Цитаты из книг автора «Франко Берарди»

Общество людей с бессонницей – вовсе не самое комфортное место, и увеличение производительности оплачивается потерей ценности жизни. Крари продолжает утверждать, что сон – единственный оставшийся барьер, единственное естественное условие, которое капитализм не может уничтожить[84]. Хотя сам по себе это точный прогноз, такому наблюдению не хватает важнейшего элемента. Другим единственным естественным состоянием, которое капитализм не может устранить, прочным природным барьером для финансового господства является смерть.

По многим причинам 1977 год можно рассматривать как время перехода в современность. Но если в это время в Европе переход заметен по философии таких авторов, как Бодрийяр, Вирилио, Гваттари, Делез, и политическому сознанию массовых общественных движений, таких как творческая итальянская автономия или панк-движение в Лондоне, а в Северной Америке он принимает форму культурного взрыва, движения городских преобразований, которое выражается в художественной и музыкальной «новой волне» (new wave)[77], то в Японии переход появляется без какого-либо посредничества созидательной силы, в качестве необъяснимой чудовищности, которая быстро становится ежедневной нормой, преобладающей формой коллективного существования.

Что это такое – самоубийство с помощью полицейских? Дело в том, что это не так легко – убить себя самому. Одному, в своей комнате, нажать на курок – это требует большой решимости. Более привлекательным для определенного рода лиц является убить случайных людей, так что рано или поздно полиция будет вынуждена убить их самих.

Таким образом, категоризация ума в процессе капиталистической валоризации приводит к настоящей мутации. Сознательный организм подвергается большому конкурентному давлению, ускорению стимулов, постоянному напряжению внимания. Как следствие, психическая окружающая среда, инфосфера, в которой разум формируется и вступает в отношения с другими индивидуумами, становится для человека психопатогенной средой.

В этом новом измерении труда люди не имеют права защищать себя или торговаться в отношении времени, собственниками которого они являются, напротив, это время у них эффективно экспроприируют. Их время на самом деле не принадлежит им

Бесконечная война, которую президент Джордж Буш начал в ответ на террористический самоубийственный акт 11 сентября, превратилась в катастрофическое поражение, потому что его противник не был монолитной силой, настроенной на то, чтобы выжить и победить, но оказался армией шахидов, которые вовсе не собираются выживать. Мученичество и самоубийство являются наиболее опасным и непредсказуемым оружием этих «смутьянов-мусульман»

Большое количество евреев и мусульман были вынуждены обратиться в христианство, но даже когда они стали конверсос и марранами, их не оставили в покое. Напротив, обращения привели в движение адскую машину испанской инквизиции, чьей основной заботой вскоре стало установление подлинности обращения евреев и мусульман, многие из которых были обвинены в тайном исполнении ритуалов своей прежней религии. Для многих из них лицемерие стало правилом жизни, а иносказание – необходимостью выживания.

Милан Кундера пишет о будущем и прошедшем: Люди кричат, что хотят создать лучшее будущее, но это неправда. Будущее – это лишь равнодушная и никого не занимающая пустота, тогда как прошлое исполнено жизни, и его облик дразнит нас, возмущает, оскорбляет, и потому мы стремимся его уничтожить или перерисовать. Люди хотят быть властителями будущего лишь для того, чтобы изменить прошлое. Они борются за доступ в лабораторию, где ретушируются фотоснимки и переписываются биографии и сама история[60].

Память не есть право, но это часть идентичности, при этом идентичность не основывается на памяти; скорее, идентичность сама создает память.

Поскольку капитализм уничтожает все формы идентификации, он освобождает людей от ограничения идентичности, но одновременно провоцирует чувство отсутствия места, вид неясности, что объясняется потерей предыдущих значений и эмоциональных корней. Таким образом, капитализм в конечном счете вызывает необходимость ретерриториализации и постоянного возвращения к прошлому в форме национальных идентичностей, этнической самобытности, сексуальной идентичности и т. д.