Цитаты из книг автора «Франсуа Керсоди»

поступила на флот, Сара записалась в женские вспомогательные военно-воздушные силы и работала в отделе аэрофотосъемки, Мери служила в войсках ПВО, Рэндолф воевал в подразделениях коммандос в Ливии, а его жена Памела душой и телом помогала развитию англо-американского сотрудничества, став, в частности, любовницей весьма соблазнительного Эйверелла Гарримана. Ее свекор, зная невыносимый характер Рэндолфа, памятуя о подвигах своей матушки и испытывая острую необходимость в американской помощи, по-видимому, оценил этот вклад в победу: «All is fair in Love and War»[168].

связывает общность интересов, […] и я готов предложить вам несколько различных способов оказать решающее влияние на то, что по многим причинам является нашим общим делом».

Так, письмо от 7 декабря станет одним из событий, изменивших ход истории: «Как британцы, мы считаем своим долгом удерживать фронт и продолжать борьбу с нацистской силой в наших общих интересах и ради нашего собственного выживания, пока США не завершат подготовительные мероприятия. Я оставляю на ваше дружеское рассмотрение мое заключение о том, что США и Британскую империю связыва

В это трудно поверить, но мы имеем дело с неординарной личностью. Когда в начале августа 1940 г. штабные офицеры Военного министерства исключали всякую возможность выступления в ближайшие полгода, Черчилль придерживался прямо противоположной точки зрения, и, что еще более удивительно, он планировал наступление в тот же день, когда завершалась эвакуация войск из Дюнкерка. В письме генералу Исмею, которое должно было быть доведено до всех начальников штабов, он уже 4 июня писал: «Мы не должны допустить, чтобы все наши инициативы разбились об исключительно оборонительный менталитет, который уже привел к поражению французов. Самое большое значение имеет подготовка рейдов на побережье там, где население нас поддерживает. Эти рейды должны проводиться полностью самостоятельными подразделениями, превосходно оснащенными, состоящими из примерно тысячи человек, максимум десяти тысяч человек в случае крупных комбинированных операций. Как было бы чудесно, если б мы могли заставить немцев гадать, где им будет нанесен следующий удар, вместо того, чтобы самим запереться на нашем острове и прикрыть его крышей! Мы должны стремиться освободиться от морального и ментального подчинения воле и инициативе врага».

20 августа прозвучала бессмертная хвала пилотам Королевских ВВС: «Каждый очаг на нашем острове в нашей империи и даже во всем мире признателен британским авиаторам, чьи отвага и преданность сейчас меняют ход войны. Никогда еще в истории конфликтов столь много людей не было обязано столь многим столь малому количеству себе подобных».

На суше, – признался фюрер, – я – герой, на море – трус». 17 сентября он решил отложить проведение операции «Морской лев» «впредь до новых распоряжений», хотя подготовка к вторжению продолжалась по всему оккупированному европейскому побережью. Черчилль выиграл битву за Англию, потому что повел себя импульсивно и непрофессионально. А Гитлер проиграл ее, потому что действовал точно так же!

Нет никаких сомнений: битва за Англию была личным делом Уинстона Черчилля и пиком его карьеры.

19 июля, выступая в рейхстаге, Гитлер заговорил о готовности заключить мир, но Черчилль даже не снизошел отклонить предложение, поручив это лорду Галифаксу – тому, на кого фюрер рассчитывал больше всего! С того момента все понимали, что за сим последует: Гитлер с минуты на минуту готовился выпустить из клетки «Морского льва» – последний, решительный штурм Британских островов. С 10 июля немцы усилили бомбардировки портов на южном побережье Англии и британских кораблей в Ла-Манше, с 21 июля они становятся массированными: битва за Англию началась… Британцам пришлось туго, поскольку по ту сторону пролива от Британских островов враг занимал все побережье на протяжении пяти тысяч километров от Тромсё до Генде и мог наносить авиаудары с аэродромов в Бельгии, Нидерландах, Франции, Дании и Норвегии, располагая почти тремя тысячами боевых самолетов, из которых тысячу двести составляли бомбардировщики; противник мог даже обстреливать южный берег Англии из дальнобойных орудий, установленных на пляжах Па-де-Кале. Англичане могли противопоставить этой армаде лишь около семисот семидесяти истребителей и пятисот маломощных и тихоходных бомбово

Но президент Рузвельт был поглощен результатами выборов и не мог не учитывать сильное изоляционистское движение в Конгрессе; таким образом, Англия могла рассчитывать лишь на скромную помощь оружием, хранившимся на складах со времен Первой мировой.

Эти просьбы будут неоднократно повторяться в последующих письмах, каждый раз сопровождаясь прозрачным рефреном: если британское сопротивление ослабнет и если некоторые политические деятели пойдут на переговоры с врагом, то Великобритания, превратившись в вассала гитлеровского рейха, будет вынуждена сдать Королевский флот, и тот вместе с немецким, итальянским, французским и японским создаст смертельную угрозу безопасности Соединенных Штатов. Так разве не в интересах Белого дома оказать широкую поддержку правительству Уинстона Черчилля, который торжественно поклялся продолжать борьбу во что бы то ни стало?