на колючем скользком грунте, я терял время – Уру уже замахивался заточенной киркой в мою сторону. Перекатившись ему под ноги, я снова вывел его из равновесия, и он упал на спину, выронив впереди себя железяку. Кирка подбила опору, а чёртов Уру упал прямо на спусковой механизм – от молниеносного взрыва и последующей ударной волны нижние коридоры завалились с оглушающим гулом. Схватив бесхозный фонарь, я поторопился к выходу, пока ещё могу это сделать – земля дрожала под ногами! Вспоминая о заложенных на верхних коридорах ящиках, я осознавал, что единственный выход может быть завален в считанные минуты. В мои планы отнюдь не входило оставаться в этом дрянном месте, тем более навсегда, и я не мешкал ни секунды, действуя на опережение, пробираясь сквозь едкий дым и груды поваленных камней.

Падая, я быстро поднимался и двигался по памяти – часть чертежей осталась на перепутье коридоров. Увы, память имеет свойство иногда подводить. Понимая, что ошибаюсь, помнил о главном правиле – не паниковать, и делал попытки находить насечки на деревянных столбах. Вверх вздымалась пыль карьеров, грунт вываливался сквозь порванные сети, а опоры коридоров гнулись за моей спиной. От такого адреналина память пришла в порядок – я вылетел оттуда на последней секунде, и чёртову шахту разнесло с таким гулом, что все каоро выбежали из своих бытовок, разинув рты до земли. Теперь я точно уверен, что Уру остался с душами тех, кого погубил.

Я почувствовал небывалое облегчение, и видя бегущих наутёк в сторону границы каоро, со спокойной душой подкинул несколько «подарков» Грину во все резервуары с водой.

Да, у меня был не самый презентабельный вид. Потрёпанный кожаный пиджак, порванный ботинок с хлюпающей подмёткой, но благо брюки сохранили более-менее благопристойный вид, не считая потёртостей и грязи. Рядом с ограждением стоял пикап Вайтстоуна – что ещё нужно делу? Прихватив с собой чемоданчик с деньгами, я поспешил к нему. У меня оставался час.

Пикап был не заперт, а ключ торчал из замка зажигания. Устроившись на месте водителя, я завёл старую колымагу, попутно заглянув в бардачок. Как удачно, Вайтстоун оставил свой заряженный пистолет. Всё оказалось просто. Даже слишком… Задним умом я где-то понимал, что сегодня как-то подозрительно много удачных совпадений для меня. Но что изменят эти размышления, назад дороги всё равно уже нет.

Резво дав газу, я выехал на ближайшую дорогу, ведущую в административный центр Мара, который находился в 230 километрах отсюда. Каких-то два с половиной часа отделяли меня от цели…

Дорога была далека от привычной бруклинской автострады, и без того убитый пикап постоянно дребезжал и подпрыгивал на каждом ухабе. Иногда впереди встречались перебегавшие дорогу гиены и сумчатые лисы, от силы два или три раза проезжали пару фургонов, нагруженных то песком, то деревяшками, а то и вовсе людьми. Но даже несмотря на это, сам путь был настолько монотонен, что ты либо засыпаешь, либо уходишь глубоко в себя. Последний пункт был как раз к моей ситуации, всю дорогу я прокручивал в голове события последней недели, и не заострял внимания на происходящее вокруг.

Проехав четверть пути, мимо меня промчал мотоцикл патрульного. И это я тоже выпустил из виду, словно мимо пролетела какая-то букашка. Как оказалось, он совершил резкий разворот, набирая скорость чтобы догнать меня. Спустя пару минут, он уже едет наравне со мной и что-то выкрикивает в открытое окно. Я понял лишь то, что мне нужно сделать остановку.

Заглушив мотор, я не спешил выходить из пикапа.

– Что сучилось, чем обязан? – бросил я через открытое окно.

Патрульный ухмыльнулся:

– Да ничем, только у тебя пробоина в бензобаке и спущено колесо. Я не знаю, как далеко ты собрался ехать, но с таким набором ты не протянешь и двух километров.

Услышанное меня потрясло: как такое вообще возможно?! Усталость и гнев заставили меня забыть о пистолете в бардачке, и вытащиться как есть, не ожидая подвоха. Уже на пути к кузову меня осенила эта мысль, но осмотрев заднее колесо и бензобак, я прозрел: дела были более чем фиговые.

– Дьявольщина! Не понимаю, как это случилось! Когда я выезжал, всё было в порядке!

Глядя на мои негодования, патрульный даже представить не мог, от чего у меня так расшатались нервы.

– Ну мало ли что могло случиться, всё-таки, здесь не самая лучшая дорога. Может отскочил гравий на большой скорости, или мелкая трещина разошлась в процессе движения. Запаска есть?

– Да, должна быть… Но меня больше заботит бензобак. У вас нет никакой замазки? Хотя бы полтюбика солидола?

– Сейчас подумаю, чем можно его заделать. Доставайте пока домкрат и колесо, сначала поставим эту колымагу на ноги.

Отодвинув крышку кузова, я не ожидал встретиться взглядом со стариной Вайти… Да, там оказался холодный труп Вайтстоуна. Причиной кончины бедолаги явно было пулевое ранение – не менее трёх выстрелов в область груди и клиент «готов».

– Эй, ну что там? Нет запасного колеса? С вами всё в порядке?

Пребывая в замешательстве, я забыл о суете с колесом и прочей ерунде. Увидя мою рожу, патрульный недоумённо свёл брови, и мне нужно было наспех что-то придумать, лишь бы не вызвать у него подозрений.

– Нет, нет, всё в порядке… Простите, замешкался, забыл зачем шёл. Такое бывает, странная рассеянность, от жары наверное… Всего лишь нужно перевести дыхание.

– Я так и понял по вашей физиономии, вы словно мертвеца увидели.

Знал бы он, что попал в яблочко…

– Знаете, пожалуй, сам справлюсь. Немного передохну и поставлю колесо. Кажется, у меня и солидол есть. Не хочу задерживать вас…

Но чёртов коп был непреклонен:

– Не гоните лошадей, отдыхайте, я не спешу! Я и сам не прочь немного остыть. Вы откуда?

– Винчестер, штат Нью-Джерси. – почему-то именно родина ныне покойного Вайтстоуна слетела у меня с языка.

– Нью-Джерси? – удивлённо спросил коп. – Американец значит. Интересно.

– Ничего интересного. Вы бывали в Америке?

– Нет, но вот брат моей жены одно время работал в Чикаго… – непринуждённую беседу прервал хрип рации, и прорываясь через радиошумы едва доносился голос его напарника. – Извините, служба. Да Стэн, говори!

– Жорж, приём! Будь внимателен, в районе скрывается убийца, слышишь? Убийца! Доктор Бёрт Сарджент Рекитт, он работал на Айвена Грина, владельца приисков у границы Каоро …Жорж, приём! Ты меня слышишь?! Будь внимателен, он вооружён! Диктую его ориентировку…

Я не мог допустить такую бесславную концовку, и довольно быстро сориентировался, приложив булыжник об голову патрульного. Он упал, распластавшись прямо перед пикапом, и можно было предположить, что теперь на руках у меня два покойника. Волноваться не стоит, но хорошее сотрясение ему гарантировано. Отключив рацию, я оглянулся на всё со стороны. Мой результат – нерабочая колымага, труп в багажнике, подбитый коп, орудие убийства с моими отпечатками, краденные деньги и бесконечные джунгли…

Пересев на мотоцикл оглушённого патрульного, мне пришлось перестраивать маршрут. В Маре мне теперь никак нельзя появляться, как и в любом крупном городе в ближайших окрестностях – на каждой станции с большой долей вероятности на каждом углу развешены мои портреты. Скотина Грин, чтоб он сдох! Я пребывал в ярости от того, что недооценил своего противника.

За рубежом Каоро начинался национальный парк Онгано, туда я и свернул. У меня появилась идея срезать путь, ведь этот драндулет не в силах доставить меня к ближайшему порту. Единственный путь – это ведущая вглубь густых зарослей и полнейшего бездорожья узкая тропа.

Прищурив глаза, я добавил скорости, уворачиваясь от веток и висящих лиан. Мне нужно успеть до темноты, чтобы не стать ужином для диких кошек.

Внезапно тропа привела меня в какую-то заболоченную местность, заросшую кустарниками и высокими деревьями, перевитыми тугими лианами. Опасаясь увязнуть в этой мерзкой жиже, я ещё сильнее надавил на газ. Внезапно, что-то оказалось на моём пути, мелькнуло прямо перед самим лицом, какая-то белая тряпка, и я по инерции свернул в сторону, одновременно резко затормозив. Мотоцикл, естественно, занесло, и я оказался вместе с ним на боку. Что чёрт побери это было?!

Обругавшись, я поднялся, отряхивая липкую грязь с пиджака. Кажется, в заросли слоновьего камыша упало что-то довольно симпатичное…

– Вы едва не сбили меня! За вами что, гонятся?! – зазвенел на все джунгли недовольный голосок молодой дамочки. О, она оказалась настоящей красоткой! Стройная брюнетка с вьющимися волосами до плеч, выразительные карие глаза, и очень привлекательные ножки, которые прикрывала пёстрая шифоновая юбка с разрезом выше колен.

– Простите, я не нарочно! Я не думал, что в этой глуши кто-то может стираться прямо посреди дороги… – извинившись, я подал ей руку. Она фыркнула, но от помощи не отказалась. Ещё бы!

– К вашему сведенью, я не стиралась, а вытряхивала накидку от этих мерзких насекомых. – она всё ещё хмурилась, но не выглядела испуганной.

– Простите, в следующий раз буду более осмотрителен на предмет очаровательных брюнеток на дороге. Меня терзает любопытство, откуда вы взялись посреди этой глухомани?

Закончив приводить себя в порядок, она деловито и гордо ответила:

– Вообще-то здесь не такая уж глухомань, как вы думаете. В сорока километрах отсюда разбит кемпинг на территории национального парка Онгано. Мы как раз ехали туда, но у нашего проводника что-то вышло из строя в машине. Полагаю, вы туда так торопились?

Да-да, план снова созрел сам собой, и я лукаво улыбнулся:

– Да, именно так и есть!

Украдкой оценив меня с ног до головы, дамочка сменила гнев на милость:

– Если хотите, можете к нам присоединиться, у нас есть свободное место в машине. Правда, сначала нужно привести её в порядок.

– От компании не откажусь, и к тому же, готов предложить свою помощь!

– Тогда прекрасно! Идёмте за мной, я представлю вас моим друзьям.