Цитаты из книг автора «Фредрик Бакман»

Важно стараться быть как можно меньшим говнюком – но это как раз самое трудное в жизни».

Иногда при виде дула пистолета думаешь: «Выключила ли я кофеварку?» вместо «Что теперь будет с моими детьми?».

Он всегда считал, что самое трудное в смерти — это грамматика. Он до сих пор говорит о жене в настоящем времени, Джек почти никогда не поправляет его, потому что у всякого хорошего сына есть сердце.

Надела наушники и врубила на такую громкость, чтобы грохот и шум оттуда заглушили грохот и шум в голове. Чтобы удары басов стали громче ударов сердца.

Правда в том, что это история обо всем на свете, но главным образом об идиотах. Мы делаем все, что можем. Пытаемся научиться быть взрослыми, любить друг друга и вставлять флешку в разъем правильной стороной. Ищем, за что зацепиться, за что бороться, на что надеяться. Изо всех сил стараемся научить детей плавать. Это нас объединяет, и все равно мы остаемся чужими, мы никогда не знаем, как отзовутся в других наши поступки, как твоя жизнь отзовется в моей.

Однажды Рогер смотрел документальный фильм об акулах — он вообще очень интересуется документальным кино, — и там рассказывали о таком виде акул, которые умирают, если перестают плавать. Это как-то связано с кислородом — чтобы дышать, им необходимо все время двигаться. Примерно так устроен наш брак.

А журналисты, понятное дело, уже собрались на месте. Хотя, возможно, по большей части это были соседи и любопытные — сегодня трудно понять, журналист ты или нет, потому что все фотографируют, снимают видео и документируют всю свою жизнь так, словно у каждого есть своя телепрограмма.

Потому что танцуешь с тем, с кем пришел на праздник. А я пришла с Кнутом. — И что же… было потом? — поинтересовалась Анна-Лена.

Трудно подобрать слова, если все, что ты хочешь сказать, умещается в одной фразе: «Я вижу, что тебе больно»

Иногда нам становится больно, невыносимо больно, потому что мы чувствуем себя чужими в собственной коже. Мы впадаем в панику при мысли о неоплаченных счетах, о том, что взрослые — это мы; а мы до сих пор не научились ими быть, поскольку попытку быть взрослым ничего не стоит провалить. Потому что все мы кого-то любим, а тот, кто любит, пережил много бессонных ночей, раздумывая, где взять силы, чтобы остаться человеком. Иногда для этого мы совершаем поступки, которые впоследствии кажутся нам странными и непонятными, но в тот момент представляются единственным выходом.